Все новости



























































































































































































































































География посетителей

sem40 statistic
«    Август 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 

Спасти одного - спасти весь мир

Начну издалека. Эту историю я рассказал одному своему давнишнему знакомому. О трехлетней девочке, спасшейся благодаря ее русской тете (сестре отца), и о маме этого ребенка - тридцатидвухлетней красавице, еврейке Поле Кац, расстрелянной фашистами в ноябре сорок первого в балке Ботанического сада.

Знакомый меня внимательно выслушал... И знаете, какая была его реакция?

- Ну и что тут такого? Нашел, чем удивить. Таких историй было - если не миллионы, то сотни тысяч точно...

И самое страшное в его ответе - он прав.

В астрономическом количестве подобных судеб, как в пучине океана, исчезает, растворяется трагедия отдельных людей. В общем гуле не различим крик отдельного человека. Не шести миллионов, а одного из них. Если вас и эти слова не достали, предлагаю, прежде чем читать дальше, проделать несложное психологическое упражнение. Войдите в роль. Напрягите воображение. Вам тридцать два. Вся жизнь впереди, но вас гонят полураздетого к яме, где в страшном месиве человеческих тел сейчас найдется место и вам. Вы хотите вырваться, удрать, но вас ударом сапога в пах заставляют сложиться пополам и на выдохе, захлебнувшегося кровью от пули (не "дуры", она искала и нашла ваш затылок), выпущенной бездушным громилой, вы кувырком летите в ров к своим убитым чуть раньше собратьям. И считайте, вам повезло, если умрете сразу, а не задохнетесь под грудой падающих на вас сверху тел. Возможно, это мазохизм, но как еще можно увидеть нашу недавнюю историю?

Сейчас на месте гибели двенадцати тысяч наших сограждан раскинулся парк, чуть в стороне шумит университетский городок, рядом стадион, где студенты сдают зачеты по физкультуре.

Влюбленные по вечерам не прочь посетить эти тенистые аллеи.

Есть тут и обелиск - дань памяти живых убиенным. А возле гранитной плиты всегда лежат живые цветы. Живые цветы живой памяти. Чаще других здесь бывает и та трехлетняя девочка, которой, сами понимаете, сейчас несколько больше лет, чем было в сорок первом. Теперь девочку Нонну зовут уже по отчеству. Нонна Георгиевна Товаровская. Она на пенсии и приходит в парк не только помянуть маму, но и отдать должное своей тете Ольге Ивановне Кубышкиной, которая спасла ее и заменила ей родную маму.

Как все произошло? Послушаем Нонну Георгиевну.

* * *

...Так случилось, что Ольга Кубышкина вышла замуж за еврея Александра Исааковича Рабиновича (по метрике Нисанель Ицкович), и брат Ольги Георгий "взял" в жены еврейку Полину Ильиничну Кац. "Взял" - в кавычках, так как Георгий добивался руки изящной красавицы три года, и кто кого взял, тут еще надо подумать. У Ольги в 1937 году родился сын Олег, и в 39-м - дочь Леночка... А у Георгия в тридцать восьмом появилась дочь Нонна.

Какими были в молодости Полина и Георгий? Необыкновенно красивой и, надо полагать, счастливой парой. А вот семья Кацев этот брак, мягко говоря, не одобрила. В сорок первом весь их семейный клан благополучно отбыл в эвакуацию. Могли бы предложить помощь и Полине с ее малолетней дочерью. Но не предложили. Оставили их на попечение новых родственников, считая Полину отрезанным ломтем.

Ушли на войну мужья Оли и Полины. Перед уходом на фронт Георгий привел свою молодую жену с дочкой к сестре и сказал:

- Оля! Пусть Полина с Нонной побудут у тебя, пока я вернусь.

И две женщины, Оля и Полина объединили свои усилия, чтобы пережить лихолетье, спасти детей. Почему они не пытались покинуть город перед сдачей его фашистам? Пытались, но не получилось. Их поезд был атакован "юнкерсами" на станции Горяйново. Сколько погибло беженцев тогда в сгоревшем составе, никто не считал, а им повезло. Не сгорели. Вернулись домой. Но их возвращение не для всех соседей было приятным сюрпризом. Некоторые уже положили глаз на дармовое жилье.

