Все новости

«    Декабрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Антисемитизм

Версия для печати


 Женщины ученые - жертвы антисемитских преследований


Рита Леви-Монтальчини

Рита Леви-Монтальчини - биолог, врач, невролог и психиатр, доктор наук, профессор.

О своем еврейском происхождении Рите пришлось задуматься с детских лет. Родилась она в Турине 22 апреля 1909 года. Биографы отмечают, что предками ее были иудеи, попавшие в Италию во времена Римской империи. Семейство Левис во многом содействовало превращению Турина в индустриальный центр, а также делу воссоединения страны в XIX веке. В 20-30-е годы прошлого века, во времена зарождения фашизма в Италии, представители семейства Левис участвовали в превращении города в оплот антифашистской борьбы. После второй мировой войны среди известных представителей семейства Левис были писатели Карло и Примо Леви.

Став взрослой, Рита, чтобы отличаться от других Левисов, добавила к своей девичьей фамилии фамилию матери - Монтальчини.

Семья Риты ассимилировалась с местными католиками и не была религиозной. Но однажды Рита спросила отца, что ей отвечать на вопросы подружек-католичек о родителях и религии. Отец Адам Леви научил свою трехлетнюю дочь отвечать: "Я - свобомыслящая", затем заметил, что в 21 год она сможет решить, кем быть - еврейкой или католичкой. Девочка усвоила этот урок. И когда гувернантка захотела обратить ее в католицизм, чтобы в конце концов та могла бы "попасть на небеса", Рита спросила: "А мама и папа пойдут со мной?" Услышав ответ "К несчастью, нет", Рита твердо сказала: "Тогда я остаюсь с ними".

Адам Леви был авторитарен и требовал абсолютного послушания в семье, придерживался викторианского образа жизни. Когда по окончании четвертого класса Рита хотела продолжать академическое образование, по настоянию отца девочка должна была посещать другую школу и учиться быть хорошей женой и матерью. Годы, проведенные в женской гимназии, были для Риты полны отчаяния. Преподавание не включало ни одного предмета, необходимого для поступления в университет. Настойчивость Риты и поддержка матери заставили Адама Леви отступить перед желанием дочери стать врачом.

В 1930 году Леви-Монтальчини стала студенткой Туринского университета. Она хотела доказать и себе, и отцу, что обладает интеллектом, "как любой мужчина".

По окончании медицинской школы Туринского университета Леви-Монтальчини специализировалась в неврологии и психиатрии. В 1936 году она получила первую медицинскую степень по неврологии. Ей приходилось заниматься работой в клинике и исследованиями в лаборатории. Трудности ее не пугали. Страшила надвигавшаяся волна антисемитизма.

В июне 1938 года фашистский диктатор Муссолини издал манифест "В защиту расы". Манифест запрещал браки между евреями и неевреями. Евреям запрещалось заниматься академической и профессиональной карьерой, учиться или преподавать в государственных школах, работать в государственных компаниях и учебных заведениях. Любой вид деятельности, которой занималась Рита, был запрещен либо опасен. Она занималась медицинской практикой среди бедноты, но расистские законы запрещали ей выписывать рецепты. Сама она была лишена возможности заниматься, так как не могла пользоваться университетской библиотекой.

Боясь подвергать опасности друзей, опасаясь доноса в полицию, Рита уезжает на какое-то время в Брюссель, где работает в исследовательском институте. В 1940 году Рита Монтальчини получает вторую докторскую степень по психиатрии. Оккупация немецкими войсками Бельгии вынуждает Риту вернуться в Италию. В невероятно трудных условиях она не прерывает экспериментов, используя под лабораторию небольшую спальню, скрытую от посторонних глаз. Во время бомбежек, когда приходилось длительное время пребывать в бомбоубежище, Рита спала там, крепко прижав к себе микроскоп.

