В угоду читателям "КП" продолжает ставить над своими сотрудниками разные эксперименты. Наши корреспонденты уже испытали на себе "Виагру" и женские прокладки, прошли тестирование на беременность и допинг-контроль. Ездили в деревню доить коров, бомжевали в Англии и просили милостыню в российских электричках. Очевидно, пришла пора примерить новую личину.

Итак, идея проста, как телеграфный столб. Жанр обычного серьезного интервью с известным политическим деятелем этим летом, похоже, не совсем уместен. Правильный вопрос - умный ответ, жарко и скучно... И вот мы решили попробовать задавать самые простые, "детские" вопросы. Может, объясняя, почему небо голубое, эти люди раскроются с новой стороны?

Первым в рискованном эксперименте согласился поучаствовать лидер правых Борис Немцов.

"Любой секс безопасен, если по любви"

Оказавшись в просторном думском кабинете Бориса Немцова, я решил сразу брать быка за рога, вернее, за кудрявую голову, и спросил, внутренне содрогаясь:

- Борис Ефимыч, когда вы в последний... раз целовались в кино?

- Недавно мы с Евтушенковым (шеф АФК "Система", акула российского бизнеса. - О. Р.) ходили в кинотеатр "Новороссийск" на фильм "Интим". Правда, несмотря на название, не целовались. Это было очень тяжелое зрелище - два некрасивых человека занимаются некрасивым сексом (это он про кино. - О. Р.), абсолютно не понимая, зачем им это надо. Бессмысленная пустая и бестолковая жизнь. У меня и так нервная работа, а если еще в кино напрягаться - совсем жить не хочется.

- Так вы сходите на что-нибудь легкое, типа "Побег из курятника".

- Ну я ж не знал. Думал - "Интим" так интим, а оказалось - ни черта! А что до поцелуев, - вспомнил он о моем вопросе, - то я каждое утро целую весь свой персонал.

- В щечку, - не без ехидства заметила пресс-секретарь Лиля Дубовая, все это время сидевшая рядом. - Он считает, что это и есть поцелуй.

- Так я их настраиваю на работу, - засмеялся Немцов.

- Что, и парней тоже? - насторожился я, на всякий случай отодвигаясь подальше.

- О нет, - успокоил меня Б. Е., - с этим у нас все в порядке.
Тут я смекнул, что пока не поздно, тему взаимоотношения полов надо развивать.

- А скажите, как демократ демократу: Зюганов - сексуальный мужчина?

- Ну, мужиков я оценивать не могу, а вот мои жена и дочь на этот вопрос ответили бы: "Ни за что!"

- А какой секс вам больше по душе - безопасный или экстремальный?

- Я считаю, любой секс безопасен, если по любви.

- А правда ли, что первый сексуальный опыт определяет дальнейшую жизнь мужчины?

- Ну, меня это не касается. Мой первый опыт был неудачным. Правда, психику он не травмировал, просто я понял, что всему нужно учиться.

"Я теперь скупее стал в желаньях"

- Кстати, раз уж речь об учебе... У меня тут щекотливое намерение: убедиться, что ваш интеллект и впрямь не слабый. Можете ли с ходу объяснить трудовому народу суть теоремы Пифагора?

- Ого! (Пауза.) Теорему-то я знаю, вот только будет ли это интересно читателям?

- Ладно, Бог с ним, с Пифагором, назовите хотя бы компоненты салата оливье.

- Майонез! - радостно воскликнул Б. Е. - Мясо или ветчина. Картофель бывает часто, капуста... - Он призадумался.

- Зеленый горошек, - зашептала пресс-секретарь.

- Да, да, горошек... зеленый.

- А компоненты ядерного топлива перечислить слабо?

- Уран-235, плутоний... Да что ты с этим топливом, - отмахнулся он, - я тут все думаю, как народу теорему Пифагора объяснить. Все! Понял. Очевидно, что дойти от Кремля до Думы лучше всего по прямой, и если ты попытаешься сделать это через Старую площадь, то дистанция будет гораздо больше. Но самое поразительное, что, оказывается, если ты идешь по кривой, то можешь оценить, какое расстояние по прямой, понимая, что это явно больше, чем когда по кривой идешь...

