(фрагмент из вышедшего в Финляндии исторического труда "Tuntematon sota", под редакцией М.Сикорма, В.Ахто, Т.Ронконена, А.Вуоренмаа).

"Зимняя война" и евреи

Советско-финская война 1939-40 годов, которую в Финляндии называют "Зимней войной", решающим образом повлияла на самосознание финских евреев. Эти потомки кантонистов считали ее войной за независимость, а свое участие в ней - ценой, которой они оплачивали свое место в финском обществе. Эта цена оказалась высокой - в "Зимней войне" погибло много евреев, но тем самым окончательно утвердилась их принадлежность к своей стране.

К концу 1939 года в Финляндии, население которой составляло 3,5 млн. человек, проживало около 1700 евреев: 1195 человек было в еврейской общине Хельсинки, 300 евреев в Вмилури и 200 в Турку. Была еще группа евреев, не принадлежавшая к религиозным общинам, а также около 300 беженцев из Центральной Европы. Из тех, кто участвовал в "Зимней войне", самой необычной группой были евреи, даже не имевшие финского гражданства. Большинство из них иммигрировало в Финляндию в 20-е годы.

Еврейские солдаты понесли в "Зимней войне" тяжелые потери. Около 200 евреев находилось на передовой, и 13 человек из них погибли в боях. Всего еврейская община Хельсинки потеряла 9% своих членов - участников войны. По сравнению с лютеранскими общинами это одна из самых высоких цифр.

Евреи служили в разных войсковых частях. В 10-м пехотном полку, состоявшем в основном из бойцов шведского происхождения, было подразделение, где больше половины составляли евреи. Полк оборонял районы Харанпаанниеми и Виланиеми на Карельском полуострове. Бои там были жестокие, многие офицеры погибли. Тогда сержанта-еврея Натана Майшлича произвели в лейтенанты и поставили командовать ротой. Майшлич, способный военный, обучался до этого в школе офицеров запаса, но вместе с другим евреем - Рафаилом Штайнбоком - ушел в армию в самом конце курса, не успев получить диплом.

Евреи и милитаризм

Отношение финских евреев к милитаризму - сложный исторический вопрос. В отличие от евреев Западной Европы, евреи Финляндии "унаследовали" определенную долю милитаризма, поскольку их предки были солдатами. В Финляндии, в отличие от Швеции, среди евреев находили отклик идеи воинственного "сионистского ревизионизма". Впоследствии финские евреи-добровольцы отличились в войне Израиля за независимость. Доля финских участников этой борьбы была самой высокой (по отношению к общей численности евреев в Финляндии).

Сионизм зародился в России. В экстремистской ветви сионизма - "ревизионизма" большой упор делался на воинственность. Интересно, что в Финляндии самые активные сионисты вступали в ряды Гражданской гвардии. Некоторые отличились на этой службе, многие получили должности ротных командиров. Один из гвардейцев - Соломон Класс - во время Второй мировой войны был произведен в капитаны и стал единственным в финской армии евреем-командиром батальона. Еще до "Зимней войны" Класс провел 5 лет в Палестине, где участвовал в вооруженной борьбе с англичанами.

Класс, которого солдаты прозвали "Грозой Палестины", отличился в "Зимней войне". Со своей ротой он сражался на решающем участке в районе Суомуссалми, на дороге Раате. Ему удалось взорвать мост важного значения через реку Пурасйоки и тем самым остановить продвижение советской 163-ей дивизии. После этих боев 64-й пехотный полк, куда входила рота Класса, перебросили к Ладожскому озеру. Рота Класса обороняла остров Максиманссаари, по которому проходила линия окружения двух советских дивизий. Их окружили 10 января 1940 года. Красная Армия пыталась прорваться к окруженным как раз в районе этого острова и прилегающего к нему залива шириной в километр. Классу и его солдатам пришлось обороняться против превосходящих сил противника. После атаки 203-го московского десантного училища финны насчитали на острове 293 убитых советских бойца, не считая многих, тела которых остались на льду.

Финские евреи в войне на стороне Германии

Для большинства финских евреев "товарищество по оружию" с гитлеровской Германией было как бы "теоретическим", поскольку они не соприкасались непосредственно с солдатами вермахта. Но все же они оставались евреями и должны были выработать собственный взгляд на участие в войне на стороне Гитлера.

Финским евреям было известно об антисемитских акциях их могущественного союзника. Сведения об этом поступали в Финляндию еще перед войной. 40 лет спустя капитан Иосиф Левкович напишет: "Нам оказали непонятную "милость" - разрешили воевать за нашу свободу и человеческое достоинство, в то время как наших безоружных братьев по религии истребляли в соседних северных странах и в Европе". Военное содружество финских еврееев с Германией кажется алогичным и необъяснимым. Двух офицеров, финских евреев, наградили немецким Железным Крестом. Удостоверения к наградам были подписаны Адольфом Гитлером. Оба офицера от наград отказались. Это были Лео Скурник и Соломон Класс.

