Все новости

13-12-2017, 22:40
«    Декабрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Антисемитизм

Версия для печати


 Девочка в красном пальто


Роума Лигока не хотела смотреть фильм Стивена Спилберга "Список Шиндлера". Как человек, переживший все ужасы еврейского гетто в Кракове (южная Польша) и в течение 50 лет пытавшийся свыкнуться со своим прошлым, она не хотела, чтобы что-то лишний раз напоминало ей об этом. Но друзья убедили ее посмотреть фильм. Лигока была удивлена, когда увидела в кинокартине сцены, в которых фигурировала маленькая девочка в красном пальто, жившая в гетто. В тех смертельных трущобах Роуму знали именно по ее красному пальто.

Несколько месяцев спустя Лигока встретилась с режиссером. "Сначала Спилберг удивился тому, что я выжила, - рассказывает 63-летняя полька. - Создатели кинокартины не могли поверить, что человек, прошедший Холокост, будет жить в Германии".

Итак, какова же была его реакция? "Я увидела, столько эмоций и радости в его глазах. Я показала ему фотографии четырех детей, переживших Холокост. Среди них был мой кузен Роман Полански, друг детства Ришард Горовитц и я. Потом Спилберг поднял меня на руки и закружил, что с моим весом было совсем нетрудно. А потом спросил, как и где я сейчас живу. Он сказал, что нам обязательно нужно встретиться еще раз и поговорить. Я хотела написать ему письмо, чтобы ответить на его вопросы, но потом подумала, что лучше написать об этом книгу". Результатом стала ее автобиография под названием "Девочка в красном пальто".

"Фильм "Список Шиндлера" изменил взгляд людей на этот мрачный период истории, - рассказывает она. - Я начала писать в тот же вечер после просмотра фильма". Считает ли она свою книгу памятником тем, кто был уничтожен? "Девочка в красном пальто в этом фильме является символом всех детей, убитых во время нацистского режима. Только в одной Польше было уничтожено полтора миллиона человек. То, что пережила героиня фильма, очень похоже на то, что пришлось пережить мне. В наших судьбах есть лишь одно существенное различие - я выжила. Я выжила для того, чтобы рассказать о том, что может сделать с человеком детство, подобное моему".

В своей книге она откровенно рассказывает о последствиях пережитого в своей жизни: о проблемах с пищеварением и о том, что ей постоянно приходится сидеть на таблетках. "Я до сих пор мучаюсь от страха, депрессии и бессонницы, - рассказывает она, - и очень часто вздрагиваю, когда кто-нибудь стучит в дверь".

Выйдя два раза замуж, она переезжала из одного конца Европы в другой, находя утешение в своем сыне и активно делая карьеру художника-декоратора. Для того чтобы избавиться от неприятных воспоминаний, она носила яркую одежду и использовала в своем творчестве яркие цвета - такие же смелые, как и ее красное пальто. "Из-за того, что в детстве у меня не было игрушек, мне нужно было превращать в своем воображении серый и безрадостный мир во что-нибудь более красивое, - говорит она. - Когда мне было плохо, я считала, что одежда может быть чем-то вроде защиты. Одежда предоставляет человеку неисчерпаемые возможности для изменения жизненного настроя". Ей часто приходилось придумывать для себя новые образы, чтобы выжить.

Когда краковское гетто было ликвидировано, 4-летней Роуме и ее матери удалось бежать через подземный ход. Мать купила фальшивые документы, придумала им польскую фамилию Лигока (их еврейская фамилия была Либлинг) и перекрасила дочь в блондинку. Выдавая себя за родственников семьи, приютившей их, они жили в постоянном страхе от любого стука в дверь, который мог бы привести к их разоблачению. На всякий случай у них всегда под рукой были таблетки цианида.

А раньше, осенью 1941 года, в гетто были убиты 2000 евреев. Многих депортировали в Плашов и Аушвиц. Отец Роумы, Давид, был среди депортированных. "Процесс воспоминания - самое тяжелое из того, что мне пришлось пережить в своей взрослой жизни", - рассказывает Лигока. Она вспоминает, как она еще ребенком пряталась под кухонным столом и слышала сообщения о пропавших родственниках, доносившиеся с улицы крики, потом выстрелы, а позже, выходя на улицу, видела трупы.