Тут Б. Е. вдруг остановился. Задумался:

- И что же это я тут наговорил? Ну как правильно объяснить?

- Да ладно, Борис Ефимыч, - сжалился я, увидев столь искренние страдания. - Это уже и так почти гениально. Ответьте лучше на вопрос из истории: сколько лет было в первой советской пятилетке?

- По-моему, 3 или 4. В любом случае меньше, чем 5.

- Вы почти угадали: 4 года и 3 месяца. А еще меня редактор попросил задать один странный вопрос - он, знаете ли, большой знаток революционных песен. Продолжите фразу: "Вышли мы все из народа..."

- ...Все из семьи трудовой!

- А вот и нет. Правильно - "Дети семьи трудовой"!

- Да, да, дети.

- Пионер-герой, который вам наиболее симпатичен?

- Э...

На этом месте случился маленький сбой.

- Аркадий Гайдар? - осторожно предположил Немцов. И тут же честно признался: - Ты знаешь, никого не помню. Там были неплохие ребята, но у меня это все почему-то ассоциируется с Павликом Морозовым.

- А какое стихотворение знаете на память?

Б. Е. на миг задумался и просиял:

- "Я теперь скупее стал в желаньях". Есенин! Или вот: "Два чувства дивно близки нам, в них..."

Он снова задумался.

- Тихо, не подсказывай! (Это он пресс-секретарю. - О. Р.) "...В них, чем-то там, оживает сердца пища, любовь к отеческим гробам, любовь к родному пепелищу!"

- Супер!

Тут Б. Е. воодушевился. Его глаза запылали огнем.
- "Мы живем, под собою не чуя страны, наши речи на десять шагов не слышны, если хватит на полразговорца, вам припомнят убогого горца". Это кто, знаешь? - хитро спросил Немцов.

Я сдуру брякнул, что Лермонтов, ведь еще со школы помню: про горцев - это у него.

- Не-ет, это Мандельштам! Только вот насчет горца, убогий он или какой-то другой, я не уверен.

Какая связь между Путиным и зябликами?

Здесь я вспомнил, что Немцов не только физик, но и лирик, и попытался перевести разговор в метафизическую плоскость.

- А как, по-вашему, почему зимой море арбузами пахнет?

- Я родом из Сочи и знаю, чем пахнет море. Водорослями оно пахнет - и зимой, и летом.

- Арбузной коркой пахнет снег, - подсказала Дубовая. - Об этом писал Пастернак.

- Так снег вы тоже нюхали?

- Снег я ел. В детстве.

- Ну и как?

- Холодный.

- А в ту пору, когда вы ели снег, не задумывались, почему люди не летают, как птицы?

- Когда я смотрю на Дэвида Копперфилда, я понимаю, что это мечта. В пору губернаторства я летал в спарке на МиГ-29. Взлетев на форсаже, мы полетели ко мне в Нижегородский кремль. Подлетели к окнам моего кабинета, и я увидел свою секретаршу, которая выглядывала из окна и крутила пальцем у виска.

- Любопытные у вас были забавы... Ну да ладно. А вот представьте себе ситуацию: днем вы преуспевающий политик, а ночью превращаетесь, ну, скажем, в Бэтмена. Кружите над Москвой, помогаете обездоленным. Кого бы вы спасли в первую очередь?

Этот невинный вопрос сломил Лилю Дубовую, до того стойко крепившуюся. Она почему-то согнулась пополам и стала, сотрясаясь, оседать под стол.

- Путина бы спас, - невозмутимо ответил лидер правых.

- Но от чего?

- Просто мне кажется, он очень несвободен.

Из-под стола раздался протяжный женский стон.

- Ведь президент - это человек, который вынужден делать, что надо, а не то, что хочет, - продолжал Б. Е., не обращая внимания на происходящее под столом.