Майор медицинской службы Лео Скурник проявил в боях свою кантонистскую "наследственность". Скурнику, служившему в пехотном 53-м полку, было приказано наладить медицинское обслуживание частей (в том числе дивизии СС), окруженных в августе 1941 года Красной Армией под Киестинки. Скурник организовал эвакуацию раненых через реку Капустная, чем спас свыше 600 человек. По словам финского полковника Вольфа Халсти, Скурник не только оказывал медицинскую помощь раненым немецким солдатам, но и вытаскивал их с поля боя, подавая пример санитарам.

Немцы отметили еврейского военного врача. После того как во время отступления он спас целый немецкий полевой госпиталь, его представили к награде. Знали ли немцы, что Железного Креста второй степени был удостоен еврей? К тому же здесь возникла сложная проблема. Через генерала Сииласвуо Скурник сообщил немцам, что, будучи еврейским офицером, отказывается от награды.

Вскоре на реке Свирь, недалеко от передовой линии фронта, построили временную синагогу - стандартный "финский домик". Солдаты-евреи пехотного 24-го полка поставили ее рядом с позицией, занятой немецкой 136-ой дивизией. Немцы против этого не возражали. Напротив, по рассказам многих финских солдат-евреев, между ними и немцами нередко возникала дружба, и немцы приглашали их приехать после войны в гости в Германию. Некоторые немцы из любопытства даже заходили в синагогу. По словам одного из строителей, капрала Исака Смоляра, известие о синагоге разнеслось по округе. По субботам в нее кто на лыжах, кто на лошадях стали приезжать евреи. Смоляр позже рассказывал: "Нам разрешили соблюдать шабат с вечера пятницы до 6 вечера субботы. Там я встречал людей, которых раньше никогда не видел в синагоге в Хельсинки".

Вопрос о том, принимать ли Железный Крест, встал и перед капитаном Соломоном Классом. До этих пор Класс никогда не подчеркивал своего еврейства. Но для него "товарищество по оружию" имело свои пределы. После тяжелых боев в Ухтуа командующий немецкой дивизией пришел в палатку Класса поблагодарить его за проявленное мужество. Вот как впоследствии рассказывал об этом сам Класс: "Полковник Пилгрим поблагодарил нас за наши действия. Я пригласил его сесть, угостил кофе и армейским черным хлебом. Мы стали беседовать и тут он спросил, не из Прибалтики ли я родом. Мое немецкое произношение напомнило ему тамошний выговор. Я ответил, что родился в Финляндии, немецкий выучил в школе. Но мои родители эмигрировали в Финляндию из Латвии, округ Летт-Галлеи. И, не удержавшись, добавил, что мы, евреи, дома говорили на идиш, который напоминает немецкий язык. Тут все на меня уставились. Полковник встал, пожал мне руку и сказал: "Я лично ничего не имею против того, что вы еврей". Затем он воскликнул "Хайль Гитлер", отдал нам нацистское приветствие и вышел из палатки".

Этот случай не привел к открытому конфликту. В Финляндии немцы старались не поднимать "еврейского вопроса". Многие финские офицеры-евреи единодушно подтверждают, что офицеры вермахта относились к ним нормально. Не известно ни одного случая, когда немцы, узнав о еврейском происхождении финского офицера, отказались бы с ним сотрудничать.

Поступок маршала Маннергейма

6 декабря 1944 года синагогу в Хельсинки посетил президент республики Финляндии маршал Карл Густав Маннергейм. Этим он выразил свое личное отношение к той болезненной (хотя и державшейся под спудом) проблеме, с которой сталкивались демобилизованные солдаты-евреи, когда подходил конец их "боевому содружеству" с немцами. 6 декабря - День независимости Финляндии. Для финских евреев эта дата символизировала освобождение от долгого периода моральных сложностей, которые они испытывали, воюя вместе с гитлеровскими солдатами. В дни, когда Третий Рейх уже находился на пороге гибели, визит Маннергейма в синагогу имел особое значение. Опытный государственный деятель, Маннергейм сознавал, какое глубокое впечатление на общественное мнение Запада производят известия о преступлениях против евреев. Он хотел, чтобы весь мир узнал: Финляндия к этому не причастна.

В синагоге Маннергейм почтил память финских солдат-евреев, павших во Второй мировой войне. Он также дал понять, что финские солдаты-евреи, переживавшие эту войну, выполняли свой патриотический долг по защите независимости Финляндии и не несли вину за чудовищные факты, которые стали известны позже, когда открылись ворота концлагерей. Нужно признать, что финские евреи были избавлены от необходимости делать тяжкий моральный выбор, и в это внесли определенный вклад их немецкие "товарищи по оружию".

Перевод Осси Юнтунена и Марианны Шатерниковой.