|
Борис Пастернак
 Русский
поэт и прозаик Борис Леонидович Пастернак родился 10 февраля 1890
г. в известной в Москве еврейской семье. Отец поэта, Леонид Пастернак,
был академиком живописи, преподавателем Училища живописи, ваяния
и зодчества, специализировался на портретной живописи, писал портреты
многих известных людей, в т. ч. и Толстого. Мать поэта, урожденная
Роза Кауфман, известная пианистка, отказалась от карьеры музыканта,
чтобы воспитывать детей: Бориса, его брата и двух сестер.
Несмотря на довольно скромный достаток, семья Пастернаков вращалась
в высших художественных кругах дореволюционной России, в их доме
бывали Рахманинов, Скрябин, Райнер Мария Рильке и Толстой, о котором
спустя много лет Пастернак сказал: "Его образ прошел через всю мою
жизнь". Творчество Скрябина повлияло на решение Бориса поступить
в Московскую консерваторию, где он изучал теорию композиции, однако
талантливому юноше для успешных занятий не хватило абсолютного слуха.
В 1910г. он отказался от мысли стать музыкантом, увлекся философией
и религией, особенно Новым заветом в интерпретации своей набожной
православной няни и Толстого, и, проучившись некоторое время на
историко-философском факультете Московского университета, в возрасте
23 лет уехал в Марбургский университет, где в течение летнего семестра
занимался у профессора Германа Когена, главы марбургской неокантианской
школы. Впрочем, увлечение философией оказалось недолгим: встретив
русскую девушку, Иду Высоцкую, в которую он давно был влюблен, Пастернак
вспомнил о родине, уговорил себя, что от природы он скорее лирик,
чем логик, и, совершив короткую поездку по Италии, зимой 1913 г.
вернулся в Москву.
По возвращении в Москву Пастернак установил связи с видными представителями
символизма и футуризма, познакомился с Владимиром Маяковским, одним
из ведущих поэтов-футуристов, ставшим другом и литературным соперником
Пастернака. Хотя музыка, философия и религия не утратили для Бориса
своей важности, он понимал, что истинное его предназначение - это
поэзия, и летом 1913 г., после сдачи университетских экзаменов,
завершил первую книгу стихов "Близнец в тучах" (1914), а через три
года - вторую, "Поверх барьеров".
Идиллическая атмосфера его жизни в России накануне первой мировой
войны передана в "Повести" (1929), где с очевидностью обнаруживается
родство прозы и стихотворной лирики Пастернака. Еще в детстве Борис
повредил ногу, упав с лошади, и, когда началась война, в армию не
попал, однако, чтобы принять посильное участие в войне, устроился
конторщиком на уральский военный завод, что впоследствии описал
в романе "Доктор Живаго".
В 1917 г. Пастернак возвращается в Москву; атмосфера революционных
перемен нашла свое отражение в книге стихотворений "Сестра моя жизнь",
опубликованной пятью годами позже, а также в "Темах и вариациях"
(1923), выдвинувших его в первый ряд поэтов России.
Поэтесса Марина Цветаева, страстная почитательница Пастернака,
назвала его поэзию "световым ливнем", "сквозняком", "разгадкой",
а сам Пастернак в поэме "Спекторский" писал: "Поэзия, не поступайся
ширью. Храни живую точность: точность тайн". Поскольку писатель
не имел обыкновения распространяться о своей жизни, был склонен
с большой осмотрительностью описывать те события, очевидцем которых
становился, подробности его жизни после революции весьма отрывочны
и известны в основном из переписки с друзьями на Западе и двух книг:
"Люди и положения. Автобиографический очерк" (1956...1957) и "Охранная
грамота" (1931).
Подобно многим поэтам и писателям его поколения, в первые дни революции
Пастернак некоторое время работал в библиотеке Народного комиссариата
просвещения. Хотя в 1921 г. его родители с дочерьми эмигрировали
в Германию, а после прихода к власти Гитлера переехали в Англию,
Борис и его брат Александр остались в Москве.
Вскоре после отъезда родителей Пастернак женился на художнице Евгении
Лурье, у них родился сын, а в 1931 г. развелся с ней и женился на
Зинаиде Николаевне Нейгауз, от брака с которой у него был еще один
сын. Большую часть жизни Пастернак жил в Переделкине, дачном поселке
писателей под Москвой.
В 20-е гг. он написал две историко-революционные поэмы "Девятьсот
пятый год" (1925...1926) и "Лейтенант Шмидт" (1926...1927), одобрительно
встреченные критикой, и в 1934 г. на Первом съезде писателей о нем
говорят как о ведущем советском современном поэте. Однако похвалы
в его адрес вскоре сменяются резкой критикой из-за нежелания поэта
ограничиваться в своем творчестве пролетарской тематикой.
 Во
время политических процессов 30-х гг., организованных по указанию
Сталина, Пастернак отказывается верить в виновность крупных советских
военачальников, хотя прекрасно знает, чем это ему грозит. В результате
с 1936 по 1943 г. поэту не удалось издать ни одной книги, но благодаря
осмотрительному поведению он спасся от ссылки и смерти, которых
не избежали многие его современники. Получивший воспитание в европейски
образованной среде, Пастернак говорил на нескольких языках и в 30-е
гг., лишившись заработка, переводил на русский язык классиков английской,
немецкой и французской поэзии. Его переводы трагедий Шекспира считаются
лучшими на русском языке. Переводил Пастернак и горячо любимых им
грузинских поэтов, вовсе не желая при этом угодить Сталину - грузину
по национальности.
