Все новости

13-12-2017, 22:40
«    Декабрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Антисемитизм

Версия для печати


 Ложь в обрамлении чепухи


И.Р.Шафаревич, "Трехтысячелетняя загадка: история еврейства из перспективы современной России". Библиополис, С-Пб, 2002.

Странным образом, в последние годы властители патриотических душ бросились осмыслять многовековую историю евреев вообще и евреев в России, в частности. Это уже не какие-то проходные книжки по еврейско-российской проблематике, а эпохальные труды, словно подводящие некий итог.

Итог чего? Истории евреев в России? Но она вроде бы не закончена. Собственных мучительных переживаний на предмет евреев, которые по неизвестным причинам не дают покоя авторам? С какой стати, Солженицын, например, пустился в эту тяжкую тему, воплотившуюся в объемистом двухтомнике?

Неужели для нобелевского лауреата сейчас в России нет других проблем, чем разбираться с евреями, которых осталось-то всего ничего, а оставшиеся в массе своей занимают свои хорошие еврейские мозги не какими-то там талмудами, а вполне космополитическими бизнес-планами. И от других носителей этих бизнес-планов их отличают разве что исторические фамилии, и ничего больше. И ладно бы, авторы ставили перед собой сугубо академические цели, ан нет, их волнуют судьбы России, которые с евреями переплетены.

Вот так и выдающемуся математику Игорю Шафаревичу не дает покоя еврейская тема. Но если раньше она проходила в качестве важного, но все же компонента более широкой борьбы за русское национальное достоинство, то теперь она обрела самоценность и воплотилась в отдельную книжку. И если Солженицын все же ориентирован на главный свой предмет исследований - российскую историю (и участие в ней евреев), то русский патриот Шафаревич обратился к трехтысячелетней истории евреев, большую часть из которой евреи не имели к России никакого отношения. Видимо корни загадочной души русских евреев следует искать в глубокой древности: только так можно выработать "русскую точку зрения на еврейский вопрос".

В предисловии автор оговаривается, что старался избежать предвзятости, ангажированности. Честно говоря, еще не приступив к прочтению основного текста книги, я имел на этот счет сильные сомнения. Шафаревич - непредвзят и объективен? Тем более мои сомнения усилились, когда автор выразил благодарность М. Назарову, "внесшему ряд весьма ценных... замечаний". Уж насколько ценными могут быть замечания Назарова, нетрудно сообразить, если полистать его антисемитские книжки, например, "Тайна России" и недавний опус про "Шулхан Арух". И, естественно, мои опасения полностью оправдались. Правда, не сразу. Но обо всем по порядку.

Сначала автор выясняет, существует ли еврейский вопрос, оспаривая заявление, что "его нельзя обсуждать". Возможно, какой-то чудак и высказывал такой тезис, но в данном случае доводы Шафаревича носят, в общем-то, риторический характер: больше всего еврейский вопрос обсуждают сами евреи, тем самым признавая его существование. Да и у русской интеллигенции это всегда был и есть любимый вопрос. Далее следует глубочайшая мысль, что евреи есть народ, а не "пустая абстракция". Иначе говоря, Шафаревичу потребовалось формулировать свой исходный тезис - о тесной взаимосвязи и единстве евреев - на отрицании совершенно ничтожных положений (высказанных Раймоном Ароном, Сталиным и некоторыми прочими безымянными авторами), не требующих никаких отрицаний. То, что он не нашел никакой другой серьезной точки опоры, уже свидетельствует об уровне книжки. Тут же автор приводит примеры помощи евреев друг другу в трудной ситуации, что характеризует их единство. Единство столь прочное, что превосходит всякую логику, и математик Шафаревич вынужден нехотя констатировать, что попадает в область какой-то мистики - действия некой необоримой силы, которая присуща еврейству. Хотя сам он называет эту силу "социальной", все его рассуждения скорее свидетельствуют о некоей метафизической силе, которая выявляется в социальных формах. Иначе говоря, у евреев присутствует некая сверхъестественная составляющая, отличающая их от всех прочих народов. Ее-то он и называет "еврейским вопросом". Абстрагируясь от источников этой силы, автор ставит своей задачей выявить ее цели.

