Все новости



























































































































































































































































География посетителей

sem40 statistic
«    Август 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 

Они спасали евреев

В 1941 году Днепропетровск увидел немцев второй раз. Первый был в 1918-м. Тогда напротив гостиницы "Астория" немцы повесили 8 рабочих. В 1941-м - на этих же деревьях - 16. Утром 13 октября по указанию начальника полиции майора Вильгельма фон Мульде, полевого коменданта полковника фон Альберти и коменданта города майора Гольдермана на проспекте К. Маркса собрали 11 тысяч евреев - стариков, женщин, детей. Их расстреляли в Ботаническом саду.

На территории Игренской больницы, превращенной фашистами в концлагерь, тоже расстреливали и вешали. Все работники больницы - евреи были уничтожены в первую очередь, среди них - профессор Д. Б. Франк.

Бывший узник Игренского концлагеря и лагеря смерти Маутхаузен, участник антифашистского подполья В. А. Власенко вспоминает:

"После отправки с Игрени партии узников в Бухенвальд (было угнано 3141 чел.) нас согнали на территорию Мандрыковского концлагеря (он располагался между ул. Фурманова и памятником Славы), а на следующий день разместили в свинарниках за подстанцией, где держали впроголодь десять дней. Под дулами автоматов нас загоняли в вагоны. 5 октября 1943 года меня привезли в Маутхаузен".

Были среди остававшихся в оккупации и те, кто оказывал помощь евреям, укрывал, помогал им покинуть город. Это были простые люди с добрым сердцем, неравнодушные к чужой беде. Николай Степанович Филоненко, руководитель группы подпольщиков Левобережья, спасал еврейских детей.

А вот рассказ Тамары Яковлевны Самарской. О том, как она, 11-летняя девочка, помогала своим родителям Якову и Валентине Самарским в спасении евреев:

"Мы жили на Баррикадной, 14 с 1918 года, в доме еврея Сорина, и, сколько себя помню, - в окружении евреев. Жили дружно и всегда друг друга поддерживали: Лезинские, Бродские, Топоровские, Соловейчики, Файгенблаты, Злобовские. Сорин держал корову и всех соседей снабжал молоком. У Миши Фридмана арестовали отца, мать отправили в Салехард, но все соседские дети, родители которых были репрессированы в предвоенные годы, оставались нашими друзьями. Когда отец добровольцем ушел на фронт, мы все его ждали. В письмах он убеждал нас никуда не уезжать, обещал заехать и забрать нас. В Одессе он занимался эвакуацией института им. Филатова, попал в румынский плен, но мы об этом ничего не знали. Один сосед, ставший полицаем, оберегал нашу семью и даже дал нам хлебную карточку.

Возвратившись из румынского плена, отец организовал подпольную организацию, а сам устроился "на работу" начальником городской управы. Это давало ему возможность снабжать людей документами, помогать им уйти из города и даже... сменить национальность. Когда родители узнали, что евреев поведут на расстрел, они выбрали из домовых книг еврейские фамилии и по ночам мама - Валентина Арсентьевна - ходила по домам, чтобы предупредить их. Многие успели уйти в села или в партизанские отряды. Я выполняла также подобные поручения родителей. Был среди подпольщиков еврей и с нашей улицы - Борис Сондек. Позже его расстреляли.

Мой отец стал жертвой провокатора и погиб. Но он остался героем в памяти всех его знавших. О нем написано много статей, очерков и книг. Мой отец - настоящий боец, и память о нем - самое для меня дорогое".

Сейчас врач Т.Я. Самарская на пенсии. Из музея Яд ва-Шем ей пришло письмо о том, что ее семья должна получить звание Праведников Мира.

А недавно судьба свела меня еще с двумя людьми, друзьями, которые уже имеют звание Праведников Мира. Они живут у нас в Днепропетровске. Это Владимир Григорьевич Иванов и Виктор Григорьевич Домарацкий. Их судьбы во многом схожи. Оба - участники войны и оба - вместе со своими родителями - спасали евреев.

Отец Владимира - Григорий Михайлович Иванов - был завхозом Игренской больницы, а дед - Михаил Яковлевич - главным садовником, который создал там парк, существующий и поныне. Одним из соседей Григория Михайловича (1903-1943) и Евдокии Андреевны (1902-1984) Ивановых был Яков Борисович Шлагин, работавший тогда зам. главврача Игренской больницы. Его семья жила в пос. К.Маркса близ станции Игрень. Когда в городе начались облавы и аресты евреев, Ивановы и Домарацкие решили спасти Шлагиных. Яков Борисович с матерью были спрятаны в семье Валентины Нестеровны Домарацкой в селе Ягодное Харьковской области, а сын Борис - в селе Божедаровка Днепропетровской области. О том, что будет "шмон", предупредила соседка Елена Ивановна, зная, что они прячут Я.Б. Шлагина, но местный полицай донес, и Виктора Домарацкого схватили и посадили в тюрьму на ул. Чичерина, а через несколько дней отправили в Германию. Это был март 1942 года. Мать, говорившая на чистом украинском языке, прожила в Ягодном два года, и Иванов-старший по возможности наведывался к ней и помогал. Шлагину же Ивановы и Домарацкие достали паспорт на имя Григория Марусенко, с которым Яков Борисович ушел на восток и, перейдя линию фронта, стал бойцом Советской Армии. Пройдя с боями сотни верст, Шлагин вернулся в родной город. Инвалид войны Яков Борисович встречал День Победы со своей семьей, вернулся на работу в свою больницу, участвовал в ее восстановлении.

