Все новости

«    Декабрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Интервью

Версия для печати


 Александр Бовин – посол России на все времена


В Москве его называют "легендой российской журналистики". В Израиле он – российский посол на все времена. Неважно, что бывший. Недавно Бовин снова побывал в Израиле, выступал в нескольких городах, представляя свою новую книгу "ХХ век как жизнь".

"Мне повезло, – пишет Бовин. – Время спрессовывало, уплотняло события. Если судить по моей коллекции ощущений, то прожито несколько жизней".

Его книга воспоминаний, состоит из пяти частей, которые так и называются: "Первая молодость", "Вторая молодость" и так далее. "Четвертая молодость (1991-1997)" – это годы, прожитые в Израиле. "Пятая молодость" Бовина началась в 1997 году и продолжается по сей день.

О своих мемуарах Александр Евгеньевич говорит скромно: "Это, как писал Герцен, "отражение истории в человеке, случайно попавшемся на ее дороге".

Он признается, что послом в Израиле стал не случайно: "Я считал нашу ближневосточную политику односторонней и настаивал на ее корректировке. И когда корректировка началась, мне предложили принять в ней активное участие. Не только обозревать, но и делать. Это же очень интересно – налаживать после 24-летнего перерыва хорошие отношения с не совсем обычной страной".

Я встретилась с Бовиным в Иерусалиме после его творческого вечера. На фоне сумеречных силуэтов древнего города, естественно, разговор зашел о вечной и неделимой столице Израиля.

- Александр Евгеньевич, богословский спор о праве на Иерусалим, с подсчетом количества упоминаний о нем в Торе, Евангелии или Коране длился тысячелетиями. Сегодня он из теологической плоскости перешел в политическую. Как вы полагаете, изменится ли когда-нибудь ситуация так, чтобы спор опять вернулся к религиозным истокам?

- В конце концов так и будет. Религиозные ценности все-таки прочнее, чем политические. И здесь будущее за религией. Она может уступить первенство, но потом вернет свое. Ну, поругаются политики – помирятся, придут к компромиссу. А месторасположение Храма или камня, с которого Магомет прыгал в небо, уже никак не изменится, тут деваться некуда. Я думаю, что рано или поздно утихнут политические страсти, и все вернется в религиозную плоскость. Но произойдет это не раньше, чем к концу нынешнего тысячелетия.

- Можно ли, исходя из этого, уже сегодня как-то решить судьбу Иерусалима?

- Конечно. Были всякие предложения, например, установление чисто религиозной власти в Святом городе. Наверное, все это осуществимо, хотя и непросто. Ведь и сейчас Восточный Иерусалим живет своей жизнью, хотя считается частью Израиля. Там действует масса палестинских учреждений. По закону они не должны иметь связи с автономией, но все же понимают, что это невозможно. Их пытались закрывать со скандалами, а они продолжают работать. Может быть, стоит легализовать это положение – вот и будут первые шаги к решению.

- А расплачиваться за это будут евреи. Причем, не только в переносном смысле, а в буквальном. Например, десятки тысяч арабских домовладельцев не платят налог на землю (арнону), и это ложится двойным бременем на жителей Западного Иерусалима.

- Так может, легализовать эту ситуацию, чтобы она не провоцировала постоянные конфликты? Помню, в мою бытность послом, я посетил какое-то израильское министерство, расположенное в Восточном Иерусалиме, так палестинцы накатали на меня донос в Москву. Я им говорю: не путайте географию с политикой. Если бы это министерство было на Луне, я бы слетал и на Луну. Вот и все, и отстаньте от меня.

- Кстати, в середине 90-х президент Киргизии Аскар Акаев во время официального визита в Израиль заявил, что откроет киргизское посольство в Иерусалиме. Разразился дипломатический скандал. Как Вы думаете, это была оплошность президента или серьезное намерение?

- Как ни забавно, я в то время был не только послом России, но по совместительству и послом Киргизии в Израиле. Акаеву хотелось сделать что-то приятное Израилю, но он был не в курсе той острой ситуации, которая много лет существует вокруг Иерусалима. Вот он и сказал, мы-де, откроем в Иерусалиме посольство. Естественно, это вызвало восторг среди евреев и возмущение палестинцев. Вследствие чего мне было поручено передать послу Киргизии протест Арафата. Что я и исполнил.

- То есть, посол России Александр Бовин вручил ноту протеста послу Киргизии Александру Бовину?

- Да… Не пришлось никуда ехать. В этом было удобство сидения на двух стульях.

- А неудобства были?

- Конечно. Но в то время Россия как правопреемница Советского Союза должна была отдуваться за все бывшие республики СССР, кроме прибалтийских (те сразу отделились). А сейчас в Израиле все, как полагается: каждый посол представляет свою страну и никаких "многостаночников". Вернее, почти никаких: посольство Казахстана представляет еще и Киргизию, а Латвия – Эстонию.

- Александр Евгеньевич, Вы говорили в нескольких ваших интервью, что в первые годы работы послом СССР в Израиле были ближе по своим взглядам к Йоси Бейлину, а сегодня приближаетесь к позиции Авигдора Либермана. Чем вы объясняете такую метаморфозу?

- Очень просто. Я всегда говорю, что в Израиле я прошел школу Арафата, даже, я бы сказал, университет Арафата.

- Вы много раз встречались с ним. Какое он на вас произвел впечатление?

