Все новости



























































































































































































































































География посетителей

sem40 statistic
«    Август 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 

Убийство памяти

В романе Гроссмана "Жизнь и судьба" эсэсовец Лисс говорит старому большевику Мостовскому: "Мы - форма единой сущности, - партийного государства. Наша победа - ваша победа. А если победите вы, то мы и погибнем, и будем жить в вашей победе. Это как парадокс: проиграв войну, мы выиграем войну, мы будем развиваться в другой форме, но в том же существе".

Эти слова как нельзя лучше характеризуют историю уничтожения евреев и освещения их трагедии в Советском Союзе. Не имея возможности говорить обо всех аспектах Холокоста в стране, где страшные карательные меры нацистов соседствовали со скрытым или явным антисемитизмом советских властей, узаконенными преследованиями гомосексуалистов и "тунеядцев и бродяг" - цыган, автор этой статьи хотел бы остановиться подробнее на теме сначала игнорирования, а потом - намеренного забвения "окончательного решения еврейского вопроса" на территории Советского Союза.

Процесс истребления нацистами евреев Советского Союза может быть условно поделен на три периода: первый - с 22 июня 1941 до зимы 1942 года (уничтожение евреев Литвы, Латвии, Эстонии, Молдавии, Восточной Белоруссии, Восточной Украины и оккупированных районов РСФСР, ликвидация гродненского, минского, барановичского, брестского гетто, массовые расстрелы на Бронной Горе в Брестской области, куда свозились тысячи евреев из разных мест); второй период - с весны по конец 1942 года (уничтожено большинство евреев западных райо-нов Украины, Белоруссии и южных районов РСФСР, оккупированных летом 1942 года); третий период - начиная с 1943 года и вплоть до отступления немцев со всех территорий (за единичными исключениями, уничтожены все евреи, уцелевшие до той поры). Из тех, кто оказался на оккупированных территориях, спаслось всего менее 1%.

Особую роль в трагической судьбе еврейского населения сыграла захватническая политика Советского Союза, в результате которой перед самой войной в составе Союза оказались страны, в борьбе между нацизмом и коммунизмом ста-вившие на нацистов. Именно в этих странах наблюдается страшная картина участия местного населения в погромах и даже в их организации: так, в Каунасе уже 25-26 июня 1941 года литовские фашисты убили 1500 евреев, сожгли десятки еврейских домов и синагог, еще 2300 евреев были убиты в последующие дни. Во Львове украинский батальон "Нахтигаль" по собственной инициативе с 30 июня по 3 июля убил 4000 евреев. Похожая картина наблюдалась в Латвии. Иногда эти преступления совершались полицией, сформированной из местных жителей, иногда - принимали форму стихийных погромов. Кроме того, существовали и тысячи добровольцев, без усилий которых немцам никогда не удалось бы найти и уничтожить всех евреев.

Если не считать ряда погромов в последние предвоенные годы (например, погромщики в Бресте уже в 1936 году имели на руках повязки со свастиками), уничтожение евреев нацистами началось 22 июня1941 года, то есть с первых дней оккупации, причем по указу Гиммлера расстреливали прежде всего специалистов разных областей, как потенциальных противников. В этом - еще одна особенность Холокоста в СССР. В занимаемых немецкими войсками населенных пунктах сразу же начинались массовые расстрелы евреев, и лишь чудом выжившие в этих мясорубках евреи загонялись в гетто. Даже в таких крупных городах, как Харьков и Киев, не создавались гетто, а сразу убивали людей. Там, где еврейских семей было немного, жертвы даже никуда не вывозились, - их расстреливали прямо в местечках и деревнях, а зачастую сжигали живьем, собрав в каком-нибудь здании.

В первые годы войны антисемитизм Сталина, о котором неоднократно говорит в воспоминаниях его дочь Светлана Аллилуева, все-таки принял более скрытый характер. В своем выступлении 6 ноября 1941 года Сталин первый и последний раз говорит о евреях. "Немцы, - вскользь упоминает он, - так же охотно устраивают средневековые еврейские погромы, как устраивал их царский режим". В ноте от 6 января 1942 года к правительствам всех стран Молотов перечисляет на 15 страницах зверства оккупантов, подробно говоря о гонениях на евреев. Факты, вскрывшиеся во время контрнаступления зимой 1941-1942 годов и приводимые Молотовым, вряд ли сравнимы с погромами царского режима. Впрочем, уже во второй ноте Молотова (27 апреля 1942 года) преследования евреев вообще не упоминаются.

