Все новости

«    Январь 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031 
Политика

Версия для печати


 Наступит ли после Ирака новый мировой порядок?


Попытка Джорджа Буша достичь дипломатического предела прежде, чем атаковать Ирак, подвергает серьезному испытанию важнейшие международные организации, порожденные Второй мировой войной. Все они, хотя и в разной степени, не справились со своими задачами. И сегодня предметом серьезных размышлений становится вопрос о том, надо ли устанавливать после Ирака "новый мировой порядок". Простой ответ сводится к тому, что едва ли будет предпринято нечто грандиозное, но уроки, полученные США, несомненно, окажут влияние на формирование внешней политики в будущем.

Единство, продемонстрированное в ноябре прошлого года, было кратковременным, и Совет безопасности ООН оказался ввергнутым в более привычный хаос. Президент Франции Жак Ширак отказался от своей ноябрьской точки зрения и облачился в тогу великих разрушителей прошлого - Иосифа Сталина и Никиты Хрущева. Другие члены СБ поняли, что на самом деле заявили о своей приверженности прямым и открытым действиям и согнулись под гнетом этого понимания.

Поэтому, когда в следующий раз нужно будет сделать важное дело, США побеспокоятся о том, чтобы взяться за него до заседания Совета безопасности. Скорее всего, долго ждать не придется - с учетом того, что, следуя примеру Саддама Хусейна, лидер Северной Кореи Ким Чен Ир наплевал на ограничения ООН, касающиеся оружия массового уничтожения.

Урок, впрочем, совсем не нов. С момента создания ООН Совет безопасности всегда оказывался слабым звеном в выполнении возложенных на него задач - в поддержании мира и безопасности. В 1950 году американцам, решившим защитить Южную Корею, была оказана моральная поддержка лишь потому, что русские, оказавшись в неприятной ситуации, не воспользовались правом вето. Причиной будущих проблем стало то, что США подчинились решению ООН, по которому операция "Буря в пустыне" носила ограниченный характер, имея целью лишь удаление армии Саддама из Кувейта. В результате американцы не разгромили Саддама, хотя могли это сделать.

Так что идея о получении санкции ООН на решительные действия против агрессивных или опасных режимов всегда выглядела сомнительной. Поэтому США опираются на 51-ю статью Хартии ООН, позволяющую государствам проводить военные операции в целях самообороны. Конечно, это указывает на желание США не выходить за рамки правил ООН. При этом в мире, где лучшей защитой от терактов является подавление режимов, дающих убежище террористам и вооружающих их, самооборона представляется правомерным требованием.

Однако идея США о праве нанесения превентивных ударов повергла Совет безопасности в трепет. Правда, позже, в 1990 году, его привело в такое же смятение вторжение Саддама в Кувейт. В августе и сентябре он принял одну за другой 12 резолюций, стремясь примирить с "дипломатией" то единственное, что, как выяснилось, могло повлиять на Саддама - военную силу.

Если США суждено в будущем обходить организацию, к созданию которой они в 1945 году приложили немало усилий, имеет ли смысл пытаться создать вместо ООН новую международную структуру, объединяющую государства со сходным образом мыслей, и не приглашать туда Францию, Россию, Германию и Китай? По-видимому, нет. Едва ли реалистично надеяться, что большие страны можно изолировать от принятия решений, и ясно, что у администрации Буша подобных намерений нет. Хотя США признают, что отношениям с Францией нанесен серьезный ущерб, они не собираются лишать эту страну роли в восстановлении Ирака после Саддама.

Кстати, обозреватель Джордж Вилл полагает, что Франция могла бы быть весьма полезной, если бы помогла нам прочесть архивы Саддама, в которых описано сотрудничество между его режимом и Францией на протяжении последних 12 лет.

Больших потрясений не ожидается. Новое образование, при соблюдении "законов" ООН, коалиций между теми, кто хочет защитить себя от террористов и стран-изгоев, является естественным решением в свете событий вокруг Ирака, и США, возможно, сделают именно такой выбор.

Отсюда следует вопрос о Североатлантическом альянсе. Противоречия в НАТО не так серьезны, как может показаться. Хорошо было бы проголосовать за исключение из НАТО Франции - просто на том основании, что она не желает сотрудничать с остальными 18 членами блока. Но Франция уже ограничила свое влияние. Она остается членом совета НАТО, но еще в 1966 году отказалось войти в интегрированную военную структуру альянса. Поэтому когда Франция блокировала поставки оборонительных вооружений в Турцию, чтобы та могла отразить атаки со стороны Саддама, руководство НАТО просто переслало запрос в Комитет по военному планированию, куда Франция не входит, и получило одобрение.

Правила НАТО допускают создание в рамках альянса групп, выполняющих определенные задачи. То есть в этой структуре достаточно гибкости для создания коалиций. Сейчас НАТО претерпевает изменения, связанные с расширением, однако задачи альянса, связанные с сосредоточением военной мощи США и их союзников в проблемных точках, ни в коей мере не стали достоянием прошлого.

Другой крупной структурой, возникшей в послевоенную эпоху, является Европейский Союз. Это серьезное достижение - в немалой степени потому, что создание Союза значительно уменьшило опасность повторения войн, на протяжении многих лет терзавших европейский континент. Ему удается привлекать и удерживать своих членов по одной простой причине: Союз упрощает европейскую торговлю и инвестиционные механизмы. Его главная задача - создание единого рынка, охватывающего всю Европу. Для ее выполнения ликвидирован контроль на границах между многими из 15 стран, входящих в ЕС, и введена единая валюта, которая используется в 12 странах.

Противодействие Франции и Германии американской политике по Ираку привело к расколу в ЕС. Великобритания, Испания, Италия и Португалия оказывают США энергичную поддержку. Впрочем, нет худа без добра: скорее всего, это разрушит планы Франции превратить ЕС в наполеоновскую империю наших дней. Поскольку будущее ЕС как политической силы сомнительно, он может сосредоточиться на деятельности, сулящей европейцам наибольшую выгоду: совершенствовании единого рынка и привлечении в организацию новых членов.

Мир после Ирака изменится, возможно, к лучшему. Но структуры, созданные в прошлом, никуда не денутся.

The Wall Street Journal, InoPressa.ru


| Оцените статью: 0

Если Вы заметили грамматическую ошибку, Вы можете выделить текст с ошибкой, нажав Ctrl+Enter (одновременно Ctrl и Enter) и отправить уведомление о грамматической ошибке нам.

Информация

Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 1800 дней со дня публикации.




Наш архив