Все новости

Вчера, 22:40
12-12-2017, 21:31
«    Декабрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Антисемитизм

Версия для печати

  место, которое она заслужила

С момента своего открытия в 1993 году музей Холокоста в США продолжает работу с литературным наследием Анны Франк. Казалось бы, ну что нового можно ещё рассказать об этой самой знаменитой жертве Холокоста - 15-летней девочке, чей дневник, изданный теперь в виде книги, только и будет прочтён многими, кто захочет что-нибудь узнать об убийстве шести миллионов евреев и миллионов людей других национальностей во время Второй мировой войны?

До недавнего времени музей отводил жизни и творчеству Анны весьма незначительное место в обширной экспозиции. И это казалось музею достаточным. Музею, но не его посетителям. Директор музея Сара Блумфилд сказала, что чаще всего смотрителям задавали два вопроса: где тут можно помыть руки и где экспозиция, посвящённая Анне Франк...

Так что теперь г-жа Блумфилд предоставляет посетителям то, что они и хотели увидеть: к десятилетию музея создаётся обширная экспозиция, посвящённая Анне Франк. На ней будут показаны рукописи Анны, никогда ранее в Америке не показывавшиеся, а также те, которые не демонстрировались никогда.

Эту выставку открыли Лаура Буш и Бернд Элиас, двоюродный брат и близкий друг Анны. Г-жа Блумфилд и сотрудник музея Клаус Мюллер решили на этой выставке представить Анну в непривычном для многих посетителей свете: не просто как прятавшуюся на амстердамском чердаке юную девушку, обладавшую весьма живым воображением, но как молодую женщину, решившую стать профессиональным писателем и поэтому тщательно редактировавшую свои рукописи и рассчитывавшую их опубликовать.

При этом сотрудникам музея удалось объяснить загадку, пятьдесят лет ставившую в тупик писателей, историков и журналистов: почему в двадцатом веке после массовых убийств и геноцида в Камбодже, Боснии, Руанде, Косово и Конго осталась только одна Анна Франк, только один её голос, неизменно пробивавшийся к читателям всех поколений сквозь все ужасы геноцида в этих странах?

Воспоминания выживших в условиях геноцида редко обладают живой непосредственностью. И хотя многие молодые люди, начиная от геноцида в Сараево и кончая событиями в Пном-Пене, оставили нам свои дневники и письма, ни одно из этих свидетельств с такой силой не захватывает внимание современного читателя.

Однако открывшаяся выставка даёт, пожалуй, самый ясный ответ, почему именно рукописи Анны выдержали испытание временем: Анна была очень талантливым писателем, хотя и принявшим классическую форму повествования, но тем не менее раздвинувшим границы традиционной формы с умением мастерски описать не только течение дней своей жизни в условиях жесточайшей несвободы, но и то, как она видела мир вообще и своё будущее место в мире - при том, что мир этот в то время, казалось бы, начисто её отвергал.

"Люди читают её дневники не только потому, что какая-то девушка из Голландии поверяла бумаге свои мысли, скрываясь при этом от фашистов, - рассказывает г-н Мюллер. - Есть много подобных дневников, принадлежащих этому времени, но только одна Анна Франк тщательно обрабатывала свои рукописи, максимально используя свою энергию и всё имевшееся в её распоряжении время для создания документальных произведений, едва ли не лучших в истории человечества."

В своём стремлении отдать должное творчеству этого серьёзного писателя г-н Мюллер и г-жа Блумфилд потратили многие месяцы на то, чтобы уговорить г-на Элиаса, президента Фонда Анны Франк в Базеле (Швейцария), располагающего авторским правом на публикацию рукописей Анны, а также представителей Нидерландского института военной документации в Амстердаме, хранящего оригиналы её рукописей, предоставить их в распоряжение музея. В конечном счёте им было разрешено собрать воедино в Вашингтоне все рукописи Анны, большинство из которых никогда не покидало пределы Нидерландов, а значительная часть которых никогда не демонстрировалась вообще.

"Но сначала я говорил им - нет, нет, и нет, - рассказывает г-н Элиас. - Стопроцентной гарантии сохранности чего бы то ни было не существует, поэтому я боялся отдать музею оригиналы рукописей Анны: вдруг что-нибудь из них потеряется?"

Но затем он, по его словам, изменил это мнение, потому что если все рукописи его двоюродной сестры окажутся собранными в одном месте, то это смогло бы изменить к лучшему закрепившееся к настоящему времени представление об Анне и сделать её образ более серьёзным и более близким заинтересованному читателю.

"Мы никогда не выставляли оригиналы рукописей, - продолжает г-н Элиас. - Она затронула столько много тем - от иудаизма и до эмансипации женщин... Но нынешняя выставка углубляет представление о ней и приближает его к современному читателю. И можно теперь проследить за ходом её мыслей".

Г-н Мюллеру и г-же Блумфилд удалось также договориться о предоставлении музею и показе на этой выставке заметок Анны, делавшихся ею в бухгалтерской книге, в которую она записывала полюбившиеся ей цитаты и которую назвала "Книга мудрых мыслей", а также о демонстрации трёхсот разрозненных рукописных страниц, в том числе редакций дневников Анны.

Все эти материалы и книги, которые Анна в то время изучала, характеризуют её как зрелого мыслителя и беллетриста. Они также свидетельствуют о том, что Анна редактировала свои рукописи именно для их последующей публикации после того, как услышала по радио выступление одного из членов голландского правительства в изгнании, призывавшего своих соотечественников сохранять письменные свидетельства их страданий под гнётом фашистской оккупации.

"Я заглянула в подвал банка, где хранились эти рукописи, и воскликнула: о Б-же! - рассказывает г-жа Блумфилд. - Все думают, что они хорошо знают Анну, и точно так же думала и я. Но, Г-споди, как же я ошибалась!"

Короткие очерки, сказки, приключенческие рассказы - вот жанры, которые Анна разрабатывала в своих рукописях и затем пыталась перевести в более крупную литературную форму. На выставке в США представлены переводы на английский язык выдержек из её книги "Мечтания Евы" и написанный ею очерк "Так дайте же"! - её идеалистический призыв к установлению справедливости в мире.

Ещё более интересна её "Книга мудрых мыслей", показывающая её высокую способность ценить и понимать классиков литературы и философии. В эту книгу она записывала полюбившиеся ей цитаты из Шекспира, Гёте и Голсуорси, - почти все записи по-голландски или по-немецки. Одним из её любимых изречений оказалось английское, из уайльдовского "Идеального мужа", и книга на выставке показана открытой именно на этой странице, чтобы можно было видеть выписанную Анной цитату: "Н-да; прошлым вечером было слишком много помады и не так уж много одежды; у женщин это обычно признак отчаяния".

Полное собрание рукописей Анны впервые было опубликовано в этом году. "Анна чрезвычайно удачно применила существующую беллетристическую форму автобиографии, а затем снова и снова всё переписывала, по шесть страниц дневника ежедневно, успевая при этом также читать, заниматься по учебникам и писать новые вещи, - рассказывает г-н Мюллер. - Этот её труд - не эквивалент её жизни, которая ей, увы, так и не досталась, но это то, что она поистине заслужила."

Элизабет Беккер, The New York Times
Перевод Е. Левашова для sem40


Источник: | Оцените статью: 0

Если Вы заметили грамматическую ошибку, Вы можете выделить текст с ошибкой, нажав Ctrl+Enter (одновременно Ctrl и Enter) и отправить уведомление о грамматической ошибке нам.

Информация

Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 1800 дней со дня публикации.