- А как его можно спасти? Похитить?

- Так вы же сказали, что это фантастика.

- Извините, - сказала Лиля, постепенно возвращаясь на стул и вытирая слезы. - Просто к нам впервые приходят с такими вопросами.

Тут я решил их пощадить, задав беседе остросоциальную направленность.

- Говорят, политика - опиум для народа. А вот как вы относитесь к введению в России смертной казни за торговлю наркотиками?

- Я категорически против! - оживился Б. Е., сев на родного конька. - Вспомните Чикатило: прежде чем его поймать, умертвили двух невинных людей, ошиблись. А в самой демократической стране США таких ошибок в ХХ веке было 350! К снижению преступности в стране смертная казнь не имеет отношения.

- А если б вы вдруг стали президентом, чей бы портрет повесили у себя в кабинете?

- Александра Второго. Он дал свободу народу, создал местное самоуправление, суд присяжных. А за это его убили. Народовольцы, черт бы их побрал. Еще повесил бы Столыпина, Сахарова и Ельцина.

- А Путину в этой галерее место есть?
-
Я так скажу: если Путин будет висеть, то я его снимать не буду. Вот, точно: я бы сделал галерею российских президентов. У меня и в Нижнем была галерея нижегородских губернаторов - начиная со Ржевского.

- ???

- Нет-нет, это не тот поручик. И коммунистов бы не стал снимать. Беда нашей страны в том, что каждый следующий начальник говорит: "Все, что было до меня, - неправильно, все начинаем сначала!".

- Тяжело в России быть борцом за идею?

- Очень, - вздохнул Б. Е. - Особенно если ты против своего народа. Вернее, если твои идеи противоречат общественному мнению.

- Скажите, как провинциал провинциалу: Москва чему верит?

- А ты откуда? - насторожился Немцов.

- Из Ташкента.

- Серьезно? Тогда скажу. Москва только в силу верит. Здесь огромная концентрация денег, политических и финансовых интересов. Выживает лишь тот, кто может победить в жесткой борьбе.

- А Нижний чему верит?

- По-моему, уже ничему. Там сейчас выборы, и всех так достали эти черные технологии, что народ верит только в скорый отпуск.

- А вы матом ругаетесь?

Немцов угрожающе расправил плечи, я испугался.

- Да не на меня! Репортера каждый может обидеть. А вот, скажем, власть можете обложить матом, ведь, говорят, теперь это опасно?

- Я не чувствую никакой опасности. Более того, иногда делаю это на встречах с избирателями. И вообще насчет мата... Был у меня в этом деле один учитель, человек известный. Но фамилию не назову.

- Борис Ефимыч, сегодня мало какое интервью обходится без политики. Даже если речь о зябликах, так и норовят в конце ввернуть про президента. Скажите, ну какая связь между Путиным и зябликами?

- Послушайте! - взмолился Немцов. - Отстаньте вы от Путина, ему и так тошно.

В этот момент на столе Б. Е. грозно затренькал телефон с российским флажком. Судя по тому, что мне рассказывали старшие товарищи, бывавшие в высоких кабинетах, это была кремлевская "вертушка". И пока Немцов по ней говорил, я подумал, что про политику, пожалуй, достаточно. Лучше уж о свойствах личности.

"Кошелек я не ношу, его у меня воруют"

- Способны ли вы заснуть во время оперного концерта?

- Мы однажды были в Вене на знаменитой венской опере. Длинная, несколько часов. И моя жена дико переживала, что я засну. Но у меня есть сила воли, да и музыка была неплохая.

- А во время президентского послания?

- Я не сплю в неудобной позе.

- Вы давно пили "Жигулевское"?

- Давно. А вчера пил "Балтику".

- И при каких обстоятельствах?

- Пришел домой, а дочка принесла пиво. Светлое.

- И дочка пила?

