На недавней выставке "ЛЕОНИД ПАСТЕРНАК В РОССИИ И ГЕРМАНИИ" в Третьяковской галерее были представлены работы из музеев Москвы, Германии, Великобритании и частных собраний. Наследие художника, находившегося в тени славы сына - поэта Бориса Пастернака, открылось в разнообразии жанров и техники.

Он пришел в искусство в эпоху передвижников, а его последние работы относятся к 30-м годам XX века (отсюда реалистические полотна, натюрморты, пейзажи, но более всего портреты), он рисовал Л.Н. Толстого, В.И. Ленина и А. Эйнштейна, ему удалось в портретах запечатлеть огромный мир в хронологической последовательности событий и имен. Вот на кафедре читает лекцию историк-публицист В. Ключевский; за роялем сосредоточенный, строгий, взыскательный С. Рахманинов; с печальными выразительными глазами, в экзотическом костюме Исаак Левитан, молодой А. Горький. Нам открываются острота и живость глаз М. Гершензона, красивые одухотворенные лица Г. Гауптмана, X. Бялика, А, Эйнштейна. Художник любил писать и групповые портреты, и на них присутствуют великие русские философы Н.Ф, Федоров и B.C. Соловьев, снова Л.Н. Толстой; здесь же семейные портреты известных чаеторговцев и щедрых дарителей московской еврейской общины Высоцких.

Жизнь, мироощущение художника не столь широко известны; его статьи, альбомы, выходившие за рубежом, в течение многих лет находились в закрытых фондах. Леонид Осипович Пастернак - одессит, художественное образование получил в Мюнхене, последний период жил в Германии и Англии, но счастливые годы жизни и творчества связаны с Москвой; здесь его друзья, самые близкие и дорогие ему люди, первые успехи и признание, здесь родятся его дети.

Леонид Пастернак начал выставляться в конце XIX века. Он пришел в период "золотого века" русского искусства, Современниками художника были И. Репин, В. Васнецов, Н, Ге, принявшие его в свой круг; его друзья - В. Поленов, И. Левитан, В. Серов, М. Нестеров. Это время интереса к человеку, хождения "в народ", и эти идеи художник полностью принимает. Но для него "народ" - это население "черты", это люди его детства - национальный портрет всегда был в его творчестве.

В судьбе художника 1889 год был счастливым; он преподнес в дар П.М. Третьякову рисунок, выполненный тушью, "Еврейка с чулком", и в этом же году Павел Михайлович приобрел на выставке картину "Вести с родины". Пастернак часто гостил в московском доме Льва Николаевича Толстого и в Ясной Поляне; многие прижизненные издания писателя выходили в его иллюстрациях. Но не только творческие успехи сопутствовали в этом, поистине судьбоносном году. 14 февраля 1889 года московский раввин Залкинд Минор освятил его брак с Розалией Исидоровной Кауфман. Его жена была известна в столицах как одаренный музыкант, ей Антон Рубинштейн предсказывал блестящую артистическую карьеру, и талантливая пианистка, изведав успех и признание поклонников, отказалась от публичных концертов, внесла музыку в уклад семейной жизни. Молодожены поселились в наемной квартире дома Веденеева в Оружейном переулке, близ Триумфальной площади (дом не сохранился); там же у художника была мастерская. У него много частных заказов, он иллюстрирует книги, дает уроки. 29 января 1890 года в семье родился первенец - Борис, и среди первых поздравлений - письмо от Михаила Нестерова, Повседневная нелегкая жизнь не привела к оторванности от общества. Работы становится все больше. Его скромная квартира полна гостей, и он постоянно у друзей; часто - в доме князей Голицыных на Большой Никитской. Роскошный особняк близ Консерватории прекрасно сохранился до наших дней, Здесь в конце прошлого века хозяйка устраивала рисовальные вечера, приглашая известных художников, почитателей, любителей живописи; в комнатах расставляли натюрморты, накрывали чайные столы; гости рисовали, позировали друг другу, обсуждали, правили, Леонид Пастернак с женой часто бывал в гостеприимном доме; но не всегда ему весело и легко. В 1891-1892 годы по указанию московского генерал-губернатора Великого князя Сергея Александровича тысячи евреев были
выселены из Москвы. И хотя это не затрагивало Леонида Пастернака и его близких (защитили университетский диплом и звание Почетного гражданина), тем не менее не могло не сказаться на его настроении.

