Жизнь прожить - не поле перейти

Если быть, так быть лучшим

"Друзей моих прекрасные черты"

Пощечина

У этой истории была предыстория, долгая и невнятная. И короткий губительный финал. Эпизод, о котором рассказал Гронскому Мандельштам, имел место в начале мая 1934 года. А в сентябре 1932-го "третейский суд" писателей под председательством Алексея Толстого рассматривал жалобу О. Мандельштама на своего соседа по Дому Герцена, оскорбившего Н. Мандельштам. "Третейский суд" дело замял, и такое решение обидело поэта. Главным виновником в его глазах стал А. Толстой. Но прошло без малого два года, прежде чем поэт решился на поступок.

Вот как описывает то, что последовало за пощечиной, Е.М. Магер:

"Внезапно дверь издательства распахнулась, и, чуть не сбив меня с ног, выбежал Мандельштам. Он промчался мимо; за ним Надежда Яковлевна. Опомнившись от удивления, я вошла в издательство и оторопела. То, что я увидела, напоминало последнюю сцену "Ревизора" по неиспорченному замыслу Гоголя. Среди комнаты высилась мощная фигура А.Н. Толстого; он стоял, расставив руки и слегка приоткрыв рот; неописуемое изумление выражалось во всем его существе. В глубине за своим столом застыл С.М. Алянский с видом человека, пораженного громом. К нему обратился всем корпусом Гриша Сорокин, как будто хотел выскочить из-за стола, и замер, не докончив движения, с губами, сложенными, чтобы присвистнуть. За ним √ Стенич, как повторение принца Гамлета в момент встречи с тенью отца. И еще несколько писателей в разных формах изумления были расставлены по комнате. Общее молчание, неподвижность, общее выражение беспримерного удивления √ все это действовало гипнотически. Прошло несколько полных секунд, пока я собралась с духом, чтобы спросить:

√ Что случилось?

√ Мандельштам ударил по лицу Алексея Николаевича.

√ Да что вы!

Первым овладел собою Стенич. Он рассказал, что Мандельштам, увидев Толстого, подошел к нему с протянутой рукой; намерения его были так неясны, что Толстой даже не отстранился. Мандельштам, дотянувшись до него, шлепнул слегка, будто потрепал по щеке, и произнес в своей патетической манере: "Я наказал палача, выдавшего ордер на избиение моей жены".

√ Выдайте нам доверенность! √ взывал М.Э. Козаков. √ Формальную доверенность на ведение дела! Представьте это дело нам! Мы сами его поведем!

√ Да что я √ в суд на него, что ли, подам? √ спросил Толстой, почти не меняя изумленного выражения.

√ А как же? Безусловно, в суд!

√ Миша, опомнись, побойся Бога! √ увещевал его Стенич. √ При чем тут суд? Разве это уголовное дело?

√ Нет, я не буду подавать на него в суд, √ объявил Толстой".

Н. Мандельштам в своих воспоминаниях по-своему трактует поведение А. Толстого:

"Получив пощечину, Толстой во весь голос кричал, что закроет для Мандельштама все издательства, не даст ему печататься, вышлет его из Москвы..."

В том, что поступок Мандельштама приблизил катастрофу, случившуюся в ночь с 13 на 14 мая 1934 г., была до конца жизни убеждена А.А. Ахматова: "После того, как он дал пощечину Алексею Толстому, все было кончено. Толстой был очень одаренный и интересный писатель, негодяй, полный очарования, человек сумасшедшего темперамента; сейчас он мертв; он был способен на все, на все; он отвратительный антисемит, он был бешеный авантюрист, неверный друг, он любил только молодость, власть, жизненную силу. Он был разновидностью Долохова, он называл меня Аннушка √ меня от этого передергивало, √ но он мне нравился, даже несмотря на то, что он был причиной смерти лучшего поэта нашего времени, которого я любила и который любил меня".

В ночь с 13 на 14 мая О. Мандельштам был арестован органами НКВД.