Все новости



























































































































































































































































География посетителей

sem40 statistic
«    Август 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 

Александр Воронель: "Надо научиться понимать противника лучше, чем он сам

Александр Воронель - профессор физики Тель-Авивского Университета, главный редактор общественно-политического и литературного журнала "22", автор нескольких книг литературно-философского содержания

- Александр Владимирович, давайте начнем с того, что интересует сейчас всех, - с нынешней израильской ситуации.

- Прежде всего вспомним, что Израиль - это интегральная часть западного мира. Мы погружены в него, и я как физик особенно остро это ощущаю. Я не могу шевельнуться в своей израильской жизни, чтобы не соприкоснуться с Америкой, Японией, Англией. Это касается всех, кто что-то производит, чем-то торгует, программирует, изобретает... Израиль - часть глобальной системы. Поэтому и проблему террора я не рассматриваю как сугубо израильскую. И когда меня спрашивают: "Когда же кончится ваша конфронтация?", я отвечаю: "Никогда не кончится. Это конфликт цивилизаций". Но при этом надо помнить, что цивилизации влияют друг на друга и к тому же они никогда не бывают однородными. В мусульманском мире тоже есть тяга к сотрудничеству. Иначе все давно друг друга перерезали бы. Эта тяга у них проявляется, в основном, в верхнем эшелоне нации, в элите. А в западном мире она охватывает более широкий слой.

Несчастье же нашего конфликта с палестинцами состоит в том, что палестинцы - окраина мусульманского мира, о реальном благополучии которой никто не заботится. Палестинцы для мусульманского мира лишь острие копья, которое они хотят воткнуть в западную цивилизацию.

Проблему палестинцев арабский мир создал с целью разжигания войны. И я думаю, что арабо-израильский конфликт продлится столько лет, сколько будет конфликт между этими двумя цивилизациями.

- Значит, израильтянам надо приучать себя к жизни в этой ситуации?

- И не только израильтянам. Люди, которые ценят свою цивилизацию, должны привыкнуть защищать свои ценности. Ведь западное общество невероятно беспечно, оно замкнуто на себя.

Впервые мы ощутили это, когда оказалось, что Израиль совершенно не готов к встрече с русской алией. Общество ничего не знало о России, не понимало, с кем оно встретится, думало, что для нас самое большое удовольствие - это попеть хором "Подмосковные вечера".

Единственный способ отстоять себя в борьбе с противником - превзойти его в понимании. Понимать противоположную сторону лучше, чем она сама себя понимает. Но ведь вообще понимание одной культуры другой очень трудно. Есть какие-то изначальные аксиомы, которые мешают понять. Скажем, трудно понять, что отношение к смерти в разных культурах разное. Все говорят: "Неужели арабская мать может позволить..."

Вот это "неужели" - глупость, потому что, как написал замечательный этнограф и философ Гирц: "Всякое суждение о культурах, которое начинается со слов: "Всякой культуре присуще...", недопустимо". Нет общих правил для культур. Думать о своем противнике, что он такой же, как мы, недопустимо.

- А думать, что он глупее тебя, разве это не создает опасной ситуации?

- А кто сказал, что он глупее? Арафат умнее израильских политиков. Он переиграл их. Люди, которые поехали в Осло договариваться с Арафатом и сумели сформулировать договор так, что его можно перевернуть вверх ногами, люди недалекие. Как можно было так договариваться: "Мир в обмен на территории"? Мир - это концепция, а территории - вещь. Как можно вещь обменять на концепцию? В любом случае Арафат скажет: мы ничего не нарушаем, это мир. У него свое понимание мира.

Кроме того, Арафат сумел убедить всех в мире, что палестинский народ угнетен. Но чем он угнетен? В 1947 году ему не запрещали создать свое государство. А он не захотел. Да ведь и само понятие "палестинский народ" возникло в результате этих войн. До этого были арабы, жившие на территории британской колонии Палестины. Так же - по колониальному принципу - созданы Сирия и Ирак. Между тем, политическая спекуляция состоит в том, что сложившемуся палестинскому народу, имеющему свои этнические признаки, израильтяне не дают свободы или возможности самоопределения. А как вам утверждение, что этот народ бедствует? Пока этот народ не был мобилизован Арафатом на террор, 160.000 арабов работали в Израиле и зарабатывали куда больше своих собратьев в арабских странах.