Старший сын Шлагина Борис не сразу попал в Божедаровку. Сначала его отправили к знакомой Якова Борисовича, но 7-летнего мальчика сильно выдавала внешность, и напуганная женщина выгнала ребенка. Встретивший его полицай, спросил: "Пацан, ты не сынок ли Шлагина?" - и, получив утвердительный ответ, отвел мальчика в детский приют. Но Боря оттуда убежал. Несколько ночей он провел на вокзале, увидел поезд с зарешеченными окнами, шедший из Кривого Рога, и хотел вскочить в вагон, но стоявший на подножке немец крикнул: "Юде?". Боря укусил немца за руку и убежал. На станции Божедаровка его приютила женщина по фамилии Гармаш, у которой он прожил всю войну. Там же, под фамилией Остапенко, Боря пошел в школу. После войны увидевший его в Божедаровке сотрудник психбольницы узнал Борю и сообщил о нем отцу. Там, в школе, отец с сыном и встретились.

Младший сын Я.Б. Шлагина Юра, которому было тогда 2 года, прожил военное лихолетье со своей мамой (второй женой Якова Борисовича) на станции Мерефа.

Виктор Домарацкий был интернирован в Германию, там до сентября 1943 года работал токарем на фабрике, где делали мотоциклы. Работали по 12 часов в сутки. Среди рабочих было много военнопленных с Западной Украины и очень много днепропетровцев. Подъем в 6 часов, чай утром, хлеб с баландой после работы, изнурительный труд и одна мечта - бежать. Виктор и еще двое заключенных решились. Был октябрь 1943 года. В одну из ночей, когда в лагере была объявлена тревога, они убежали, но в лесу нарвались на зенитный пост. За побег их отправили в штрафлагерь Видсбург, а через месяц, как "особо опасных" преступников - в концлагерь Флёсенбург. Над входом в концлагерь висело объявление: "Выход только через трубу крематория". Теперь Домарацкий был узником с лагерным номером 8640. За рядом бараков высилась 3-метровая кирпичная стена, за которой содержались "особо опасные".

До апреля 1945 года пробыл Виктор Григорьевич в Флёсенбурге.

Когда он попал к американцам, у него была температура за сорок и вес 45 кг. Его сразу начали лечить. Малость полегчало. Американцы давали апельсины, лимоны и шоколад, а он... не мог есть. Через месяц его выходили и отправили в советскую зону. Там он попал в танковую армию. Но врач осмотрел его ногу, и Виктора комиссовали.

А когда Виктор Домарацкий вернулся на Родину, в родной поселок Игрень, соседи сказали ему, что кто-то из местных жителей принес известие о его гибели.

После войны он встретился со спасенным им доктором - Яковом Борисовичем Шлагиным.

По сей день живет Виктор Григорьевич Домарацкий на Игрени. Во дворе его дома шумят зеленые деревья, цветут алые тюльпаны. Но до сих пор сжимает горло при мысли о тех страшных годах.

А отец и сын Ивановы?

В сентябре 1943 года, когда фронт приблизился к нашему городу, Григорий Михайлович с сыном Владимиром ушли из пос. Игрень. Днем прятались в оврагах, а ночью пробирались к фронту. В районе Синельниково они перешли линию фронта и были призваны в армию, но попали с отцом в разные части: отец - на фронт, а сын - на учебу в Павлоградскую полковую школу. После чего он воевал в 35-й гвардейской дивизии 102-го стрелкового полка. Стрелок-автоматчик Владимир Иванов участвовал в форсировании Днепра. В селе Войсковом был ранен, награжден медалью "За отвагу". После госпиталя был направлен на учебу и стал командиром орудия. Дошел до Одессы, затем служил в войсках 1-го Белорусского фронта. Их часть воевала в Польше, освобождала концлагерь Майданек, форсировала Вислу.

Здесь Володя встретил свое 20-летие. С боями дошел до Берлина. О том, как воевал Иванов, говорят медали "За освобождение Варшавы", "За взятие Берлина", "За победу над Германией" и орден Отечественной войны 1-й степени.

Не знал тогда сын, что его отец был ранен в бою под Кривым Рогом и попал в желтоводский госпиталь. Там, в Желтых Водах, его и похоронили.

После войны Владимир Григорьевич закончил мукомольный техникум и до 1958 года работал в системе "Заготзерно". 25 лет отдал профсоюзу работников сельского хозяйства и заготовок. Награжден двумя орденами Трудового Красного Знамени и орденом "Знак Почета", а также множеством медалей.

В феврале 2002 года во время визита в Днепропетровск, посол Израиля в Украине Анна Азари официально объявила о присвоении В.Г. Иванову и В.Г. Домарацкому почетного звания "Праведников Мира".

Послесловие

Спасенные нашими земляками дети Шлагина сейчас живут с семьями в Израле.

Низкий Вам поклон, спасители. Живите долго и счастливо.

Только бы все это никогда больше не повторилось на нашей земле, а подвиг ваш не забудется.

  • 23-09-2002, 14:30
  • Просмотров: 675
  • Комментариев: 0
  • Рейтинг статьи:
    • 0
     (голосов: 0)

Информация

Комментировать новости на сайте возможно только в течении 180 дней со дня публикации.

    Друзья сайта SEM40
    наши доноры

  • 26 июня  Моше Немировский Россия (Второй раз)
  • 3 января Mikhail Reyfman США (Третий раз)
  • 26 декабря  Efim Mokov Германия
  • 25 ноября   Mikhail German США
  • 10 ноября   ILYA TULCHINSKY США
  • 8 ноября Valeriy Braziler Германия (Второй раз)

смотреть полный список