Все новости

Вчера, 21:31
11-12-2017, 09:03
«    Декабрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Политика

Версия для печати

  и "заградительный забор"

Сначала премьер-министр Ариэль Шарон отнесся с осторожностью к предложенной оппозицией идее создания стены безопасности, которая должна отделить израильтян от палестинских террористов-самоубийц. "Отнюдь не магическое решение", - поделился он со мной, когда "голуби мира" выдвинули план по созданию ограды вдоль незащищенных границ 1967 года и заморозке всех израильских поселений на Западном берегу, включая пригороды Иерусалима.

С тех пор идея о проволочном заборе, оснащенном сенсорами и видеокамерами, которые делают возможным контролировать вход на территорию Израиля, была усовершенствована с тем, чтобы захватить большую часть израильских поселений. Теперь стена, завершенная на одну четверть, является тем, что Шарон считает не только гарантом большей безопасности для всех израильтян, но и стимулом для палестинцев к заключению мира.

"Десятки тысяч арабов проникали в Израиль незаконно", - сказал он мне после встречи с Бушем, добавив, что они, эти арабы, участвуют в терроре, а это - "опасное развитие, которому следует положить конец".

За идеей осязаемого барьера, по мнению Шарона, действительно стоит шанс на изменение дипломатической динамики. "Стратегия Арафата - сделать террор частью политических переговоров. Когда тебе не удается получить всего, чего ты хочешь, то ты прибегаешь к террору - начинаешь интифаду. Стена безопасности по ее завершении блокирует эту стратегию. И перспектива потери этого оружия на переговорах беспокоит палестинцев", - подчеркивает Шарон.

Также стена безопасности беспокоит некоторых представителей американского госдепартамента, и президент Буш на время принял палестинскую точку зрения, называя новую реалию словом wall (в противовес израильскому fence), которое напоминает евреям о стенах гетто, а американцам - рейгановский призыв снести Берлинскую стену (tear down this wall!). Впрочем, Буш уже вернулся к слову fence, и на долгожданной пресс-конференции он вообще отказался от критики в ее адрес.

И это не лишено смысла. Как отмечает на страницах издания The Baltimore Sun Роберт Сэтлофф, самый перспективный из ближневосточных аналитиков, "поставив на продвижение израильско-палестинского мира престиж своего президентства, Буш не может оказаться на неверной стороне инициативы, которая может действительно дать шанс на мир".

Шарон не считает защитную стену границей, устанавливаемой в одностороннем порядке. "Это и не политическая граница, и не защитная граница в строгом смысле этого слова. На окончательное решение о том, будет ли находиться то или иное место в наших руках, тот факт, что там проходит защитная стена, никакого влияния не окажет", - заявил он. Успокоив и поселенцев, и в некоторой степени палестинцев, лидер-ветеран добавил: "Но должно быть понятно, что к границам 1967 года мы не вернемся".

Шарон отметил, что 80% израильтян "влюблены" в защитную стену и примерно такое же количество граждан Израиля "не доверяет палестинцам". (Я подозреваю, что сам Шарон тоже находится среди этого большинства, также как и я)

А что с новым премьер-министром Махмудом Аббасом (друзья кличут его Абу Мазеном) - выполняет ли он свои обещания?

"Абу Мазен понимает, что Израиль нельзя разрушить террором. Он верит в то, что все проблемы можно решить путем переговоров, - говорит Шарон, и это хорошо. - Но он еще не принял решения о разоружении и уничтожении террористических организаций. И его усилия подрывает Арафат". А вот это - уже не очень.

Как поддержать Абу Мазена? Мы освобождаем заключенных и выдаем 30 тысяч разрешений на работу (в Израиле). Нужно поддержать экономические проекты Абу Мазена, считает израильский премьер-министр.

А как быть с главой службы безопасности Мохаммедом Дахланом, который медлит с арестами и не пытается помешать производству сотен ракет в секторе Газы? По словам Шарона, "он не хочет опозорить себя", что, очевидно, следует читать так: у Дахлана есть политические амбиции, которые не дают ему проявлять жесткость в борьбе с террором.

Какова самая большая опасность, которая грозит Израилю после свержения Саддама? "Ливия пытается получить ядерный материал, но самую большую опасность представляет собой Иран со своими баллистическими ракетами с дальностью полета 1300 км, - ответил премьер-министр. - Недавно я говорил с Путиным. Русские понимают, что Иран стремится к обладанию ядерным оружием, и он (Путин) предпримет некоторые шаги, чтобы быть более осторожным".

Означает ли свержение Саддама неизбежность изменений по всему Ближнему Востоку? Шарон тщательно взвешивает слова: "США не всегда будут находиться по соседству с нами. Израиль останется там, где он есть, а вот ни одной арабской демократической страны я до сих пор не видел. Но перемены есть, есть потенциал для дальнейших изменений. Несмотря на всю критику в свой адрес, президент Буш - решительный человек. Он создал на Ближнем Востоке такую возможность, какую не создавал до этого никто".



Уильям Сэфайер, The New York Times
Перевод Ирины Ревякиной, Sem40.Ru

Источник: | Оцените статью: 0

Если Вы заметили грамматическую ошибку, Вы можете выделить текст с ошибкой, нажав Ctrl+Enter (одновременно Ctrl и Enter) и отправить уведомление о грамматической ошибке нам.

Информация

Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 1800 дней со дня публикации.