В конце 1941 года начинают выходить Бюллетени о зверствах немецко-фашистских захватчиков, цель которых - предать гласности факты, поступившие с освобожденных зимой 1941 года территорий, и тем самым поднять боевой дух армии. Сборники распространялись в армиях. Страдания евреев в них хоть и не акцентируются, но все же отражаются. С апреля 1942 года с созданием Еврейского антифашистского комитета подобная информация начала систематически собираться и предаваться гласности. С 1943 года появляются сборники "Документы обвиняют". Там слово "еврей" - большая редкость. Наконец, в 1944 году, все еще по свежим следам, опубликованы два отчета Комиссии по расследованию нацистских преступлений. Один отчет, подготовленный комиссией, возглавляемой Пономаренко, первым секретарем Компартии Белоруссии, на 14 страницах рассказывает о зверствах нацистов по отношению к "мирному населению". В двух местах все же упомянуты гетто, впрочем без пояснений, для кого они создавались, а самое главное - нет ни слова о том, что все жители этих гетто впоследствии были уничтожены. Второй отчет создан киевской комиссией под руководством Никиты Хрущева. В нем евреи просто не упоминаются ни разу, хотя подробно описывается трагедия "местных жителей" в Бабьем Яру.

На примере всех этих источников мы видим, что тема преследования евреев, использовавшаяся в первые годы войны для антинацистской пропаганды, сходит на нет сразу после массированного наступления Красной Армии в 1943 году. Уже и до того Совинформбюро, сообщая о преступлениях нацистов, предпочитало заменять слово "еврей" на "местный житель". На худой конец допускалось получившее тогда особую популярность загадочное словосочетание "лица еврейской национальности". Среди пострадавших указывались русские, армяне, украинцы, но просто евреев - не было, вместо них были лица еврейской национальности. В наши дни, на примере еще более нелепого и постыдного клише "лица кавказской национальности" мы можем наблюдать, как легко и плавно эти по сути своей расистские выражения вплетаются в обиходную речь многих. Схожий процесс происходил и тогда.

Некоторое время назад вышла книга, во многом меняющая наши представления об осведомленности властей о том, что происходило на самом деле. Речь идет о книге "Документы обвиняют. Холокост: свидетельства Красной Армии", составленной Ф. Д. Свердловым (М., 1996). Составитель работал в Центральном архиве Министерства обороны РФ и разбирал политические донесения армий, направленные в политуправления фронтов или в Главное политическое управление Красной Армии. К этим донесениям прилагались акты о расстрелах евреев, показания немецких и советских военнопленных, выдержки из бюллетеней о зверствах немецких оккупантов, издававшихся в армиях. Первые экземпляры указанных документов направлялись адресату, вторые оставались в делах политотделов армий. Именно эти вторые экземпляры и составили упомянутый сборник. Расположенные по хронологически-территориальному принципу, эти документы дают страшную картину уничтожения советских евреев и доказывают с очевидностью до сих пор оспариваемый факт, что в этих расстрелах участвовали и солдаты полевых войск Вермах-та. За полевыми частями шли жандармские подразделения, которые устанавливали в оккупированных районах местную власть и также расстреливали евреев. За жандармерией двигались айнзацкомманды, занимавшиеся в числе прочего организацией гетто, а впоследствии - либо их ликвидацией путем массовых расстрелов, либо, в редких случаях, транспортировкой жителей гетто в концентрационные лагеря.

