Драматург Гурам Батиашвили

Драматург Гурам Батиашвили

Евреев этой страны никогда не обвиняли в распятии Христа. Ее цари вели родословную от царя Давида, а местные иудеи практически не сталкивались с дискриминацией. Советская республика, где власть закрывала глаза на соблюдение еврейских традиций в самые глухие застойные годы, а первый секретарь ЦК разрешал пьесу о репатриации в Израиль. О феномене грузинского еврейства мы говорим с известным писателем и драматургом, одним из лидеров еврейской общины страны Гурамом Батиашвили.

— Гурам Абрамович, первый вопрос обидит многих грузинских евреев. Известно, что все иудеи диаспоры сохранили некие общие генетически-антропологические характеристики, но …не в Закавказье.

— Это не совсем так. Несколько лет назад в моем доме в Тбилиси встретились Миша Швыдкой (театровед, бывший министр культуры России, — прим. ред.) из Москвы и глава Ваада Украины — одна из ключевых фигур современного еврейского мира — Иосиф Зисельс из Киева. И стали рассказывать друг другу, что раньше и подумать не могли, что я еврей — мол, так похож на грузина. Это очень характерно. Как и то, что я, например, не сразу отличаю ашкеназского еврея от этнического русского или украинца. Зато грузинского еврея за версту узнаю, собственно, как и сами грузины…

Вспоминаю один забавный случай. В 1980-е мы были на театральном фестивале Сабины Берман в Мехико — играли мою пьесу по произведениям Нодара Думбадзе.  После премьеры едем в машине на банкет — я, постановщик Вашакидзе, Сабина Берман — молодая женщина, но уже известный драматург — и наш «руководитель» из Москвы якобы из Минкульта — Альберт Михайлович. Что за странная мексиканская фамилия — Берман — подумал я и решил выяснить, не еврейка ли Сабина. И запел: «Абину шалом алейхем, абину…» И вдруг она: «Нет, нет, Эвину шалом алейхем, эвину…» И вдруг Альберт Михайлович: «Не хрена вы не понимаете. И так чисто запел Авину шалом алейхем, что я растерялся… А режиссер Вашакидзе хихикает: «Батоно Гурам, оказывается тут кругом твои родственники»…     

— Царская династия Багратиони гордилась тем, что вела свою родословную непосредственно от царя Давида…

— Да, и об этом свидетельствуют исторические документы, более того — на гербе Багратионов есть праща Давида, с которой он выходил на бой с Голиафом. А нынешний католикос всей Грузии патриарх Илья II не раз говорил, что считает себя потомком царя Давида.

Надо понимать, что Грузия — одна из немногих стран, где евреев не обвиняли в распятии Христа. Напротив, в свое время они принимали активное участие в распространении раннего, близкого к иудаизму, христианства, достаточно вспомнить грузинских христианских святых — Эвьятара из Урбниси, который был габаем в синагоге, его сестру Сидонию, Саломею — автора жизнеописания крестительницы Грузии Нины, которая долгое время жила среди грузинских евреев и говорила на иврите.

— Чем же объяснить, что в XIX веке в Грузии было зафиксировано шесть кровавых наветов — мировой рекорд! Откуда возникли обвинения в употреблении христианской крови в стране, где евреи стояли у истоков местной православной церкви?  

— Факт остается фактом — до присоединения к Российской империи в 1801 году ни одного кровавого навета в Грузии зафиксировано не было. Тут нечего голову ломать — бред часто бывает заразным…  

— Как произошло, что при формальном отсутствии антисемитизма грузинские евреи на протяжении почти 500 лет принадлежали к наиболее угнетаемой социальной группе — крепостным?

— Это наши грузинские реалии, но юдофобия здесь не при чем. Были ведь и богатые евреи, владевшие крепостными-христианами, правда, позднее. Сохранилось несколько грузинских фамилий, намекающих, что их обладатели были крепостными у иудеев, например, Уриадмкофели («бывающий евреем»), Торадзе, Эбралидзе и др.