В подобном тезисе нет ничего своеобразного. И сами верующие евреи, считая себя избранными Богом, признают за своим народом особую метафизическую силу, и многие христиане, считающие Ветхий Завет частью Священного Писания, также признают за евреями богоизбранность (во всяком случае, что она некогда имела место), а значит и некую метафизическую силу. Но тут же автор делает удивительное заявление: говоря об этой силе, он делает допущение, что "наши аргументы, доказывающие, что она существует, убедительны". Дело даже не в самих приводимых фактах, будь они широко известны (живучесть евреев) или просто фальсифицированы. Так, резню Хмельницкого Шафаревич рассматривает как прообраз резни в Шабре и Шатиле, хотя последнюю устроили ливанские христиане - даже если и с одобрения Шарона, что, впрочем, не доказано. Так же точно автор удивляется, что общего может быть у бельгийских евреев-правозащитников с притесняемыми советскими евреями. Шафаревич уверен, что их ничего не связывает - ни культура с религией (что, кстати, очень спорно), ни "любовь к родному ландшафту", ни прочее - откуда автор черпает еще один аргумент в пользу "особой силы". А что, интересно, связывает Шарля Азнавура с Арменией, которой он много лет помогал? Есть вроде бы очевидные вещи, как национальные корни, или даже воспоминания об общих предках, которые существуют сами по себе и вовсе не обязательно связаны с другими факторами. Но дело даже не в странных аргументах автора, а в том, что наличие метафизической силы доказывается, - хотя, как должно быть понятно даже верующему математику, сие недоказуемо: в нее можно верить или чувствовать интуитивно, но никак не выводить из фактов. Шафаревич отказывается выстраивать концепцию, отражающую своеобразие социальной структуры еврейства или особенностей его исторической этики, иначе говоря, оперировать земными категориями, а немедленно совершает прорыв в метафизическую сферу. Это как если бы божественное происхождение Иисуса выводили из суммы совершенных им чудес. Отсюда изначально обозначается слабость всей книжки - ее лейтмотивом служит вера автора в такую силу, и поэтому вся история евреев уже изначально соотносится с понятием "загадка" - в точности, как у евреев верующих, только у последних эта загадка есть благо миру, а у Шафаревича, как постепенно выясняется - зло.

Второй важный момент, который определяет весь ход дальнейших исследований автора - источниковедческий. Шафаревич хочет опираться на источники, которым можно доверять и разделяет их на шесть частей: а) "первоисточники" (Ветхий Завет), б) работы еврейских авторов (например, Гершом Шолем, Бубер и т.д.), в) опять же работы еврейских авторов, но выступающих против господствующей тенденции (например, сборник "Россия и евреи", книжка Израиля Шахака), г) исторические сочинения, которые "зарекомендовали себя объективно" (Вебер, Зомбарт), д) утверждения, снабженные четко проверяемой ссылкой, е) умозаключения, не нуждающиеся в доверии - в достоверности которых каждый может убедиться самостоятельно. Более удивительной классификации в работах кого-то из известных ученых мне встречать не приходилось (напомню, что автор - действительно выдающийся математик, что предполагает железную логику научного исследования, в т.ч. и отбора литературы). Зачем вообще нужно такое странное разделение? Если автор ссылается на какой-то источник, то он заведомо предполагает, что источник содержит полезную информацию, независимо от ее содержания. Заодно отметим, что вопрос об отнесении Ветхого Завета и прочих древних литературных памятников к объективным источникам весьма спорен, что в современной науке "объективность" Вебера и особенно Зомбарта, мягко говоря, подвергается сомнению. Обоснование "четко проверяемой ссылкой" на книги и газеты просто смехотворны: Шафаревичу достаточно прочитать множество книг и газет, где его вполне не новая идея опровергается, и тоже с многочисленными конкретными ссылками на книги и газеты. Во-первых, ссылки редко кто проверяет, особенно на старую и труднодоступную литературу - они могут просто быть лживыми, как во многих известных антисемитских творениях. Кроме того, содержание самих ссылок можно также интерпретировать по-разному. Кстати, забегая вперед, отметим, что Шафаревич не так часто ссылается на откровенные и прославленные антисемитские опусы, предпочитая более респектабельную литературу, в т.ч. иностранную. Однако его работа с этой самой литературой вызывает большие подозрения. Прежде всего, он не дает точных ссылок, а указывает список литературы в конце каждой главы. Таким образом, цитаты проверить крайне трудно. Да и сам список (за исключением известных источников, вроде "Дневника писателя" Достоевского, антисемитских опусов Рида, Дюка и прочих) очень сомнителен: а использовался ли он вообще, не составлен ли ради наукообразия? Или просто автор цитаты передирал? Так, в списке литературы ко второй главе приводятся "Историческая библиотека" Диодора на французском языке, 1846 г. издания, "История" Диона Кассия на английском, 1927 г. издания, труды Евсевия на немецком, 1952 г. издания, Иосифа Флавия на английском (для другой главы автор уже использовал русский перевод Флавия!). Многие работы приведены на европейских языках вообще без даты. И это при том, что все указанные труды преспокойно существуют на русском языке, выпущены или переизданы недавно и в достойных переводах. Что это вдруг Шафаревич вздумал читать Диодора на французском, да еще в редком старом издании? Далее, в тексте книге автор ссылается на упомянутую книгу Шахака в оригинальном английском издании, а в списке литературы указан почему-то ее французский перевод. Ну и, наконец, последний тезис, относительно способности читателя самостоятельно убедиться в безусловной истинности какого-то умозаключения, даже комментировать как-то неудобно. Кажется, что уже в подходах к своей книге, в данной классификации Шафаревич просто насилует традиционный научный подход к изложению материала, подчиняя его некоей сверх-идее, которая сидит в нем до прочтения всяких "источников". Но, в общем, предложенная классификация источников психологически объяснима. Автор хочет скрыть выборочный характер литературы, которая работает на его идею (или, по крайней мере, ему так кажется - как в случае с работами Шолема и Бубера), и пытается объяснить выбор источников исключительно задачей "объективности". Это обстоятельство опять же заведомо предполагает неудачу книги, но все же вернемся к основному тексту.