15 апреля 1891 года он писал жене, находящейся у родных в Одессе: "Просто работать не хочется, когда посмотришь, какая царит паника среди евреев. Каждый наготове завтра подняться с места, где он жил десятки лет с семьей. И куда они денутся, все эти несчастные. Скверно, скверно! Вчера, например, я столкнулся с Левитаном у Поленовых, и вот мы полдня почти прошлялись по городу и все пели одну и ту же заунывную ноту о положении евреев".

Их многое связывает: оба выходцы из еврейской провинции, вопреки национальной традиции, желанию близких, увлеклись живописью, стали профессиональными художниками, они очень близки друг другу, но и во многом отличны. Один запечатлел волжские и подмосковные пейзажи; другой - портреты современников. Они очень разные, русские художники, неразрывно связанные с еврейской средой, - этих корней им никогда не оборвать. Исаак Левитан ни в детстве, ни в зрелые годы не знал семейного уюта, крайняя бедность сопровождала его всегда; Леонид Пастернак, напротив, неизменно окружен родными - родители, любящая жена, дети; его дом притягателен для друзей и близких. У них разный круг друзей. Леонид Пастернак был своим человеком в Ясной Поляне, Исаак Левитан более тяготел к кругу А.П. Чехова. Левитану суждена была короткая жизнь; его похоронили на еврейском кладбище, а в 1940 году останки перенесли на Новодевичье и захоронили вблизи могил друзей - А. Чехова и М, Нестерова. Леонид Пастернак прожил долгую жизнь: две мировые войны, революция, Гражданская; при нем зарождался фашизм, он скончался в Оксфорде в 1945 году.

Но в конце XIX века они очень дружны, оба достигли известности; их работы в галерее Павла Михайловича Третьякова, их активно покупают; император и члены августейшей семьи удостаивают их вниманием; Великая княгиня Елизавета Федоровна посещала мастерскую И. Левитана и была приветлива и добра. Но разгул юдофобии, не затрагивая лично их, оскорблял, вносил тревогу в души, Они активно сотрудничали с Обществом просвещения евреев, иллюстрируя программы благотворительных концертов; посещали синагогу в особо праздничные дни. Художникам приходилось делать нелегкий выбор между карьерой и национальным "я". И тут интересно свидетельство самого Леонида Пастернака.

В мае 1894 года инспектор Училища живописи, ваяния и зодчества князь Львов пригласил Пастернака на должность преподавателя. Надо ли говорить, что предложение было лестным и выгодным - казенная квартира, мастерская... И все же художник вспоминал: "Я поспешил выразить свою искреннюю радость и благодарность за лестное приглашение; вместе с тем я указал, что мое еврейское происхождение, вероятно, послужит непреодолимым препятствием. Я не был связан с традиционной обрядностью, но, глубоко веря в Б-га, никогда не позволял себе и думать о крещении". Руководство училища с пониманием приняло письмо Леонида Пастернака, и, имея поддержку Великого князя Владимира, смогло обойти законы и принять художника иудейского вероисповедания на должность преподавателя рисунка. В 1901 году семья художника переезжает в новую казенную квартиру на Мясницкой. Начинается наиболее счастливый и плодотворный период его жизни; дети, любимая работа, друзья. Он живет во флигеле старинной усадьбы, возведенной Василием Баженовым в конце XVIII века, известной по имени первого владельца (дом Юшкова); комнаты наполнены детьми и музыкой. Младший сын Александр вспоминал "...Мама играла в соседней комнате. Когда она, устав, прекращала на время игру, музыка в воображении продолжалась; как будто стены, мебель, даже игрушки - все отдавало теперь вобранные мелодии". Но при общем благополучии проблемы остаются.