В начале Великой Отечественной войны, когда немецкие войска приближались
к Москве, Пастернак был эвакуирован в г. Чистополь, на реке Каме.
В это время поэт написал патриотические стихи и попросил советское
правительство отправить его на фронт в качестве военного корреспондента,
на что в конце концов получил разрешение.
В 1943 г. вышла первая за последние 8 лет книга поэта "На ранних
поездках", поэтический сборник, состоящий всего из 26 стихотворений,
который был быстро раскуплен, а в 1945 г. - вторая, "Земной простор",
в 1946 г. были переизданы ранние стихи поэта. В 40-е гг., продолжая
поэтическую деятельность и занимаясь переводами, Пастернак начал
обдумывать план романа, "книгу жизнеописаний, куда бы он в виде
скрытых взрывчатых гнезд мог вставлять самое ошеломляющее из того,
что он успел увидать и передумать", и после войны, уединившись в
Переделкине, начинает работу над "Доктором Живаго", историей жизни
Юрия Андреевича Живаго, врача и поэта, детство которого приходится
на начало века и который становится свидетелем и участником первой
мировой войны, революции, гражданской войны, первых лет сталинской
эпохи. Человек думающий, наделенный художественным темпераментом
и философским взглядом на мир, Живаго не имел ничего общего с ортодоксальным
героем советской литературы. Несмотря на то что персонажи книги
придерживаются разных жизненных установок, всем им равно чужды марксистско-ленинские
взгляды. В романе дается широкая панорама дореволюционной и революционной
России. Знаменательно, что фамилия героя происходит от слова "живой",
"жизнь". В то время когда над страной разражается революционная
буря, Живаго обретает идиллический покой в трепетной любви к Ларе,
бывшей возлюбленной продажного дельца и жены революционера-фанатика.
По лирико-эпическому настрою, по выразительности психологических
характеристик, по интересу к духовному миру человека перед лицом
опасности "Доктор Живаго" имеет немало общего с "Войной и миром"
Толстого. Роман, поначалу одобренный для печати, позже сочли непригодным
"из-за негативного отношения автора к революции и отсутствия веры
в социальные преобразования". Впервые книга была издана в Милане
в 1957 г. на итальянском языке, а к концу 1958 г. переведена на
18 языков, в т. ч. и английский. В дальнейшем "Доктор Живаго" был
экранизирован английским режиссером Дэвидом Лином.
В 1958 г. Шведская академия присудила Пастернаку Нобелевскую премию
по литературе "за значительные достижения в современной лирической
поэзии, а также за продолжение традиций великого русского эпического
романа", после чего центральные советские газеты "Правда" и "Литературная
газета" обрушились на поэта, называя его "изменником", "злобным
обывателем", "клеветником", "Иудой", "вражеским наймитом" и т.д.
Пастернака исключили из Союза писателей и вынудили отказаться от
премии. Вслед за первой телеграммой в адрес Шведской академии, где
говорилось, что Пастернак "чрезвычайно благодарен, тронут, горд,
изумлен и смущен", через 4 дня последовала вторая: "В силу того
значения, которое получила присужденная мне награда в обществе,
к которому я принадлежу, я должен от нее отказаться. Не примите
за оскорбление мой добровольный отказ". "Разумеется, этот отказ
никоим образом не принижает значимости награды, - сказал на церемонии
награждения член Шведской академии Андерс Эстерлинг, - нам остается
только выразить сожаление, что награждение лауреата Нобелевской
премии не состоится".
В письме к советскому лидеру Н.С. Хрущеву, составленном юрисконсультом
Союза писателей и подписанном Пастернаком, выражалась надежда, что
поэту будет разрешено остаться в СССР. "Покинуть Родину для меня
равносильно смерти... - писал писатель - Я связан с Россией рождением,
жизнью и работой". Глубоко потрясенный продолжающимися нападками
на него лично и на его книги - реакцией, которой он не ожидал, когда
начинал работу над "Доктором Живаго", последние годы жизни писатель
безвыездно жил в Переделкине, писал, принимал посетителей, беседовал
с друзьями, ухаживал за садом.
Борис Пастернак мер в 1960 г. от рака легких. Расхождение писателя
с коммунистическими идеалами было не политическим, а скорее "философским
и моральным" - так считает критик и историк литературы Марк Слоним,
который пишет: "Он верит в человеческие христианские добродетели,
утверждает ценность жизни, красоты, любви и природы. Он отвергает
идею насилия, особенно тогда, когда насилие оправдывается абстрактными
формулами и сектантской демагогией". Пастернаку, воспитанному на
идеях гуманизма и религии, трудно было принять советские принципы
материализма, коллективизма и атеизма.
Как отмечал биограф Пастернака, Роберт Пейн, "своими стихами и
прозой Борис Пастернак утверждал превосходство человека, человеческих
чувств над репрессиями диктаторского режима". В письме одному из
своих переводчиков, американскому слависту Юджину Кейдену, Пастернак
писал, что "искусство не просто описание жизни, а выражение единственности
бытия... значительный писатель своего времени - это открытие, изображение
неизвестной, неповторимой, единственной живой действительности".
В начале 80-х гг. отношение к Пастернаку постепенно стало меняться:
поэт Андрей Вознесенский напечатал воспоминания о Пастернаке в журнале
"Новый мир", вышел двухтомник избранных стихотворений поэта под
редакцией его сына Евгения Пастернака (1986).
В 1987 г. Союз писателей отменил свое решение об исключении Пастернака
сразу после того, как стало известно, что в 1988 г. в периодике
начнется публикация романа "Доктор Живаго".
www.n-t.org
|