Сборник документов, обнаруженных Ф. Д. Свердловым в архивах Министерства обороны, уникален прежде всего тем, что предает гласности источники, до того практически неизвестные: акты, составленные бойцами Красной Армии при участии местных жителей по свежим следам. Эти акты составлялись сразу же после освобождения населенных пунктов, подчас в произвольной форме, в отличие от, скажем, "Сборника сообщений Чрезвычайной государственной комиссии о злодеяниях немецко-фашистских захватчиков" (М., 1946). Ведь часть публикуемых документов была составлена уже в ходе контрнаступления Красной Армии в конце 1941 - начале 1942 года, а акты ЧГК стали составляться лишь в 1943 году. В ходе этого контрнаступления бы-л освобожден ряд городов и сел на территории Московской, Тульской, Смоленской, Калининской (Тверской) областей, где еврейское население было полностью уничтожено. В составлении актов нередко участвовал медицинский персонал: производились эксгумация трупов в местах массовых захоронений и приблизительный подсчет жертв, который затрудняло то, что при отступлении немцы тщательно заметали следы преступлений и общие могилы уничтожались. Особую роль в таких случаях играют подробные показания местных жителей.

Итак, это первые по времени и наиболее полные источники. Кроме того, эти документы проливают свет на судьбу еврейских военнопленных, о которой обычно умалчивают другие свидетельства. Еврейских военнопленных расстреливали сразу по обнаружении их национальности, на них не распространялись никакие законы о военнопленных. Большинство из опознанных пленных-евреев, скрывавших свое происхождение, было выдано своими же однополчанами. Несмотря на всю информацию, которой мы сейчас располагаем, страшная картина того, что происходило еще до 20 января 1942 года, то есть до Ванзейской конференции, на которой были проставлены все точки над "i" и принято решение об "окончательном решении еврейского вопроса", в очередной раз потрясает. Так же как и поразительная открытость действий нацистов, на глазах у местных жителей набивавших колодцы живыми младенцами, насиловавших детей, забрасывавших их гранатами. Привлекает внимание тот факт, что почти везде подавляющее количество жертв - женщины, дети и старики. Это легко объяснимо. Почти все мужское население местечек, если еще не было мобилизовано в Красную Армию, уходило с приходом немцев в партизаны.

Составители актов, кроме информирования политического руководства страны, преследовали цель выявления местных пособников нацистов. В результате складывается впечатляющая картина массового коллаборационизма, делающая тем более ценными документы о попытках спасения евреев местным населением и о репрессиях против этих людей, обычно, увы, следовавших за чьим-то доносом. И наконец, наибольшая, пожалуй, ценность этих актов для исследователей заключается в том, что все они составлялись бойцами и командирами Красной Армии, тем самым все это становилось широко известным во всей армии. "Холокост глазами рядовых борцов с фашизмом - вот в чем главная историческая ценность публикуемых свидетельств", - сообщается в предисловии.

Итак, уже осенью-зимой 1941 года политическое руководство Красной Армии располагало всей информацией и не приняло никаких мер по спасению еще не попавших в оккупацию евреев. Известно также, что в многочисленных листовках, разбрасывавшихся с самолетов во время войны, население призывалось к всевозможному саботажу, предлагалось помогать угоняемой в Германии молодежи бежать, но не было ни одного призыва помогать советским жителям-евреям избежать ожидающей их страшной участи. В пока еще не занятых районах СССР выходят книги на еврейском языке, существуют еврейские театры. Но зловещие признаки начинают появляться и здесь. В 1942 году, в дни Сталинградской битвы, руководство Управления и агитации ЦК "О подборе и выдвижении кадров в искусстве" отмечает, что в учреждениях искусства непропорционально представлены "нерусские люди (преимущественно евреи)". В публикациях исчезают упоминания о героях фронта с еврейскими фамилиями. По данным 1943 года, евреи занимали четвертое место по числу награжденных - после русских, украинцев, белорусов, но потом эта нация просто исчезает из статистических данных. В августе 1943 года была запрещена статья Клары Блюм в журнале "Интернациональная литература", причем в особом отчете цензора "о важнейших вмешательствах в журнал" говорилось: "Предложено снять статью Клары Блюм. В ней говорится о попытке истребления фашистами еврейского народа. Статья короткая (2 стр.), но автор сумел сказать много лишнего и неправильного. В частности, указанная доля героев красноармейцев в героических деяниях Красной Армии в процентном отношении больше, чем процент еврейского населения к общему населению СССР".