- Да с кем ей еще пить, как не с родным отцом! - захохотал Немцов. А посерьезнев, вдруг заключил: - Сейчас в России появилось отличное пиво.

И тут лидер СПС поведал мне, что пивовары и народ от реформ только выиграли. Что раньше "эту кислятину" пить было невозможно. Что на генетическое будущее нации рост потребления пива повлияет хорошо. Что водку на квас заменить нельзя, а на пиво - вполне, главное - чтоб не смешивали.

- А вы жадный человек? Старушкам в метро подаете?

- Везде, где вижу бедных, стараюсь помогать. Слушайте, если б я был жадным, я бы, наверное, не платил 150 стипендий из своих денег одаренным детям из Нижнего.

Откуда у в общем-то рядового депутата средства на выплату 150 стипендий "из своих денег", я, честно говоря, спросить постеснялся, решив, что работать еще и прокурором у меня задания не было. Но и послушать про Немцова и деньги было интересно (я вообще про деньги люблю). Потому задал еще один вопрос:

- А вот Борис Николаевич Ельцин, когда с головой окунулся в политику, говорят, в конце концов забыл, как выглядят деньги...

Тут Б. Е. с готовностью вывернул карманы брюк. На стол посыпались смятые десятки.

- Кошелек я не ношу, у меня его воруют постоянно, - пояснил он.

- И это все? Что-то жидковато для видного филантропа.

- У меня и доллары есть, - обиделся Немцов.

- А мне займете 500 рублей? Я отдам в ближайшие 3 года.

- Да легко! - Б. Е. протянул мне пятисотку.

- А не жалко?

- Так не только в деньгах счастье.

- А в чем еще?

- У меня на этот счет своя формула. - Немцов растопырил пятерню и начал загибать пальцы. - Свобода, здоровье, достаток...

- А могли бы вы приютить сироту? - снова прервал его я.

- Однажды я был в Индии, знаешь, какая там нищета. И вот на улице ко мне подошла девчонка лет трех. Чумазая, огромные красивые глаза. Денег попросила. И я решил ее удочерить. Пошел даже в посольство. Но там сказали, что ни в коем случае нельзя: будет международный скандал.

За что Хакамаду дразнят Хиросимой?

Тут Б. Е. закурил и перевел дух. Похоже, отвечать на простые вопросы - дело не слишком легкое. И я снова ему посочувствовал:

- Вам еще не надоело на мои вопросы отвечать? Дело в том, что самые глупые я на конец приберег...

Немцов обречено вздохнул и посмотрел на меня с непередаваемым состраданием. Наверное, так смотрит главврач психбольницы на пациента, только что съевшего кактус.

- Меня вообще-то ждут уже. В стране идут налоговая революция, пенсионная реформа, Трудовой кодекс... Все это, может, и незаметно, но для нас - соавторов этих перемен - самое горячее время. - Он чуть подумал и вздохнул: - Ну, давай свои самые дурацкие вопросы, только по-быстрому, в режиме блица.

И мы стали по-быстрому.

- Куда сахар девается, когда его в чай кидают?

- Куда-куда. Там же и остается.

- Почему Хакамаду дразнят Хиросимой?

- За красоту.

- А у вас в детстве было прозвище?

- Было - Кудрявый.

- Почему небо голубое?

- Чтобы радовать глаз.

- Если бы судьба свела вас с Павликом Морозовым, о чем бы вы с ним поговорили?

- Об уважении к старшим.

- А с Робинзоном Крузо?

- О комфорте.

- А с Карлосом Кастанедой?

- О любви.

В любом эксперименте главное - вовремя остановиться. Что я и сделал, заметив напоследок:

- Борис Ефимыч, как я и ожидал, вы оказались человеком раскованным и много мне всякого наговорили. Теперь одна тревога: нас с вами после этого интервью в Кащенко не заберут?

- Да был я уже там - на экскурсии. Смотрел, как содержали диссидентов в советское время. Там сейчас в целом неплохо, мне понравилось...

21 июля 2001 г.
Олег РАШИДОВ