Первые главы книги посвящены древней и средневековой истории евреев. Начинается, как и положено в книгах про еврейскую злокозненность, с Ветхого Завета. Основная мысль автора заключается в том, что ядро Ветхого Завета - это объявление себя "избранным" народом, призванным властвовать над другими народами - откуда и проистекает презрение к последним, двойная мораль, жестокость и пр., для доказательства чего Шафаревич приводит многочисленные цитаты. Не будем вдаваться в анализ понятия "богоизбранности" в еврейских Писаниях - на эту тему написано сотни томов. Отметим следующее: Шафаревич почему-то забывает о по-настоящему центральной идее Ветхого Завета, которая и отличала евреев от других народов - об идее монотеизма. "Избранность" же служила исторической реализации этой идеи, утверждения ее в мире - хотя, спору нет, и на принципах древней этики, довольно диковатой для современного неортодоксального человека. Но даже это не столь важно. Ведь Шафаревич в своих работах декларирует себя православным человеком. Кому как не ему знать, что Ветхий Завет - составная часть Писания, признанного Священным Православной Церковью. Иначе говоря, все цитаты, приводимые Шафаревичем, запечатлели, согласно православному учению, Божью волю. "Жестокий" Моисей пользуется огромным почитанием в Православной Церкви. И не случайно. Например, Александр Невский пленным носы и уши отрезал, что не мешает почему-то восхищаться им православным верующим.

Времена такие были... Так что надо автору определяться - или признать Ветхий Завет шовинистической книгой (как это, кстати сказать, уже сделали многие его единомышленники по еврейскому вопросу) и отказаться от высокого именования "христианина", либо уж следовать христианским вероучительным положениям.

Положение евреев в античности автор описывает довольно добросовестно, хотя не совсем ясно, с какой целью. Из известных обстоятельств пребывания массы евреев в диаспоре, их способности к ассимиляции и вместе с тем к сохранению собственной религии, их влияния ничего не вытекает, поскольку автор не сравнивает положение евреев с положением других народов - поэтому его вывод о еврейской диаспоре, как о каком-то совершенно особом явлении ни на чем не основан (даже если это так и было). Более уместен переход автора к оценкам евреев греческими и римскими философами.