Старший сын, будущий великий поэт, подрос, и Леонид Осипович направляет заявление:
18.VIII 1900г.
Его превосхолительству Г-ну Директору Московской 5-й Гимназии
Желая определить сына моего Бориса в 1-й класс вверенной Вам гимназии, имею честь просить сделать распоряжение о зачислении сына моего в число учеников вверенной Вам гимназии.
Преподаватель Л. Пастернак

За маленького Борю усиленно хлопотал друг семьи князь Голицын, и именно ему директор гимназии отправляет отказ:

"Ваше Сиятельство, Милостивый Государь Владимир Михайлович!

К сожалению, ни я, ни педагогический совет не может ничего сделать для г. Пастернака: на 345 учащихся уже есть 10 евреев, что составляет 3%. Сверх не можем принять ни одного еврея. К будущему августу у нас освободится одна вакансия для евреев, и я от имени Педагогического Совета могу обещать предоставить ее г-ну Пастернаку".

Директору и Князю очень неприятно сообщать о процентной норме, но обойти закон невозможно.
26. VIII. 1900
Многоуважаемый Леонид Осипович! Спешу препроводить Вам в подлиннике ответ директора 5-й гимназии. Ответ, к сожалению, неутешительный, если что-либо можно сделать, располагайте мною.
Искренне ваш/ преданный Кн. Вл. Голицын.

Через год старший сын поступил на открывшуюся для евреев вакансию.

Связи с национальной средой не прерывались. Дружеские отношения связывали Леонида Пастернака с семьей известного чаеторговца Давида Высоцкого, который с 1914 года возглавлял правление Московской еврейской общины.

В 1916 году журнал "Еврейская жизнь", выходивший в Москве в годы Первой мировой войны, выпустил очередной номер (╧ 14-16), посвященный творчеству Хаима Бялика. Впервые была опубликована статья А. Горького, посвящение И. Бунина - русский поэт выразил понимание мироощущения X. Бялика и судьбы его народа.

Здесь же Леонид Пастернак опубликовал портрет Хаима Бялика. (Он представлен на выставке.) В это время у художника новый адрес: в 1911 году он переехал на Волхонку, и чуть более десяти лет семья жила в большой квартире доходного дома (ныне Музей частных коллекций).

На третьем этаже современного музея открыта мемориальная комната Пастернаков, и среди картин и немногих личных вещей выделяется большая фотография, датируемая 1916 годом, - на снимке вся семья: Леонид Осипович, Розалия Исидоровна, дети. Они все вместе и поэтому счастливы и не знают, что через пять лет старший сын останется в Советской России; отец, мать, младшие дети навсегда покинут родные места.

Леонид Осипович, осев в Берлине, вошел в круг еврейской эмиграции. В 1924 году он совершил путешествие в Эрец-Исраэль, где соприкоснулся с древней историей народа, увидел еврейские поселения и их трудолюбивых жителей, Цикл рисунков стал отчетом о его путешествии; но более всего видение народа он выразил в страстной статье "Рембрандт и еврейство в его творчестве". В рисунках голландского художника, жизнь которого была тесно связана с еврейской амстердамской общиной, он увидел еврейские лица - динамичные, полные любопытства портреты мальчиков, мудрых стариков, красивых, наполненных любовью и состраданием, женщин. Представляя читателям свое видение еврейских портретов Рембрандта, Леонид Пастернак утверждал жизненную силу и самобытность своего народа,

Он вырвался из Германии в 1938 году и поселился в Лондоне, а после кончины жены переехал в Оксфорд, где и узнал о победе над фашизмом. 18 июля 1945 года газета "Советское искусство" опубликовала статью-некролог, в которой Игорь Грабарь известил читателей: "Недавно в Оксфорде умер в возрасте 83 лет выдающийся русский художник Л.О. Пастернак".
Маргарита ЛОБОВСКАЯ
Журнал "Алеф"

Еще о Пастернаке