Женщины наблюдают за обрядом брит-мила через окна синагоги в Кулаши, 1929 

— Для подавляющего большинства евреев Грузии грузинский всегда был родным языком, они носили и носят грузинские фамилии и внешне практически не отличаются от этнического большинства. Как при этом удалось сохранить особую идентичность?

— Начнем с того, что хотя иврит был языком молитвы, в Летописи Картли написано, что в столице Грузии Мцхете говорили на шести языках, среди которых был и иврит.

Мы живем в Грузии не 200 и не 500, а 2600 лет. Фамилии у нас вообще появились достаточно поздно (как, впрочем, и у ашкеназов). Я просто Гершон бен Авраам, отец мой — Авраам бен Аарон. Пару веков назад мы стали Батиашвили. Да, мы носили ту же одежду, что и грузины, и говорили на том же языке, но не ассимилировались — исключительно благодаря верности иудаизму и изолированности, которая была характерна для Грузии, окруженной враждебным мусульманским миром.

Страна была феодальная, абсолютное большинство местных евреев (в отличие от соплеменников в Европе) занимались сельским хозяйством, до революции 1917 года не более 5% были ремесленниками. Они жили жизнью большинства грузин, но центральным элементом их самосознания была синагога, а не какие-то социальные или политических идеалы.

В начале прошлого века один из блистательных лидеров грузинского еврейства раввин Давид Баазов (Базазашвили) начал борьбу за эмансипацию — всеобщее образование, обучение ремеслу и т.п. Баазов планировал созвать конференцию раввинов Грузии, где духовные пастыри, мнение которых было для евреев истиной в последней инстанции, призвали бы прихожан получать специальность, модернизироваться. Раввины отказались, ответив, что для еврея главное — изучение Торы. Нас сохранило духовное гетто, хотя формального гетто в Грузии никогда не существовало.     

— Это правда, но разве еврейские кварталы не были обособлены?

— Разумеется, особенно в крупных городах — Тбилиси, Кутаиси, Они — евреи компактно селились вокруг синагоги. После Второй мировой войны, конечно, начались миграции, но множество местечек продолжали оставаться стопроцентно еврейскими. Я родился в селе Кулаши — там грузин не было вообще, такой маленький Иерусалим в западной Грузии, хотя с жившими за рекой грузинами отношения были очень дружественными, можно сказать, братскими. В Кулаши еврейская жизнь била ключом — в пятницу вечером все переодевались в самое лучшее и как на первомайскую демонстрацию шли в синагогу — это было и в 1950-е, и в 1960-е годы — до начала репатриации.  После молитвы расходились по домам — село большое, в лучшие годы до пяти тысяч евреев.   

Никогда не забуду, как в дни месяца элул один односельчанин — Меир — ходил по селу до самого рассвета, во весь голос призывая: «Слихот, слихот, вставайте, молитва начинается!». Вставали и шли молиться.

Несколько лет назад по моему сценарию мы снимали документальный фильм об истории 18 еврейских семей из Грузии, которые первыми в 1969 году потребовали выезда из СССР в Израиль, обратившись с посланием в Комитет по правам человека ООН. A в 1971-м на Центральном телеграфе в Москве другие грузинские евреи устроили голодную забастовку, требуя разрешения на репатриацию. Известный отказник Владимир Слепак рассказывал мне потом, как Сахаров собрал тогда всех диссидентов и заявил, мол, наше сопротивление советской власти —  кухонное — собрались, чай попили, Брежнева поругали. А эти простые, небритые грузинские евреи — люди от сохи — показали, как надо бороться за свободу выезда — три ночи сидели на телеграфе, пока их под конвоем не доставили на вокзал и не отправили в Тбилиси. В фильме Эдуард Шеварднадзе вспоминает этот эпизод.    

— Многих из них быстро выпустили в Израиль, кому-то отказали, но я не слышал историй о драматических последствиях отказа, когда человека тут же уволили с работы, постоянно таскали в органы и т.п. Это было негласным распоряжением местной власти — не прессовать уезжающих в Израиль и просто евреев, соблюдающих традиции?      

