Все новости



























































































































































































































































География посетителей

sem40 statistic
«    Ноябрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 

Билл Клинтон: от Осло до Кэмп-Дэвида

В своей 957-страничной автобиографии "Моя жизнь" Билл Клинтон говорит о целом ряде разных вопросов. Вот несколько отрывков из этой книги.

Об антисемитизме в Нью-Йорке:

"Я жил в небольшом южном городке с двумя синагогами и изрядным количеством антисемитов, которые величали евреев не иначе, как "христоубийцами". Меня удивило, однако, что и в Нью-Йорке антисемитизм цветет и пахнет. Я думал, что монополией на расизм и антисемитизм обладает только Юг, но я ошибался".

Клинтон рассказывает, как он призывал израильского премьер-министра Ицхака Рабина и президента Палестинской автономии Ясира Арафата посетить в сентябре 1993 года Белый Дом и подписать там Декларацию принципов, стоявших за Норвежскими мирными соглашениями.

"Я очень хотел, чтобы Рабин и Арафат приехали, и активно их к этому призывал. Если бы они не встретились, то никто в регионе не поверил бы, что они полностью преданны воплощению в жизнь заявленных принципов. А если бы они пришли, то миллиард людей по всему миру увидел бы их по телевизору. Они бы вышли из Белого Дома еще более преданными делу мира, чем они в него вошли".

Арафат, однако, упорно не хотел расставаться со своим револьвером.

"Я не согласился и попросил передать ему, что с пистолетом никак нельзя. Ведь он едет сюда заключать мир. А револьвер произведет на людей полностью противоположное впечатление. Да и, в конце концов, кто будет его здесь обижать?"

Клинтон хотел заставить Арафата и Рабина пожать друг другу руки. Рабину не хотелось этого делать.

"Я сказал Ицхаку, что если он действительно предан делу мира, то ему придется пожать Арафату руку, чтобы доказать свои намерения".

Чуть ниже Клинтон пишет: "Позже у Рабина и Арафата сложились прекрасные рабочие отношения. Они стали следствием уважения Арафата к Рабину и необычайной способности израильского лидера понимать ход мыслей Арафата".

Клинтон узнает об убийстве Рабина:

"К тому времени, как его убили, я успел полюбить его, как очень немногих мужчин в своей жизни. В глубине души, наверное, я всегда знал, что он подвергает свою жизнь опасности. Но я не мог представить его погибшим. И я не знал, что я буду делать с Ближним Востоком без него и что я смогу с ним сделать".

Клинтон рассказывает о своем решении сказать на похоронах Рабина: "Шалом, хавер", что в переводе с иврита означает: "Прощай, друг". С тех пор фраза получила в Израиле широкую известность.

"В моей команде был ряд еврейских сотрудников, которые говорили на иврите и знали о моих чувствах к Рабину. Я по сей день благодарен им за то, что они подсказали мне эту фразу. Позже Шимон Перес сказал мне, что хавер - это больше, чем просто дружба. Это товарищество душ, объединенных и общим делом. Вскоре "Шалом, хавер" стало появляться на щитах и плакатах во всем Израиле".

Клинтон вспоминает свою историческую речь, произнесенную им в декабре 1998 года перед Палестинским национальным советом в Газе:

"Перед тем, как я встал, чтобы произнести свою речь, почти все делегаты подняли руки в знак поддержки предложения убрать из их устава статью, призывающую к уничтожению Израиля. Ради одного этого мне стоило туда приехать. Я почти что слышал, как весь Израиль вздохнул с облегчением. Похоже, думал я, израильтяне и палестинцы смогут наконец разделить землю, а значит, по большому счету, и будущее".

На встрече в верхах в Кэмп-Дэвиде в июле 2000 года:

"Это привело меня в отчаяние; это было по-настоящему грустно. Между сторонами было мало разногласий по вопросу об управлении Иерусалимом. Проблема была в том, под чьей юрисдикцией он будет находиться".

Между тем, усилия по достижению мира той осенью были продолжены. Тем временем президентский срок Клинтона стремительно подходил к концу.