- Да никакого. Раис не блещет ни красноречием, ни эрудицией, не высказывает никаких оригинальных мыслей. Впечатляет только одно: почти 60 лет он удерживал власть. Для Ближнего Востока это редкость. Он все время был этаким двуликим Янусом: одно лицо для своих братьев-арабов и совершенно другое – для европейских и американских политиков. Только поэтому он сумел выжить в сложнейших переплетах и встать на лужайке перед Белым домом рядом с президентом США.

- В своей новой книге вы рассказываете, что еще в 1994 году написали в МИД письмо об Арафате. По сути, оно было пророческим. Уже тогда, девять лет назад, вы предвидели сегодняшние события. "Следовало бы исходить из того, что Арафат как политическая фигура принадлежит прошлому. Было бы полезно, сохраняя полную лояльность по отношению к Арафату, более пристально вглядеться в его окружение и постараться наладить контакты с его возможными "наследниками", – писали вы тогда. И мы видим, что вы оказались правы. Именно это сегодня пытаются делать Соединенные Штаты. Интересно, почему Россия тогда не прислушались к вашему мнению?

- Российский МИД – очень неповоротливая структура. Им трудно перестраиваться. Поэтому на мои выводы не обратили внимания. Вот мы и плетемся в хвосте событий. Все уже давно забыли, что Россия со времен Мадридской конференции 1991 года является коспонсором мирного процесса. Россию даже перестали приглашать на ближневосточные саммиты и другие мероприятия. А ведь МИД долгие годы добивался, чтобы формат нашего присутствия на различных процедурах не уступал американскому.

Но постепенно и в МИДе происходят изменения к лучшему. Помните знаменитую фразу светлейшего князя Александра Горчакова, который 26 лет возглавлял МИД России? В циркулярной депеше, разосланной во все российские посольства, он написал: "Россия сосредотачивается". Нынешняя Россия тоже постепенно начинает сосредотачиваться. Конечно, это ни в коей мере не означает возврата к имперским замашкам.

Сегодня Москва сделала вроде бы шаг вперед и официально исповедует позицию равноудаленности. Это прекрасно, но только тогда, когда стороны, от которых ты равно удалены, равно правы. Но разве можно быть равноудаленным от террориста и его жертвы? А ведь именно об этом идет речь... И все же терроризм нас чему-то научил. Сегодня уже немного стыдно сказать, что Израиль неадекватно реагирует на теракты.

- И все же давайте вернемся к метаморфозе, которую претерпела Ваша позиция по вопросу израильско-палестинского конфликта – от Йоси Бейлина до Авигдора Либермана. В сущности, вы "правели" вместе с народом Израиля. Недаром антисемиты во все времена подозревали, что вы – еврей, потому и любите Израиль...

- А я им во все времена отвечал, что мои родители, бабушки и дедушки родом из города Шацка Рязанской губернии, а там от Рождества Христова евреев не водилось. Что касается моего "правения" – это не совсем подходящий термин. В первые два-три года посольской деятельности мне была более понятной позиция арабов. Когда речь шла об "уступках" израильтян, я думал: какие же это "уступки", если Израиль отдает только то, что он захватил в ходе войн, и что, с точки зрения международного права, ему не принадлежит. Потом я понял, что чисто юридический подход здесь не годится. По большей части кризисные ситуации вызывали сами палестинцы, которые не выполняли взятых на себя обязательств. Не стоит забывать, что вся кровавая карусель войн и террора закрутилась по вине арабов. Можно смело утверждать, что если бы арабские государства приняли решение мирового сообщества, история Ближнего Востока пошла бы иным путем. Именно арабские лидеры обрекли народы Ближнего Востока на десятилетия войн, причем первая началась буквально на следующий день после провозглашения Государства Израиль – 15 мая 1948 года.

Если бы на следующий день после появления Государства Израиль арабы провозгласили бы создание Государства Палестина, если бы у них хватило ума в 1948 году встать на путь мирного сосуществования двух государств на этой земле, то в 2002 году Арафату не пришлось бы прятаться в бункерах Рамаллы.

Но в 1948 году арабы рассчитывали на быструю победу. Конечно! Против Израиля выступили армии Египта, Сирии, Ливана, Трансиордании и Ирака. "Это будет война на истребление, – заявил тогда генеральный секретарь Лиги арабских государств Аззам Паха. – Это будет грандиозное истребление, о котором будут говорить так же, как говорят о вторжении монголов и крестовых походах". Но все получилось "с точностью до наоборот".

И вот, что еще очень важно. После войны 1948-1949 годов большая часть тех районов Палестины, которые по решению ООН должны были отойти арабам, так и осталась у арабов – эти районы захватила Иордания. Казалось бы, чего проще: король Иордании передает эту землю своим палестинским "братьям" и дело с концом. Но он не передал. Почему? По очень простой причине: воевали не за создание Государства Палестина рядом с Государством Израиль. Воевали за уничтожение Государства Израиль. Арафату не нужен был Западный берег реки Иордан, ему нужен был Восточный берег Средиземного моря. Именно по этой причине Арафат отказался принять то, что ему предлагал Барак в Кемп-Дэвиде.

- Я знаю, что вы не любите делать прогнозы и все-таки: что нас ждет в ближайшем будущем?

- Я по натуре оптимист, во всяком случае, исторический оптимист. Все будет хорошо.



Иудея.Ру

Источник: | Оцените статью: 0

Если Вы заметили грамматическую ошибку, Вы можете выделить текст с ошибкой, нажав Ctrl+Enter (одновременно Ctrl и Enter) и отправить уведомление о грамматической ошибке нам.

Информация

Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 1800 дней со дня публикации.

Ещё в разделе:
Инна Чурикова




Наш архив