Усиление преследования евреев в городах заставило Риту перевести свою лабораторию в горную деревню. Она разъезжает на велосипеде по горным деревушкам и просит у крестьян яйца "для своих детей", без чего нельзя было проводить эмбриологический эксперимент. Вскоре стало опасно оставаться и в горных районах. Рита вместе с опекавшим ее профессором Туринского университета Джузеппе Леви уходит в подполье.

В 1940 году Рите попалась на глаза научная статья известного эмбриолога из США Виктора Хамбургера, основателя развивавшейся тогда нейробиологии. Статья эта явилась для Риты своеобразными "библией и вдохновением", поддержавшими ее в ту нелегкую пору. Она знала, что ее статьи, отвергнутые итальянскими журналами из-за ее еврейской фамилии, публиковались в Бельгии и Швейцарии, читали их и в США. Этот факт спустя некоторое время получил удачное продолжение.

После выхода Италии из войны в 1943 году и последовавшей оккупации значительной части страны немецкими войсками усилилась депортация евреев. Семья Леви бежала на юг, во Флоренцию.

В 1944 году Леви-Монтальчини оказывала медицинские услуги американским военным властям в лагерях беженцев. Возвратившись в 1945 году в Турин, Рита приступила к работе в местном университете.

Перемена наступила в 1947 году. Профессор Хамбургер, знакомый с публикациями Леви-Монтальчини, пригласил ее в Вашингтонский университет для совместной работы. В США они успешно работали в области эмбриологии, публиковали научные работы. "Это удивительно талантливая женщина", - постоянно повторял Хамбургер. В 1951 году Леви-Монтальчини - адьюнкт-профессор Вашингтонского университета, а через некоторое время она стала полным профессором этого престижного учреждения. Здесь в 50-е годы началось научное сотрудничество Леви-Монтальчини и талантливого биохимика, фололога Стенли Коэна. В 1986 году они разделили Нобелевскую премию "за открытия, которые представляют собой фундаментальную основу нашего понимания механизмов, которые регулируют рост клетки и органа".

В дополнение к Нобелевской премии Леви-Монтальчини удостоена многих других наград. Она была членом ряда научных обществ, Академий США, Бельгии, была избрана почетным доктором института им. Вейцмана в Израиле.

Герта Тереза Радниц Кори

Антисемитизм не обошел и другого Нобелевского лауреата, Герту Терезу Радниц Кори (1896-1957), первую женщину-еврейку, удостоенную этой высокой награды.

Родилась она в Праге. Ее отец Отто Радниц был химиком и бизнесменом, мать - Марта Неуштадт - домохозяйкой. Из-за господствующих законов девочке Герте была уготована доля, ограниченная кругом семейной жизни. И только целеустремленность, самовоспитание и любознательность позволили Герте подготовиться и сдать вступительные экзамены в медицинскую школу и затем в Пражский университет.

На первом курсе 18-летняя Герти встретила две любви, которые пронесла через всю свою жизнь - биологию и Карла Кори. Столкнувшись с антисемитизмом в послевоенной Европе, молодая чета уезжает в США. И здесь складывалось совсем непросто. Многие годы ей приходилось испытывать дискриминацию в отношении пола. Продолжительное время ее ограничивали работой ассистента биохимии.

За девять лет совместной исследовательской работы по проблеме углеводов в опухолевых клетках Кори создали себе высокую научную репутацию. Отличительной чертой Герти была большая ответственность и точность в проведении экспериментов. Она решительно выступала против дилетантства в науке. Только высокий научный авторитет заставлял отступать противников их совместной работы с мужем.

В 1931 году Кори переезжают в Сент-Луис (штат Миссури) для работы в медицинской школе Вашингтонского университета. В 1936 году Кори открыли новое глюкозное соединение глюкозофосфат, названное впоследствии "эфиром Кори". Спустя несколько лет они порадовали научный мир, получив гликоген в пробирке и открыв перспективу в развитии биологии. Их открытие серьезно помогло в лечении диабета. Только в середине 40-х годов Герти и Карл Кори получили места профессоров в Гарвардском университете и в Рокфеллеровском институте в Нью-Йорке.