- Вы уехали из России почти 30 лет назад при обстоятельствах весьма драматических, когда неизвестно было, то ли выпустят, то ли посадят. И вот теперь, впервые за эти десятилетия, побывали в Москве. Какое впечатление?

- Первое, что бросается в глаза, это обилие рекламы и машин. По Москве невозможно проехать. Город заполнен всевозможными палатками, прилавками, просто торгующими с рук людьми. Это дает ощущение высокого темпа жизни. Мы не ощущали никакой озлобленности, агрессивности, о которых нас предупреждали, все было мирно, дружелюбно. Может быть, это потому, что мы не выделялись - два скромно одетых пожилых человека, неотличимых в толпе.

- Какая самая интересная встреча была в России?

- Наверное, с Солженицыным. Дело в том, что еще в Израиле мы получили по почте книгу Солженицына "200 лет вместе" с письмом, в котором он писал, что читал все мои статьи и книги и высоко ценит мою проницательность и мое перо. Это мне, естественно, было очень приятно.

До того мы никогда не встречались. Но он знал и, как выяснилось, высоко оценивал наш журнал, что, как ни странно, помогло нам в финансировании издания. Когда года полтора назад тогдашний министр иностранных дел Израиля Шимон Перес был в Москве, он нанес визит Солженицыну. И тот сказал ему, что в Израиле издается самый лучший русскоязычный журнал в зарубежье - "22". По возвращении Перес в газете "Вести" рассказал об этом лестном отзыве. Мы же в этот момент в очередной раз выбивали финансирование в министерстве культуры. Отзыв Солженицына помог нам его получить...

На то письмо Солженицына я ответил, что скоро окажусь в Москве и буду рад повидаться. Он в свою очередь написал письмо с просьбой, когда мы окажемся в Москве, позвонить по определенному номеру телефона, что мы с женой и сделали. Наталья Дмитриевна приехала за нами на машине и привезла нас в их загородный дом, по западным меркам - достаточно скромный.

- Говорили о "200 лет вместе"?

- Конечно. Я считаю, что смысл и важность этой книжки - в самой постановке вопроса: два народа, русский и еврейский, живут вместе. И нам непонятно, почему в некоторых кругах московской интеллигенции, и в том числе среди наших друзей, ее встретили с таким острым неприятием. Хотя книжку можно понимать по-всякому - и как шаг к сближению двух народов, и, наоборот, - к разделению.

Говоря о книжке, я сделал одно замечание. В ней пишется о деле Бейлиса наряду с другими обидами еврейского народа. Более того, Солженицын излагает похожее, как ему кажется, дело Франка - еврея, которого в Америке обвинили в изнасиловании и убийстве 12-летней девочки. Разъяренная толпа ворвалась в тюрьму, где он сидел, и линчевала его. Солженицын пишет: мол, по поводу Франка никто ничего не говорит, а о деле Бейлиса писала вся мировая печать. "Но это несравнимо, - сказал я. - Одно дело обвинить человека в изнасиловании девочки, что бывает во всех народах. А обвинить еврея в ритуальном убийстве - значит, бросить тень на целый народ, на древнюю религию, обвинить евреев, в сущности, в каннибализме, за что их можно исключить из рода человеческого. К тому же Бейлис был персонально оправдан - он не убивал, а обвинение с народа так и не было снято". Солженицын выслушал меня и сказал: "Это очень серьезное замечание, я сейчас запишу".

Многие и в Израиле, и в Москве говорили мне: "Солженицыну нужны авторитетные еврейские союзники, чтобы его не обвинили в антисемитизме". Тем самым предполагалось, что он все заранее продумывает, последовательно ведет свою стратегию. Вообще, в либеральных кругах несколько демонизируется эта личность. Мне же показалось, что он достаточно искренен и гораздо проще, чем его тексты.