Однако от давнишних оценок существования античного дохристианского "антисемитизма", как в корне отличающегося от отношения ко всем другим народам, наука давно уже отказалась. Совокупность всех оценок евреев в античности греками и римлянами колеблется от насмешки и презрения до восхищения и не может быть однозначно названа резко негативной, как это представляет себе Шафаревич и историки XIX в., на которых Шафаревич ссылается. Но, естественно, в силу заданности его идеи, автору не обязательно пользоваться современными источниками - как, например, недавно вышедшим современным академическим трехтомником на русском языке "Греки и римляне о евреях". Лучше процитировать Моммзена, Вебера и Майера, которых он явно не читал - их нет даже в списке литературы к главе. Что касается средневековой истории евреев, то Шафаревич добросовестно приводит данные о гонениях и погромах, но тут же старается перевести стрелку вины на "чернь, низкое духовенство и иногда - мелких феодалов". А вот "папы, императоры, короли, епископы неизменно пытались защитить" евреев. Прежде всего, это чепуха. Многие "папы, императоры и т.д." действительно защищали евреев, а многие являлись их жесточайшими гонителями. Но интересно другое - зачем Шафаревичу понадобилось такое очевидное вранье, хотя в той же "Еврейской энциклопедии", на которую он нередко ссылается, можно все прочитать? А для того, чтобы показать: ненависть евреев во многом была беспричинной - ведь христианский мир к ним хорошо относился, ну а чернь можно не считать. Таким образом, по Шафаревичу, евреи по самой сущности своей ненавидели христианский мир. В доказательство своей позиции автор приводит целый список защитительных мер в отношении "еврейства", совершенно не принимая во внимание гораздо более длинный список запретительных мер и бесчинств. В результате создается странная картина: Шафаревич периодически указывает, что "и здесь начались еврейские гонения", но с чего это они начались, если евреям, по его же описаниям, было так хорошо, и они были так защищены, не ясно. Осторожно автор и прохаживается относительно "кровавых наветов". Хотя он честно признает, что "большинство" историков (кто представляет "меньшинство", неясно) сомневается в истинности этих обвинений, он все же находит одну книжку, из которой делает вывод о возможной истинности "наветов" - уж очень хочется, чтобы это было правдой!

Важное место занимает глава "Классический иудаизм", где автор пересказывает содержание книг, написанных евреями, в которых еврейский мир и еврейский дух предстают в очень неприглядном свете. Книг таких, не считая мелких ссылок - всего две. Одна принадлежит Израилю Шахаку, современному маргинальному автору, обличающему иудаизм и политику Израиля, а другая - крайне тенденциозная книга Якова Брафмана, написанная во второй половине XIX в. Делать на основании столь немногочисленной и радикальной литературы какие-либо общие выводы - полный абсурд. Это как если бы взять первое "Философическое письмо" Чаадаева, добавить к нему несколько нелицеприятных цитат из Пушкина, Гоголя и Салтыкова-Щедрина и на этом основании сделать обобщающие выводы о России и о русских. Так, что даже анализировать содержание указанных Шафаревичем книжек на достоверность - в данном случае лишнее, поскольку это ничего не прибавит и не убавит. Но для Шафаревича "объективный" еврейский материал является весьма существенным, поскольку, опять же, работает на создание образа зловредного еврея.

Собственно, далее книга идет уже по накатанной тропе. Рассказывается о значительной роли евреев в капитализме (в качестве доказательств приводятся образы Шекспира и Пушкина), а практика еврейского банковского дела выводится из библейских заповедей и Талмуда. Шафаревич садится на хорошо знакомого конька поношения еврейского ростовщичества. При этом даже не стоит указывать автору, что из научной литературы давно известно и о массе неевреев-ростовщиков в средние века, и что евреи порой брали процент ниже и пр. Все эти аргументы для уха, повернутого всегда в одну и ту же сторону, бессмысленны. Интересно спросить другое: а сам Шафаревич и иже с ним, интересно, является клиентом Сбербанка или других банков, кладет деньги в сберкассу? Ведь банк - по сути дела, и есть ростовщик, только в современном виде. Поэтому совершенно удивительны заклинания автора: "Ростовщичество, как и вообще нарушения общепринятых моральных норм ради своей выгоды, принадлежит к числу распространенных человеческих грехов". Между прочим, православные русские цари, столь, наверное, близкие сердцу Шафаревича, охотно брали кредиты у евреев-банкиров. Ну и, наконец, от проклятого капитализма дело пошло к социалистами и сионизму. Все норовя привязать тягу евреев к социализму к их древней религии и ментальности (т.е. из генов идет, от души...), Шафаревич доказывает, что многие социалисты были национально мыслящими евреями, реализующими мессианистические иудейские цели. При этом он оставляет за скобками подавляющее большинство евреев-социалистов, которые таковым образом уж никак не проявляли себя. В самом деле, надо обладать могучим воображением, чтобы видеть в замыслах Маркса и Троцкого сознательную реализацию иудейского религиозного мессианизма. Может, бессознательная? Поэтому Шафаревич усматривает в социалистических идеях если не прямой мессианизм, а как бы его сублимацию, некую форму. Может, и так, а может и нет. Вот Фрейд считал, что политическая активность - это сублимация либидо. Кто его знает...? И к слову сказать, автор, как и его многие единомышленники, оставляют за бортом более естественные социологические объяснения. Ну, сидели евреи в гетто, были лишены прав. А тут замаячила надежда эти права заполучить. Вот и кинулись в революцию... И без всякого там мессианизма. Но такое объяснение автора, естественно, не устраивает. Поскольку, не сиди евреи без прав, и в революцию не кинулись бы. А где тогда дьявольская сущность древней религии?