"Предполагалось, что Палестине достанутся мусульманский и христианский кварталы, а Израилю - два остальных. Арафат же требовал себе еще и часть армянского квартала, так как там находились христианские церкви. Я не мог поверить, что он говорит со мной об этом.

Временами казалось, что Арафат смешался, запутался, что он не вполне владеет фактами. Какое-то время я думал, что он уже не входит в число ключевых игроков. Ведь он столько лет менял место ночевки, чтобы избежать пули убийцы, столько часов провел на самолетах, столько дней - в напряженных переговорах... Наверно, он просто не мог сделать последний шаг от революционера-подпольщика к государственному деятелю.

Арафат не говорил "нет". Он лишь не смог заставить себя сказать "да". Но гордыня приводит к краху".

Незадолго до своего ухода из Белого Дома у Клинтона состоялся с Арафатом телефонный разговор:

"Арафат поблагодарил меня за все мои усилия и начал рассказывать мне о том, какой я великий человек.

- Г-н председатель, - ответил я. - Я не великий человек. Я неудачник. И сделали меня им именно вы.

Я предупредил Арафата, что он своими руками выбирает Шарона и что в урагане, который за этим последует, повинен будет только он.

А около года спустя после моего ухода из Белого Дома Арафат сказал, что он готов вести переговоры на основе тех условий, которые я в свое время ему представил. По всей видимости, Арафат решил, что пришло наконец время действовать, что сейчас без пяти минут полночь. Но его часы уже давным-давно поломались".

О мирных переговорах между Израилем и Сирией:

"До того, как его убили, Ицхак Рабин пообещал мне уйти с Голан и вернуться к границам 4 июня 1967 года, если требования Израиля будут выполнены. Это обещание было дано мне при условии, что я буду держать его "у себя в кармане" до тех пор, пока его можно будет представить Сирии в контексте окончательного решения".

На мирных переговорах в Шефердстауне, Западная Вирджиния, в январе 2000 года премьер-министр Эхуд Барак заявил о своей выжидательной стратегии:

"Барак давно уже не участвовал в активной политической жизни, и я подумал, что ему дали очень плохой совет".

О своем решении не предоставлять амнистию Джонатану Полларду, аналитику военно-морской разведки, американскому еврею, осужденному за шпионаж в пользу Израиля:

"Несмотря на всё то сочувствие, который вызвал Поллард в Израиле, в Америке к нему относились гораздо хуже. Он продал секреты нашей страны за деньги, а не раскрыл их по убеждению. За все годы он не проявил ни малейших признаков раскаяния".

Кроме того, директор ЦРУ Джордж Тенет категорически возражал против освобождения Полларда, угрожая уйти в отставку, если тот будет помилован:

"Я и сам-то не хотел этого делать, а заявления Тенета и вовсе закрыли это вопрос".

Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху требовал освободить Полларда в обмен на уступки Израиля на переговорах с палестинцами на плантации Уай-Ривер в 1998 году. Клинтону пришлось убеждать Нетаньяху согласиться на эту сделку даже в том случае, если Поллард не будет освобожден:

"Я сказал Нетаньяху, что я серьезно изучу этот вопрос и попробую проработать его с Тенетом и с сотрудниками, занимающимися национальной безопасностью. Но самому же Нетаньяху будет лучше, если он все-таки подпишет соглашение о безопасности, на которое он сможет рассчитывать, чем если мы освободим его Полларда".



Мэтью Э. Бергер, JTA
Перевод Вадима Черновецкого, Sem40.Ru

  • 28-06-2004, 09:18
  • Просмотров: 414
  • Комментариев: 0
  • Рейтинг статьи:
    • 0
     (голосов: 0)

Информация

Комментировать новости на сайте возможно только в течении 180 дней со дня публикации.



    Друзья сайта SEM40
    наши доноры

  • Моше Немировский Россия (Второй раз)
  • Mikhail Reyfman США (Третий раз)
  • Efim Mokov Германия
  • Mikhail German США
  • ILYA TULCHINSKY США
  • Valeriy Braziler Германия (Второй раз)

смотреть полный список