Подлецов всегда и везде хватает, а уж во время войны, которая все спишет, и подавно. Первым "стукнул" на Полину один из "друзей" дома - парень, имя которого уже никто не помнит. Его Георгий обучал вождению, и он был хорошо знаком с близкими своего инструктора. Чтобы не подвергать семью Ольги риску, Полина 13 октября, собрав в котомку самое необходимое, ушла рано утром на сборный пункт к универмагу. Перед тем, как шагнуть в небытие, она прижала дочь к себе и поцеловала.

- Будь умницей. Я скоро вернусь...- сказала она, предчувствуя, что больше они уже в этой жизни никогда не увидятся.

Слез не было. Горе их высушивает, как палящее солнце пустыни. Выдавали хриплые звуки, вырывавшиеся из горла вопреки желаниям. В этот же день Полину расстреляли. Тучи стали сгущаться и над головой Ольги. Ей стало известно, что кто-то из доброхотов уже настучал и на нее. Дескать, она-то русская, но укрывает трех жиденят.

Надо было спасать не только Нонночку, но и своих детей, тоже ведь "полужиденят". Что осталось в памяти трехлетней девочки от этих дней? Глухая ночь, холодный проливной дождь, тесная подвода, в которой пахнет сеном и лошадиным потом...

В один из ноябрьских дней с помощью знакомого возницы Ольга и дети бегут из оккупированного города. Осели они в селе Александрополь Солонянского района. Ушли не особенно далеко, но там их никто не знал, и было более или менее спокойно. Ольга устроилась на работу. Трудилась от темноты до темноты. Большую семью как-то нужно было прокормить. А в сорок третьем, сразу после освобождения Днепропетровска, они вернулись в город. "Жиденята" были спасены, а осиротевшая Нонна так и осталась в семье Ольги Ивановны третьим ребенком. Теперь уже навсегда.

Сейчас из всей семьи она осталась одна. Ушли из жизни тетя и ее дети. Годы свое дело сделали. И, может, поэтому, ощущая бренность жизни, скоротечность времени, Нонна Георгиевна стала хлопотать о присвоении (пусть посмертно) звания Праведника Мира Ольге Ивановне Кубышкиной, которая, кстати, пеклась не только о своих детях. Много лет она проработала в облоно зав. сектором детских домов, отдавая всю себя детям, лишенным родительского очага.

Хочется надеяться, что эта публикация как-то поможет Нонне Георгиевне в ее благородном начинании: воздать должное своей второй маме за все, что она для нее сделала в страшные годы войны.

* * *

Действительно, банальная история. Таких действительно миллионы. Впрочем, именно в банальности происшедшего весь ужас. Но многократное повторение ужаса не ослабляет его. Сколько лет прошло? А по сей день существуют люди, живая память которых извлекает из небытия невинно убитых. Одного, данного, конкретного человека, когда-то ходившего по нашей земле. И каждый из них был центром Вселенной, вокруг которого она и вертелась. И еще. Евреи считают, что спасти одного - спасти мир. Один мир Полины навсегда растоптан и уничтожен фашистами. Другой мир, мир ее дочери Нонны, спасенной Ольгой Ивановной, существует по сей день. На фото: Полина Кац. 1938 год. Здесь ей 29 лет, и жить осталось всего три года...

Эдуард Аксельрод, Шабат Шолом

  • 15-04-2003, 14:57
  • Просмотров: 613
  • Комментариев: 0
  • Рейтинг статьи:
    • 0
     (голосов: 0)

Информация

Комментировать новости на сайте возможно только в течении 180 дней со дня публикации.

    Друзья сайта SEM40
    наши доноры

  • 26 июня  Моше Немировский Россия (Второй раз)
  • 3 января Mikhail Reyfman США (Третий раз)
  • 26 декабря  Efim Mokov Германия
  • 25 ноября   Mikhail German США
  • 10 ноября   ILYA TULCHINSKY США
  • 8 ноября Valeriy Braziler Германия (Второй раз)

смотреть полный список