Период дореволюционной России автор описывает по стандартным лекалам. Погромы, дескать, были с обеих сторон, евреи сами виноваты, жертв было немного. В деле Бейлиса много темных пятен и т.д. В главе о русской интеллигенции и евреях автор приводит многочисленные цитаты из Розанова, Белого, более или менее подходящие из Чехова. Очень странной выглядит цитата из Куприна, который защищает обиженного прессой Чирикова: "Какой вопль поднимется среди всех этих фармацевтов, зубных врачей... Как сказал один очень недурной беллетрист Куприн, каждый еврей...". Это что, Куприн так сам про себя пишет? Все возможно, конечно, но поскольку ссылок нигде нет, не проверишь. Сочувствие же "прогрессивной интеллигенции" евреям Шафаревича очень удивляет. Можно быть влюбленным в свой народ, но чтобы так, как Горький, в другой? Впрочем, никакого анализа автор опять здесь не проводит и непонятно, зачем все это написано.

Совершенно стандартна глава о евреях и русской революции. Раскрываются подлинные фамилии большевиков, чекистов, их жен. Делается попытка опять притянуть в качестве причин террора какую-то "первичную" нутряную ненависть евреев ко всему человечеству и, прежде всего, к русскому царю и православию. Вообще все это пережевывалось в бесконечном количестве книг. И факт есть факт - процент евреев среди революционеров был высок. Автор ставит вопросы: почему притесняемые старообрядцы не пошли в революцию, а притесняемые евреи пошли? И очевидный ответ почему-то у Шафаревича не напрашивается: старообрядцам вера запрещала поднимать оружие, а неверующим евреям - не запрещала. Но сам автор даже не пытается дать ответ на собственные вопросы.

Далее, евреи экономически подготовили нацификацию Германии. Тут полная невнятица. С одной стороны, она подготовлена в кабинетах Ратенау (по Хайеку - жалко, опять ссылки нет); с другой, сам Ратенау был убит правыми, как "плутократ, продавший Германию". Зачем же будущим нацистам убивать человека, этот самый нацизм готовивший? Кстати, здесь мысль Шафаревича вполне оригинальна. Обычно хор антисемитских авторов пишет о разрухе, в которую евреи ввергли Германию, а нацисты ее спасли. Здесь же, наоборот - за нацизмом стояли евреи. Значит, евреи не ввергали Германию в пропасть? А кто тогда? Неясно. Справедливости ради, надо, впрочем, сказать, что несколько страниц в этой главе вполне полезны для читателя. Автор приводит сведения о деятельности некоторых радикальных еврейских журналов и групп в Германии, которые вызывали справедливое возмущение немцев - обычно эти истории мало освещаются в научной литературе. Но Шафаревич на том не останавливается, и, по сути, объявляет о вине самих евреев в том, что с ними сделали - что довольно банально.