Между тем в точке зрения автора этой статьи не было ничего нового или удивительного. Евреи, которых революция уравняла в правах с остальными народами, считали своим священным долгом защищать и достижения революции, и новую страну. Поэтому процент евреев в Красной Армии был изначально очень высок. Многие из них успели дослужиться до высоких постов. За время войны более полумиллиона евреев участвовали в боях в рядах Красной Армии или партизанских отрядах. При этом, как известно, попавшие в окружение евреи дрались особенно отчаянно - помимо всего остального, сильна была мотивация, что сдаться в плен просто нельзя. Тогда бойцам уже было известно, что ждет военнопленных-евреев.

Тем не менее тема героизма евреев тщательно замалчивалась. В истории Сталинградской битвы, например, всем известен знаменитый дом Павлова - по имени сержанта Павлова, который во главе группы из шестнадцати солдат в течение 58 дней отражал атаки врага. 24 ноября дом пал, и среди погибших тогда двенадцати бойцов был солдат Йидел Хаят. Однако в многочисленных книгах, посвященных этой истории, в списке павших в том бою такого солдата просто нет. Подобных примеров можно привести множество. Многие еврейские имена должны были бы по праву занять свое место в героической истории борьбы с фашизмом всех советских народов. Такова история Александра Печерского, выжившего несмотря на национальность и коммунистические убеждения и трижды бежавшего из концентрационных лагерей. Именно он, оказавшись в лагере смерти Собибор, организовал уникальное по дерзости вооруженное восстание заключенных и увел узников в лес. Недавно нам стало известно, что после этого Печерский организовал партизанский отряд и провоевал до конца войны. И все же, несмотря на статистику (150 евреев были награждены звездой Героя Советского Союза на протяжении войны, 200 советских генералов были евреями), по стране распускались гнусные слухи о еврейской трусости и нежелании воевать, непомерно преувеличивалось количество успевших эвакуироваться евреев.

На встрече с главой польского правительства в изгнании генералом В. Сикорским 3 декабря 1941 года на предложение мобилизовать еврейских беженцев из Польши Сталин ответил в присутствии Молотова и пр.: "Евреи - неполноценные солдаты", - и добавил: "Да, евреи очень плохие солдаты".

Не только страх перед сдачей в плен, но и антисемитизм, существовавший в Красной Армии, заставлял многих евреев стараться скрыть свою национальность.

В 1943-1945 годах Василий Гроссман, Илья Эренбург и другие готовили к изданию "Черную книгу", в которую вошли страшные документальные свидетельства геноцида на территории СССР и Польши (подлинные приказы командования, рассказы мучеников гетто и KZ (концлагерей), их дневники, предсмертные письма, фотографии, песни, стихи). История этой книги трагична: писательскую комиссию, работавшую над книгой, распустили, работу должен был продолжать Еврейский антифашистский комитет, строго следуя "новой идеологической линии". Но с задачей преуменьшения страданий еврейского народа создатели "Черной книги" справиться не смогли, что и предопределило ее судьбу. Первая часть этой книги под названием "Народоубийцы" успела выйти в 1944-1945 годах на языке идиш в еврейском издательстве "Дер Эмос", в следующем году варианты вышли в Румынии, в Америке - на английском языке. В СССР в 1948 году уже готовый набор русского текста был рассыпан в связи с закрытием Еврейского антифашистского комитета, арестом и казнью его руководителей. Рукопись, однако, чудом уцелела и вышла в 1968 году в переводе на иврит в Израиле, а у нас появилась лишь в 1991 году.

Не менее печальной оказалась участь других произведений одного из создателей "Черной книги" В. Гроссмана. Если знаменитая эпопея "Жизнь и судьба" все же нашла свой путь к читателю, то "Треблинский ад", написанный по рассказам уцелевших, был издан один раз тоненькой брошюркой ничтожным тиражом, как говорят, специально для Нюрнбергского процесса, и более уже никогда не переиздавался.

Поэма Маргариты Алигер "Твоя победа", чудом пропущенная цензурой и вышедшая в 1946 году, по-настоящему известна стала лишь в самиздате, где ходила во множестве списков. Еще раз опубликована она была лишь в 1984 году в одном из сборников, претерпев при этом удивительные изменения

Вместо:

И потомков храбрых Маккавеев,
Кровных сыновей своих отцов -

было напечатано:

Помню не потомков Маккавеев,
В комсомоле выросших ребят.