— Хотите откровенно? Я понимаю, что в России и в Украине гайки закручивали жестче, но кто очень хотел, — и в синагогу ходил, и обрезание детям делал. Именно в  европейской части СССР жили большие знатоки Торы, настоящие мудрецы — предмет нашего восхищения.

Быть евреем непросто. Большинство грузинских евреев, ни у кого не спрашивая, жили своей жизнью, не очень соприкасаясь с внешним миром, пока не вставал вопрос о репатриации. А главы тех 18 семей сами перед подачей заявления ушли с работы…


Грузинские евреи во время голодовки в здании Центрального телеграфа, Москва, 1971  

Как отмечает Михаил Членов, половину синагог в бывшем СССР и московскую иешиву содержали грузинские евреи. Никто не знает их имена, они их не афишировали. Года три назад в Нью-Йорке один мой дальний 93-летний родственник признался, что он один из этих людей. Я хотел записать его воспоминания — категорически отказался.     

Что касается прессинга, то… советская власть всегда была советской. Я родился в Кулаши, но вырос в городке Миха Цхакая (сегодня — Сенаки). Однажды, в начале 1960-х, забрали у нас здание синагоги. Я знал секретаря райкома, холеный такой, хорошие тосты говорил. Евреи стали собираться в разных домах, молиться, параллельно требуя выделить землю под строительство синагоги. На каждой молитве хахам призывал сдавать, кто сколько может, — всем миром скинулись, год собирали  — построили синагогу. В Рош а-Шана должна была открыться, но накануне случился пожар — сгорела. Дотла. По всей Грузии снова начали собирать деньги. Собрали. Построили. Снова сгорела. Такое совпадение… Восемь лет продолжалась дуэль между еврейской общиной и советской властью. В конце концов, первого секретаря арестовали за какие-то махинации и он, бедный, скончался в тюрьме. А евреи построили еще одну синагогу, и она стоит до сих пор, хотя в Сенаки осталось три еврея — недавно, кстати, она была отреставрирована на средства известного филантропа, тогда премьер-министра Бидзины Иванишвили. Так что одни сжигали, другие реставрируют.

— История поучительная, но представляю, как посмотрели бы на евреев,  требующих у секретаря райкома в 1960-е годы выделить землю под строительство синагоги в любом украинском или белорусском городке… В лучшем случае, как на инопланетян.

— У каждого своя история, но в Грузии тоже далеко не все было гладко. Помню, однажды в 8 или 9 классе я в субботу утром пришел с другом в синагогу — стоят солдаты, не пускают, мы стали огрызаться — чуть не пристрелили. Как раз активно раскручивалось «дело врачей». В Тбилиси тогда тоже закрыли синагогу, раввина арестовали — целый месяц здание было опечатано, пока вождь не скончался.

Хотя, например, с поступлением в университеты у евреев, в отличие от европейской части СССР, проблем не было, — я приехал из провинции — Батиашвили Гершон Абрамович — поступил без проблем.   

— Ашкеназские евреи появились в Грузии довольно поздно и отношения с местными соплеменниками долгое время не складывались… Что не поделили?

— Ашкеназы появились с присоединением Грузии к Российской империи в начале XIX века — ремесленники, сапожники, портные, плотники, обслуживавшие российский воинский контингент. Между нами не было противоречий, трения возникли с армянами, которые в Тбилиси считались монополистами в традиционных для России «еврейских» сферах. С появлением конкурентов армяне потребовали от власти выгнать всех пришлых евреев из Грузии. Выгнали. Правда, через год позвали назад.

Другое дело, что грузинские евреи вели настолько замкнутый образ жизни, что ашкеназы для них были не столько евреями, сколько русскими. Смешанные браки между грузинскими евреями и ашкеназами — это вообще явление второй половины прошлого века, до этого общины мало пересекались.

Характерный пример. Во всех энциклопедиях написано, что первым сионистом в Грузии был Давид Баазов, что, на мой взгляд, неверно. Сионизм в Грузию принесли ашкеназские евреи, и когда они пришли в синагогу и начали агитировать за сионизм — их просто не поняли и не приняли. Правда, в СССР репатриация началась с грузинских евреев, но это был не политический, а религиозный сионизм.