Что касается Катастрофы, опять старая песня: количество жертв преувеличено, евреи-банкиры сотрудничали с нацистами. Да еще были слухи о каких-то еврейских группах, которые собрались мстить несчастному немецкому народу... Ужас какой! Сочувствия особого к хотя и малочисленным, но убитым евреям не проявляется - да и зачем, если сами виноваты? В России опять же все идет как по маслу - евреи во всех бедах виноваты. ЧК-ОГПУ, коллективизация и пр. При этом автор идет на смелый шаг: он отрицает всемирный заговор, называя его даже ширмой, прикрытием для тех, кто пытается осмыслить истинную суть еврейства. Так, что же, евреи, в итоге, не виноваты - спросите вы? Как бы не так! Просто управление шло не из головы, а как у гидры (такой пример приводит Шафаревич) - из разрубленных кусков вырастали новые мерзкие организмы. Потому то не было в тридцатых годах евреев в Политбюро, поэтому разругались Троцкий с Зиновьевым. Все это прикрытие, чтобы рассыпаться по полю боя. Тоже, на самом деле, заговор, только с другой тактикой. Евреи везде: в армии, в промышленности, в культуре. Цифры, проценты. Их везде много, и им всем очень хорошо. Никаких притеснений никогда и не было при советской власти. Кстати, относительно культурных евреев автор сомневается - дескать, все еврейские фигуры оказались дутыми, и кто сейчас помнит Лизу Гилельс и Мишу Фихтенгольца? Вообще-то помнят - Шафаревич не очень, видно, большой любитель классической музыки. Заодно пнул Ильфа и Петрова, которые "дегуманизировали" бывших офицеров, дворян и священников. Что касается дел ЕАК, "врачей" и пр., опять же сами виноваты. "Возможно, некоторые из членов Комитета смотрели на коммунистическую власть, как на орудие для достижения определенных национальных целей". Снова старик Фрейд... Или же не рассматривали Советский Союз, как Родину, паразиты! Поэтому и пострадали, т.е. заслуженно. В устах бывшего диссидента Шафаревича такие обвинения звучат особенно забавно. Да и вообще дела ЕАК и "врачей" были не еврейскими, просто власть "стремилась взять под контроль некоторые национальные импульсы". Что означает сия таинственная мысль, не объясняется - разве что оправдываются действия властей против евреев, приветствовавших Голду Меир. В общем, все правильно было при советской власти.

Заключительная часть книги посвящена современному положению дел. В Америке евреи всем заправляют. В России произошла вторая криминальная революция, и евреи захватили собственность, телевидение, которое враждебно президенту Лукашенко и критикует действия армии в Чечне.

Несколько страниц посвящено вроде бы подзабытой теме - НТВ, как они "Последнее искушение Христа" показать собирались. Кругом русофобия и антиправославность. Наиболее любопытной из всей книги представляется глава "Еврейские таланты", вернее часть ее, некоторым образом связанная с профессиональными интересами автора. Шафаревич поставил своей целью развенчать мифы о каких-то особенных еврейских талантах. Начал он с Маркса и доказывает, что Маркс был "очень стандартным представителем XIX в.". При этом для автора, прежде всего, важно не качество экономических трудов Маркса, а то, что их появление продиктовано логикой революционной борьбы. Дескать, если цель плохая, то и результат не может быть хороший - сам результат можно не разбирать. Дальше Шафаревич очень легко критикует Фрейда. Приведя обширную цитату, он утверждает, что все это чепуха, к науке не имеет отношения, и весь мир его напрасно превозносит! Но дело в том, что превозносят его отнюдь не только евреи, и Шафаревич не задается соответствующим вопросом - а почему это весь научный мир, кроме одного Шафаревича, единодушно воздает дань уважения Фрейду, коли он такую чепуху пишет! При этом автор ссылается на Хайека, который ничего такого плохого про Маркса и Фрейда не пишет (во всяком случае, в приведенной цитате) и на Ясперса, который "профессионально" критикует Фрейда. Однако профессионально критиковали Фрейда очень многие, но это не значит, что он - не великий ученый, или просто не ученый. Вообще-то в науке принято критиковать, о чем не может быть неизвестно математику Шафаревичу. Ну, и, наконец, Эйнштейн. Здесь Шафаревич играет почти на родном поле, поэтому его критика Эйнштейна не может не привлечь внимания. С точки зрения Шафаревича, будучи талантливейшим физиком, Эйнштейн все же во многом заимствовал свои идеи у Пуанкаре и Гильберта. Хотя свидетельства, которые приводит Шафаревич, носят довольно смутный характер, не берусь судить, насколько он прав - хотя вся логика книги заставляет подозрительно относиться к его утверждениям и в данном случае. Точно также трудно прокомментировать факт противостояния школ Боголюбова и Ландау, где последний распространял еврейское влияние. Однако у Шафаревича почему-то евреи всегда остаются виноватой стороной. Ну, хоть бы один пример привел противоположный, ан нет! Тенденция, однако... Далее Шафаревич переходит на поле литературы и музыки, и тут уже полный бред начинается. Гейне завоевал популярность не гениальной поэзией, а фельетонным стилем, а Кафка - описанием "жутковатых" ситуаций. Музыкальное направление Мендельсона и Рубинштейнов играло отрицательную роль. Так, во всяком случае, утверждает Шафаревич со слов Георгия Свиридова. Кстати, здесь же приведена цитата из размышлений замечательного композитора о засилье евреев в советских музыкальных кругах. Производит сильное впечатление. Все эти частные примеры подводят Шафаревича к основной мысли - евреи лишены творческого начала, они все подхватывают и обрабатывают, выдавая за свое, в капитализме ли, искусстве и пр. Комментировать тут, разумеется, нечего.