"Краковское гетто - одно из самых ужасных мест в человеческой истории, - говорит она. - Там были убиты тысячи детей". Однако Лигока подчеркивает, что ее книга не просто очередная хроника ужасов Холокоста. "В других книгах о Холокосте я наблюдаю скорее жалость к себе, нежели желание помочь людям понять то, что мы пережили. Моя книга - это не просто рассказ живого свидетеля, пережившего все это; мне много раз говорили, что книга читается,как роман". Лигока и ее мать уцелели. Отец был одним из немногих, кто вернулся из Аушвица, но он умер год спустя из-за жестокого обращения в русской военной тюрьме. Позднее Лигока узнала, что ее отец был членом Еврейского движения сопротивления.

После окончания войны девочка проводила большую часть времени со своим кузеном, Романом Полански, который хотел создавать фильмы. "Когда мне было 12 лет, а Роману - 17, он был моим вдохновителем, - рассказывает она. - Именно с ним я в первый раз в жизни попала в кинотеатр. Тогда я считала его талантливым и многообещающим молодым человеком. Сейчас я думаю, что он просто молодо выглядит".

Когда Полански начал делать себе имя в кино, Лигоку заметил один киножурнал, и на какое-то время она стала моделью. Ее внешность и глубокие карие глаза также привлекали внимание художников краковского авангарда: ее первый поцелуй был с Петром Скржинецким, основавшим знаменитое краковское кабаре "Под баранами"; величайший писатель-фантаст Станислав Лемм предложил ей руку и сердце через несколько минут после их знакомства. "Польское искусство было очень ценным для меня", - отмечает она, имея в виду, скорее всего, работу, а не поцелуи.

В конце концов, Роума обосновалась в Германии со своим вторым мужем, театральным режиссером Яном Бишицки. Почему же все-таки Германия, учитывая, сколько ей пришлось там пережить? "Мы всегда можем сделать выбор между добром и злом. В Германии мне представился шанс развиться как художнику".

Как и ее красное пальто, ее крашеные волосы и роль, которую она для себя выбрала, чтобы остаться в живых, театральное сочетание великолепия и мрачности отражаются в ее картинах. Многие лица похожи на ее собственное: красивое и печальное, полное эмоций. Другие картины изображают еврейские праздники и чем-то напоминают картины Шагала. "Я пытаюсь изобразить еврейскую культуру, - объясняет она, - мир, который практически исчез. Я могу спасти лишь отдельные его части, но это очень важно для меня". До войны в Кракове и пригородах жили 225 тысяч евреев. Выжили лишь 15 тысяч. Сегодня в городе живет около ста евреев.

Сейчас Лигока живет в Мюнхене. Что она чувствует по отношению к своей родной стране? "Я не возвращалась в Польшу в течение почти 28 лет и очень счастлива, что 12 лет назад мне удалось это сделать. Мюнхен стал моим вторым домом, но я очень хорошо себя ощущаю и в родном городе Кракове, где недавно я купила себе небольшую студию. Может быть, моя жизнь является примером того, как люди будут жить в Европе в будущем, выбирая то место, где они ощущают себя комфортно".

А девочка в красном пальто, нашла ли она себе утешение? "Вопреки общепринятому мнению, время не залечивает раны. В глубине души я до сих пор напуганный ребенок, который борется за свою жизнь. Но я научилась жить с этим. Я считаю, что жизнь невероятно прекрасна, и я благодарна судьбе за каждый прожитый день".


Источник: | Оцените статью: +21

Если Вы заметили грамматическую ошибку, Вы можете выделить текст с ошибкой, нажав Ctrl+Enter (одновременно Ctrl и Enter) и отправить уведомление о грамматической ошибке нам.

Информация

Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 1800 дней со дня публикации.


Наш архив