Вместо:

Прославляю вас во имя чести
Племени, погибшего в веках -

появилось двусмысленное:

Вы пошли со всем народом вместе
Под одной звездой, в одном строю.

А тогда, вскоре после войны, 14 декабря 1946 года в газете "Эйникайт" появилась статья, критикующая еврейскую литературу военных лет. Еврейские писатели обвинялись в том, что они выделяли трагедию евреев из общей трагедии советского народа, пострадавшего от фашизма. После того, как в 1947-1948 годах вышли в издательстве "Дер Эмос" две книги об участии евреев во Второй мировой войне (Г.Д. Смоляр "Мстители гетто" и "Партизанская дружба. Воспоминания о боевых делах партизан-евреев, участников Великой Отечественной войны"), тема эта была полностью закрыта вплоть до восьмидесятых годов. В неоднократно переиздававшейся книге Сталина "Великая Отечественная война Советского Союза" евреи упоминаются один раз: в той самой речи Сталина 6 ноября 1941 года. Дошло до того, что Еврейский антифашистский комитет был обвинен в пропаганде нацизма. Зверское убийство С. Михоэлса в ночь на 13 января 1948 года положило начало страшному юдофобскому пятилетию, продолжавшемуся до смерти вождя.

Но и впоследствии все исследования в области истории Второй мировой войны ограничивались строгой цензурой, ученые не имели доступа к архивам. А особая судьба евреев уж никак не вписывалась в советскую историографию. Характерное свидетельство тех лет - сборник документов "Житомирщина в период временной оккупации немецко-фашистскими захватчиками. 1941-1944 гг.", изданный в Житомире в 1948 году. Документы раскрывают страшную картину уничтожения городов и местечек, ставших символами восточно-европейского еврейского мира. Житомир: уничтожено 45 452 человека, Бердичев: 38 536 человек. Подробно описывается уничтожение только за один день, 5 сентября 1941 года, 10 656 жителей Бердичева - стариков, женщин, детей. Поразительно, но факт: летописец уничтожения "еврейских столиц" Восточной Европы умудрился ни разу не употребить слово "евреи" и даже не сделать ни одного намека на национальность жертв нацистов в этих городах.

Исследователь катастрофы европейского еврейства Ицхад Арад справедливо замечает: "Когда в советских источниках идет речь об убийстве в один день тысяч стариков, женщин и детей, можно с уверенностью сказать, что жертвами были евреи". В шеститомной "Истории Великой Отечественной войны Советского Союза", которая выходила с 1960 по 1965 год, о преследовании евреев нацистами упомянуто один раз в первом томе: "Значительное место в расистской пропаганде отводилось травле евреев, которые стали объектом самых диких гонений в Германии. Осенью 1938 года по стране прокатилась волна массовых еврейских погромов, организованных нацистами в целях разжигания шовинизма" (том I, с. 27-28). По мысли авторов, травля евреев на этом и закончилась - во всяком случае, больше этому вопросу не уделено ни строчки. И даже глава, посвященная трагедии Бабьего Яра, не является исключением.

Между тем книг по истории Великой Отечественной в эти годы становится все больше, школьники прилежно учат стихи и песни для "уроков мужества" и ездят на экскурсии по местам боевой славы, слушают страшные истории о зверствах нацистов. История же евреев во время войны продолжает старательно замалчиваться. В третьем издании Большой советской энциклопе-дии слово "евреи" отсутствует не только в статье "Великая Отечественная война", но и в статье "Освенцим".

Одному из авторов сборника "Крым в период Великий Отечественной войны 1941-1945 гг." (Симферополь, 1973) при описании страшного массового убийства в Керчи, большинство жертв которого были евреи, удалось найти удачный эвфемизм: среди тысяч пострадавших людей были "крымчаки, караимы и городская интеллигенция". Невольно вспоминается российский политик наших дней, мать которого была русской, а отец - юрист.

С конца шестидесятых годов в освещении, а точнее - неосвещении еврейской трагедии на территории Советского Союза появляется новый аспект, связанный с разрывом дипломатических отношений с Израилем и началом "борьбы с сионизмом". Появляется целая серия "антисионистских" книг - вульгарной, дешевой пропаганды, полной откровенно антисемитских карикатур и неприкрытого вранья. Антисионизм становится весьма прозрачной ширмой для государственного антисемитизма.