Наконец, в завершающей главе под необычным названием "Обсуждение" автор делает обобщающие выводы о прошлом, настоящем и будущем. Не пересказывая туманные рассуждения, пересыпанные цитатами из Маркса, Библии, рабби Штайнзальца, работ по пчеловодству, Топорова, Гершензона (обильно цитируемого), перейдем сразу к сути. Евреи - "сверхорганизм", тоталитарное закрытое общество. Они являются основным движителем создания технологической цивилизации, уничтожающей природу, заменяющей ее техникой. Человек из живого станет мерзким искусственным существом.

Иначе говоря, налицо сюжет из голливудских фильмов. "Люди в черном". Некая биологическая общность ("чужие") разрушает человечество, заменяя последнее собой (через смешанные браки, насаждение своих и пр.). Причем это часто делается бессознательно - как уже говорилось выше, Шафаревич не разделяет идеи всемирного заговора, зреющего в отдельно взятом центре-голове. Нет, это гигантский улей, каждый обитатель которого выполняет биологически обусловленную роль, а все остальное - религия, социальная организация и пр. лишь служат оптимальному выполнению задачи на конкретном историческом этапе. Поэтому, когда нужно, вся большевистская верхушка состояла из евреев, а когда нужно, ни одного еврея там не было. И все равно кругом одни евреи - есть они или нет их. Все равно заговор, только уже в виде вселенского триллера. И все беды человечества объясняются этим космическо-биологическим триллером.

Таким образом, Шафаревич отвечает на вопрос "Кто виноват"? И как всякий русский человек, задает другой вопрос: "Что делать?" Опять же не будем копошиться в винегрете из отсылок к Державину, Тополю и др., а перейдем к главному:

1. Кто хочет уехать - пусть уезжает, а кто хочет остаться - пусть остается. Придется с ними сосуществовать, хоть и тяжко. Мысль не слишком глубокая.

2. Власть на всех уровнях должна быть в основном русской.

3. Мы должны иметь право обсуждать и осмысливать свою историю и судьбу. Что Шафаревич преспокойно и делает в данной книге. Так что пожелание чисто риторическое.

4. Дело не только в евреях, но и в других факторах, в том числе в самих себе. Наконец-то!

5. Нужно пытаться разгадать загадку еврейства, хотя возможно, нам это никогда не суждено. На этой таинственной ноте книга заканчивается, открывая простор для десятков аналогичных книг, переполненных столь же невразумительными рассуждениями, отсутствием какой-либо способности к анализу, передергиванием и игнорированием фактов, прямой ложью - и все это в обрамлении таинственно-мистической чепухи.

Материал подготовлен при содействии Московского бюро по правам человека
(Объединение комитетов в защиту евреев в бывшем СССР)
103045 Москва, ая 18
Тел. 2073913, 9239078.
e-mail: mucsj@rambler.ru
При перепечатке ссылка на МБПЧ обязательна.

Георгий Еремеев


Источник: | Оцените статью: +3

Если Вы заметили грамматическую ошибку, Вы можете выделить текст с ошибкой, нажав Ctrl+Enter (одновременно Ctrl и Enter) и отправить уведомление о грамматической ошибке нам.

Информация

Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 1800 дней со дня публикации.


Наш архив