Кстати, грузинская интеллигенция изначально крайне благожелательно отнеслась к сионизму. Классик грузинской литературы Константин Гамсахурдиа (отец Звиада Гамсахурдиа — первого президента Грузии после распада СССР, — прим. ред.), в начале XX века учившийся в Германии, писал другу о том, как вся Европа живет идеями сионизма, и восхищался еврейскими друзьями-сионистами.     

В отличие от грузинской интеллигенции местные евреи были тогда слишком изолированы для восприятия подобных идей, при этом, кстати, ничего не зная о существовании крупнейших центров иудаизма в Восточной Европе. С одной стороны, печально, с другой — именно эта замкнутость помогла им сохраниться. И через 26 веков вернуться в Израиль почти такими же евреями, какими они ушли из Святой земли.      

— А насколько грузинские евреи были интегрированы в местные политические реалии? В России еврейская молодежь на рубеже XIX — XX веков ринулась в политическую жизнь — от БУНДа, эсеров и РСДРП до кадетов. А в Грузии?  

— В европейской части евреям не давали забыть, что они чужие. Погромы воспитали потребность в сопротивлении. И они боролись, принимая активное участие в преобразовании империи и постепенно ассимилируясь.  

В Грузии иные реалии. Во второй половине XVIII века царь Ираклий II получил письмо от еврейки из Сурами. Она пишет, что родители ее умерли, а братья поделили наследство, не оставив ей ни гроша, и просит царя о заступничестве. Царь наложил такую резолюцию: «Управляющему села Сурами: если по закону Моисея этой женщине полагается часть наследства, она должна его получить». Казалось бы, царь Грузии должен править в соответствии с действующим законодательством Вахтанга VI, которое распространяется на всю территорию страны. Но он оговаривает: если по закону Моисея… То есть, сознательно ограничивает свою власть в отношении еврейских подданных. Препятствует ли это интеграции? Возможно. Но еще в большей степени это препятствует ассимиляции и дает урок толерантности.


Старинная синагога в Они 

Что касается социализма, то среди грузинских евреев он был не очень популярен, из известных имен на ум приходит лишь член Социал-демократической партии Ицка Режинашвили, убитый в 1906 году жандармом в Кутаиси.

— После Октябрьского переворота в России Грузия в мае 1918 года провозгласила себя демократической республикой. Как на это отреагировали евреи?

— В составе первого парламента было три еврея — два грузинских и один ашкеназ. Об одном из них — Иосифе Элигулашвили — я написал роман «Элигула и Хава», который вскоре выйдет из печати. Одно время Элигулашвили занимал пост заместителя министра торговли, экономики и финансов, был членом Учредительного собрания Грузии. Перед приходом большевиков помог переправить за границу часть государственных ценностей страны и сам эмигрировал во Францию, где в годы Второй мировой спас от фашистов несколько сот пленных евреев, которым меньшевистское правительство Грузии в эмиграции выдавало документы о грузинском происхождении.  

Интересно, что в краткий период грузинской независимости сионизм не так популярен, как раньше. Свою лепту в это внесли раввины, уверявшие, что сионисты, побуждающие евреев к репатриации в Эрец Исраэль, хотят рассорить их с грузинами.

Зато после установления советской власти в Еврейской трудовой школе №102 даже изучался иврит, правда, недолго.    

— В это сложно поверить, но в 1978-м вы написали пьесу «Долг» о репатриации грузинских евреев в Израиль, а год спустя она была поставлена в Кутаисском драмтеатре. Как удавалось найти модус вивенди с режимом? И дело не только в цензуре, но и в том, что большинство грузинских евреев продолжало регулярно посещать синагоги по субботам и праздникам, делать детям обрезание, и власть смотрела на это сквозь пальцы…

— Все знали, что евреи народ упорный и от своей веры не отходит. Что касается сионизма, то пресса, разумеется, ругала эмигрантов — «предателей родины», но народ симпатизировал. Грузины видели в евреях пример стойкости и героизма, особенно после Шестидневной войны, к тому же они проецировали борьбу Израиля на собственное противостояние мусульманскому миру — Грузия ведь сотни лет была изолированным христианским анклавом в исламском море. 