В 1947 году лаборатория Кори считалась самым активным мировым центром по изучению ферментов. Восемь питомцев из лаборатории Кори стали нобелевскими лауреатами. Этот год принес им самую плохую и самую хорошую новости. Герти тяжело заболела: фатальная форма анемии.

24 октября 1947 года Кори узнали о присуждении им Нобелевской премии по физиологии и медицине "за открытие каталитического превращения гликогена". В поздравлении говорилось, что "это, без сомнения, одно из величайших достижений в современной биохимии".

В пятидесятые годы Сент-Луис, как и многие другие университеты США, был охвачен истерией антисемитизма и нетерпимости к равенству в сфере науки по половому признаку. Только последовательность Кори в отношении интеллектуальной целостности делала их лабораторию островом толерантности. Им нужны были открытия, а кто их сделал, было безразлично. Герти особенно сочувственно относилась к женщинам-исследователям.

Скончалась Герти Кори 26 октября 1957 года в возрасте 61 года. На похоронах магнитофонная запись воспроизвела слова Герти, определявшие кредо ее жизни: "Честность, которая стоит рядом с интеллектуальной целостностью, мужеством и добротой - вот те достоинства, которые я ценю больше всего". Герти Кори была удостоена многих наград, была членом ряда научных обществ. Ее именем назван кратер на лунной поверхности.

* * *

В благополучной и демократической Америке в немалой степени антисемитскому давлению подвергалась и еще один Нобелевский лауреат Розалин Сасмен Ялоу. Биофизик, доктор наук, профессор, она помнила, с каким трудом добивалась возможности продолжить учебу после окончания медицинской школы. На соответствующий запрос последовал ответ: "Она из Нью-Йорка, она еврейка. Если вы можете гарантировать ей работу после окончания, мы дадим ей разрешение". Шансов не было, но это не остановило Розалин.

Не хватало должной "шлифовки" еврейке Либби Генриэте Хаймен, автору монументальных работ в области зоологии. Более тридцати лет ее держали помощницей у шефа.

Не давали ходу физиологу Фриде Робшейт-Роббинс. Список можно было бы продолжить. О каждой можно было бы рассказать много интересного и поучительного.

Не могу не назвать Лину Соломоновну Штерн (1878-1968). Приглашенная в 1925 году из Швейцарии в СССР, она вела исследования химических основ физиологических процессов, протекающих в организме человека и животных. Она была первой женщиной академиком АН СССР (1939). Ее работы имели большое практическое значение для лечения раненых в годы войны.

Общественная позиция Л.С. Штерн проявлялась в нетерпимом отношении к фашизму. Когда большинство в академических кругах молчало, Штерн высказывала критические замечания по поводу советско-германского сближения в предвоенные годы. Она была членом президиума Еврейского антифашистского комитета в годы войны. Во время антисемитской кампании в СССР подверглась аресту (1949) и в 1952 году была осуждена к лишению свободы на пять лет. Ее освобождение и возвращение в Москву стало возможным после смерти Сталина.

Сколько их было и есть - светлых и достойных имен, талантливых ученых, дочерей еврейского народа, испытывавших и продолжающих чувствовать боль из-за антисемитизма. Тем не менее верится, что в наступившем XXI веке в списке "великих людей", которые подарят миру новые научные открытия, будут и наши еврейские женщины. И мир их оценит.

Семен Киперман, Время (Израиль)


| Оцените статью: 0

Если Вы заметили грамматическую ошибку, Вы можете выделить текст с ошибкой, нажав Ctrl+Enter (одновременно Ctrl и Enter) и отправить уведомление о грамматической ошибке нам.

Информация

Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 1800 дней со дня публикации.


Наш архив