Неожиданно оказывается, что "еврейская буржуазия и сионисты" поддерживали антиеврейскую политику Гитлера против еврейских трудящихся. Нацисты, выясняется далее, были лишь слепым орудием мирового сионистского заговора, стремящегося избавиться от диаспоры, нажить капитал и обманом придать евреям-рабочим рвения в строительстве нового государства эксплуататоров - Израиля. В середине и конце семидесятых Министерство обороны готовит двенадцатитомную "Историю Второй мировой войны 1939-1945 гг.". Массовое уничтожение евреев не упомянуто в ней вообще, зато немало страниц уделено роли "сионистских банд" в Палестине в 1943-1944 годах. Даже разгар холодной войны не заставил авторов упомянуть хотя бы о преступлениях английской армии, топившей или отправлявшей обратно в оккупированные нацистами страны корабли с искавшими спасения в той же Палестине еврейскими беженцами.

Мутная волна антиизраильской пропаганды неслась все дальше, и следы военных преступлений "сионистов" вдруг становятся видны "исследователям" уже и на территории Советского Союза. В 1985 году Украинская Академия Наук публикует книгу некой Т. С. Першиной, где сообщается среди прочего, что в Яновском лагере во Львове гитлеровцы "с помощью сионистов" истребили более 200 000 человек. При этом тот факт, что 80% загубленных там узников были евреи, не находит отражения в книге, также как и тот, что лагерь этот был создан и охраняем и впрямь не только немцами. Им помогали многочисленные коллаборационисты - украинцы, русские, поляки, имевшие мало общего с мировым сионизмом.

Нельзя сказать, чтобы вся правда о трагедии еврейского народа стала известна сразу после войны даже и в европейских странах. Многим из них было что скрывать, многим было чего стыдиться. Далеко не сразу, с течением времени стали появляться музеи, мемориалы, памятные знаки на местах концентрационных лагерей, гетто и массовых расстрелов. Но в странах, находившихся под бдительным оком Старшего Брата, а потом и его преемников, шел обратный процесс. Какую удивительную изобретательность проявили те, кто хотел стереть память о земле, вздымавшейся над общими могилами, куда сбрасывали полуживых людей, о земле, пропитавшейся кровью "мирных советских жителей"! На месте Яновского концлагеря, куда со всей Галитчины свозились евреи, а "также другие особо опасные коммунисты", были построены тюрьма и медвытрезвитель, а на месте расстрелов заключенных этого и еще двух львовских концлагерей, в Долине Смерти (так прозвали эти рвы местные жители), - собачий питомник и свинарник. В Одессе, на месте сараев, в которых заживо сожгли несколько тысяч евреев, высятся дома, неподалеку, в Одесской области, где мучили и расстреливали женщин и детей, - свалка. И так везде, повсюду на некогда оккупированных нацистами советских территориях - ни памятного знака, ни строчки, ни слова о жертвах-евреях.

В последние годы ситуация стала меняться к лучшему. Но далеко не все согласны с этим мириться. Поднимает голову российский ревизионизм - уже не замалчивание, а отрицание геноцида. Но не так легко группам активистов найти и в полной мере предать гласности то, что на протяжении полувека тщательно и профессионально пряталось, замалчивалось.

Евгений Евтушенко охарактеризовал это так: "Бабий Яр был преступлением фашизма. Но наше многолетнее замалчивание чужого преступления стало преступлением собственным. Замалчивание - это тоже убийство, убийство памяти". А убийство памяти всегда грозит обернуться новой бедой.

  • 18-10-2002, 14:46
  • Просмотров: 830
  • Комментариев: 0
  • Рейтинг статьи:
    • 0
     (голосов: 0)

Информация

Комментировать новости на сайте возможно только в течении 180 дней со дня публикации.

    Друзья сайта SEM40
    наши доноры

  • 26 июня  Моше Немировский Россия (Второй раз)
  • 3 января Mikhail Reyfman США (Третий раз)
  • 26 декабря  Efim Mokov Германия
  • 25 ноября   Mikhail German США
  • 10 ноября   ILYA TULCHINSKY США
  • 8 ноября Valeriy Braziler Германия (Второй раз)

смотреть полный список