Скажу прямо, это не лучшая моя пьеса, но удивительная вещь — люди помнят в первую очередь именно ее. К тому времени меня уже ставили по всей республике, шла пьеса в Москве, но после этого спектакля я стал по-настоящему известен по всей Грузии.

На одну из последних репетиций попали гастролировавшие в Кутаиси Буба Кикабидзе и Нани Брегвадзе — вышли в слезах. Первый акт заканчивался сценой отъезда евреев, которых со слезами на глазах пришло провожать все село.  Известный театровед — профессор Юрий Дмитриев — посмотрел спектакль, вернулся в Москву, рассказывал: удивительную вещь я видел… евреи уезжают — грузины плачут. Был у меня приятель в Москве, театральный критик — еврей — Анатолий Вольфсон. После первого акта выходит: «Ну, Гурам, ты даешь — как фальшиво. Евреи уезжают — грузины плачут. Кто в это поверит?!». Я, честно говоря, вспылил, но режиссер-постановщик, известный актер Гоги Кавтарадзе стал меня успокаивать — на что, мол, обижаешься. Он исходит из своего опыта — a ты из своего!

— Неужели никто не ставил палки в колеса, тема-то, прямо скажем, антисоветская…  

— Цензура, разумеется, была. Никогда не забуду лицо главного цензора, оравшего: «Нам еврейские пьесы не нужны!» Пьесу отправили в КГБ и ЦК как крамольную, но я не успокаивался, а потом дело пошло наверх — к первому секретарю — Шеварднадзе. Помню, меня пригласили в отдел культуры ЦК, мол, пьесу разрешают, но надо кое-что изменить. Я молодой был, горячий — ничего менять не буду! Оказывается, в одной из сцен евреи, уже в Израиле, собирают деньги на памятник Руставели и бросаются неправдоподобно большими суммами. Я ведь доллары в те годы в глаза не видел и решил шикануть — они жертвуют у меня и $5 000, и $10 000. В окончательном варианте суммы были куда скромнее.


Министр обороны в 2006 — 2008 гг. Давид Кезерашвили  

— Начиная с 1990-х годов среди грузинских политиков первого эшелона — немало евреев. Еврейскую карту на этом фоне кто-то разыгрывает?

— Практически нет, хотя оппоненты Саакашвили изредка его попрекали, мол, евреев пригрел. Речь шла о министре обороны Давиде Кезерашвили (который, будучи школьником, победил в викторине на знание ТАНАХа) и министре реинтеграции, а позднее после Грузии в США Темуре Якобашвили — интеллектуале, прекрасно знающем иврит.

— Грузия, как и Украина, многонациональная страна, часть территории которой оккупирована.

— Я не виню ни абхазов, ни осетин, поскольку очень силен внешний фактор — за этими процессами стоит Россия. Собственно, как и у вас в Крыму, на Донбассе, Молдове — тот же почерк. Очень обидно это сознавать, у меня много друзей в России, я люблю этот народ, но строить свое государство, грабя соседей, — аморально…

— Что представляет собой ныне немногочисленная еврейская община Грузии, грозит ли ей ассимиляция?

— Смешанных браков относительно немного, к тому же очень часто в таких семьях сохраняется еврейский образ жизни. Думаю, что самое опасное в этом смысле позади — для молодежи сегодня главным фактором еврейской идентичности служит государство Израиль.  

Да и история у нас специфическая. В России и Украине еврейские мальчики хотели поскорее вырваться в большой мир и вырвались, зачастую потеряв себя и растворившись в этом новом мире. У нас было по-другому. Я оканчивал школу в райцентре и помню, как людей, кроме пропитания семьи и молитвы в синагоге, ничего не интересовало. Да, это позволило им остаться евреями, но все имеет свою цену… Сегодня другие времена и тенденции, но ассимиляции я не боюсь — в этом легко убедиться в шабат в синагоге, где преобладает именно молодежь.

С божьей помощью, все будет хорошо!

 

Беседовал Михаил Гольд

13-10-2017, 17:40
Вернуться назад