Самое интересное, что на следующий день нам позвонила Наталья Дмитриевна, поблагодарила за визит и передала слова А. И.: "Воронель выглядит гораздо проще, чем его тексты".

- А что вы вообще думаете о "200 лет вместе"?

- Работа интересна как этап в русском национальном сознании. Евреям она неинтересна, нам известны эти факты лучше и шире. К тому же есть много книг и источников, которые Солженицын обошел вниманием. Но я хочу отметить другое. Солженицын сознательно или бессознательно смешивает два понятия - русский народ и русское государство.

Евреи, несомненно, являлись разлагающим элементом в Российской империи, оказываясь в ней динамичным экономическим началом. Они не вписывались в феодальную систему и всячески разрушали ее своей инициативой, торговлей, предприимчивостью. Эта их активность была направлена против окостеневших хозяйственных форм. Когда говорят, что евреи спаивали русский народ, это значит, что они наладили промышленное винокурение, переработку зерна на спирт. Это лучше, чем вывозить зерно за границу, как делали до того. А производство сахара, которое также было еврейской отраслью... Можно сказать, что в аграрной стране евреи создавали перерабатывающую промышленность. Они же внедряли финансово-кредитные отношения, то есть всячески капитализировали жизнь, от чего страдала часть населения - и в дворянско-помещичьем сословии, и в народе, не привыкшем к этому новому роду отношений. И несомненно, что накопились какие-то обиды. Разобраться в них очень трудно, если не невозможно. Солженицын, естественно, любит свой народ и не хочет его страданий. Сейчас, когда мы видим, как деколонизация во всем мире привела к дикому кровопролитию, голоду, ужасу, то, может быть, есть своя правда в том, что Солженицын хочет сохранить Российскую империю. Он высказывает вполне оправданную его миросозерцанием позицию, которая импонирует многим русским людям. Более того, я считаю, что, с точки зрения реального восприятия еврейства, его книга - шаг вперед. В ней есть попытка какого-то анализа отношений двух народов, достаточно трезвая и к тому же имеющая некую нравственную основу.

Кстати, будучи человеком национально ориентированным, Солженицын очень одобряет Жаботинского, считая, что тот отстаивал интересы своего народа. В целом же позицию Солженицына по отношению к евреям можно сформулировать так: если они хотят быть евреями, они должны жить в Израиле, а если хотят жить с нами, пусть станут русскими. При этом он понимает, что все евреи никогда не уедут из России, и, более того, войдут в элиту общества, будут частью русской интеллигенции. И он стремится внушить этим евреям свое чувство благоговения перед русским государством, чтобы они, будучи влиятельной частью русской интеллигенции, ценили это государство так же, как он, ощущали его своим, не разрушали.

- А кто его, собственно, разрушает? Ведь еврейские капиталисты...

- Стоп. Солженицын как раз против капитализма. У него патриархальные взгляды. Но это мы об экономической элите. А теперь о журналистах, которые ему небезразличны. Я читаю русскую прессу, поток разоблачений и самоуничижений в некоторых изданиях не знает границ.

- А разве на Западе не столь же велика мера критицизма?

- Но западный мир, как считает Солженицын, в порядке, а Россия - в обвале. Он видит, что русский народ вырождается, страна в стагнации - и ищет национальную идею, которая консолидировала бы этот народ.

Михаил РУМЕР-ЗАРАЕВ, журнал "Иностранец"

9

-->
  • 19-03-2003, 15:18
  • Просмотров: 1124
  • Комментариев: 0
  • Рейтинг статьи:
    • 0
     (голосов: 0)

Информация

Комментировать новости на сайте возможно только в течении 180 дней со дня публикации.

Ещё в разделе:
Инна Чурикова


    Друзья сайта SEM40
    наши доноры

  • 26 июня  Моше Немировский Россия (Второй раз)
  • 3 января Mikhail Reyfman США (Третий раз)
  • 26 декабря  Efim Mokov Германия
  • 25 ноября   Mikhail German США
  • 10 ноября   ILYA TULCHINSKY США
  • 8 ноября Valeriy Braziler Германия (Второй раз)

смотреть полный список