Все новости

Вчера, 21:31
11-12-2017, 09:03
«    Декабрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Интервью

Версия для печати

 Пятилетка культурной дипломатии

Дан Орьян –советник по культуре Посольства Государства Израиль в РФ. Раньше эта должность называлась атташе. Заканчивается 5-летний дипломатический срок его пребывания в этой должности, и мне было интересно пообщаться со столь известным деятелем, "подвести черту" его пребывания в России.

Господин Орьян приехал в Москву с женой и сыновьями, третий сын родился в Москве, как сын дипломата он является гражданином Израиля. Но при этом имеет российское свидетельство о рождении. Сыновьям 8 лет, 5 и 1,5 года. Небольшой пример нашей хваленой бюрократии – за два месяца пришлось посетить ЗАГС шесть раз для предоставления различных бумаг, и только тогда малышу выдали свидетельство о рождении. Жена Дана по профессии адвокат.
Приведу короткие сведения, почерпнутые из Интернета: в 1991 году окончил русско-славянское отделение гуманитарного факультета Еврейского университета в Иерусалиме. Несмотря на отсутствие корней в России, очень захотел выучить русский язык, заинтересовался происходившим в то время в бывшем Советской Союзе, что и стало предметом серьезного изучения в университете.
Окончив гуманитарный факультет, стажировался в дипломатической академии МИДа в Москве. Он был первым израильтянином, учившимся в дипакадемии в 1994 году, это был совсем другой мир, другая Москва. Через 10 лет Дан приехал сюда работать, но впечатление, оставшееся от жизни в то время, описывает как "мрачное давление".
Для того чтобы написать магистерскую диссертацию на тему "Воссоединение Германии. Взгляд из России", Дан Орьян консультировался с германистами – специалистами по Германии из двадцати известных московских институтов. Они высказывали свое видение проблемы, свои мысли по этому вопросу, по поводу цены, которой стоило воссоединение. Это были очень интересные встречи, и везде к молодому ученому тепло относились.
Сейчас он работает над докторской диссертацией в Иерусалимском университете под названием "Федерализм в России". Дан считает, что для израильтян российский момент очень важен, он особый. Начиная с книг, которые стоят у родителей – они не знают русский язык, но вся русская классика давно переведена на иврит.

– Дан, кто ваши родители?

– Мой отец – адвокат, мама – педагог, возглавляет высшее учебное заведение повышения квалификации для специалистов в области педагогики. Еще она возглавляет институт, где учатся молодые ребята, которые будут аппаратными сотрудниками в области образования, лидирующими в проектах.

– По результатам социологических исследований 20% израильтян знают русский язык, говорят на нем, читают.

– Наши связи в России в том, что касается ассоциативного момента, намного больше, чем число в процентах говорящих по-русски, думающих по-русски и мечтающих по-русски. В Израиле много того, что привезли отсюда, и оно укоренилось. Начиная с таких плохих вещей типа бюрократии, которая очень прочно вошла в нашу жизнь. Но самое главное, что в Израиле есть и множество хороших явлений.

– Вы сюда приехали на стажировку в 1994 году, здесь, а в 1999 уже приехали сюда работать как атташе. Какие вы видите глобальные изменения как положительные, так и отрицательные, происшедшие за время вашей деятельности?

– В области культуры серьезно заметно, что на сегодняшний день есть огромные деньги на мероприятия, чего не было 6-7 лет назад, множество рекламы, может быть, даже больше чем надо – и иногда ставят щиты там, где я бы, если был москвичом, не стал бы, например, большие экраны в центре города.

– Наверное, это как в Нью-Йорке, мы стремимся к Нью-Йорку.

– В Нью-Йорке нет такого старого красивого центра, может быть, он возникнет там через несколько сотен лет, но в Москве есть неоценимые места, они важные и хорошие.

Часто реклама портит городской пейзаж. Я совсем не против рекламы, в Израиле тоже ее много, но я думаю, можно найти способы, чтобы ограничить ее в центре города.

Должен заметить, что сегодня в России появилось множество разных европейских и американских трендов. Это очень хорошо, когда есть большие компании, дающие огромные деньги как спонсоры на культуру, а не только на собственную рекламу.

– Можно сказать, что в России заметен интерес со стороны иностранных компаний?

– Это, безусловно, очень хороший рынок, который все увеличивается. Самые большие израильские компании здесь работают. Например, представлены обе крупные израильские компании, работающие в области хай-тек – "Амдокс" и "Конверс". Полгода назад в рамках московской выставки в области сетей и связи была представлена 21 израильская компания. Это как пример. В крупном российском государственном проекте "Телемедицина", направленном на компьютеризацию медицины, будет представлено много израильских компаний. Связи стали намного теснее в разных областях. Есть здесь компании, продающие еду, израильские отопительные системы, телефонные и другие – всех не перечесть.

– А в сфере культуры какие вы видите изменения за эти 5 лет, в том числе с вашей помощью что произошло?

– Можно констатировать, что большие изменения видны последние 2-3 года. У нас получилось привезти люда несколько очень сильных израильских моментов, которые дают мостик к дальнейшему сотрудничеству. Здесь были театры "Габима" и "Гешер", хорошие израильские джазовые и классические музыканты, филармонический оркестр Израиля под руководством Зубина Меты был здесь 2 раза.

Гастролировали разные балетные труппы – современный танцевальный коллектив "Кибуцит", имевший огромный успех, побывал здесь два раза, в том числе в конце прошлого года в рамках балетного фестиваля "Гранд Па" артисты исполняли современные танцы, их показывал "Первый канал", про них писал "Коммерсант". В ноябре при поддержке Министерства культуры планируется выступление ансамбля современного танца из города Беэр-Шевы "Бат-Шева", они покажут шоу-балет "Анафаза". В рамках этого большого проекта в зале "Россия" состоится два спектакля. Ведутся переговоры по поводу гастролей "Бат-Шевы" в Санкт-Петербурге и Екатеринбурге.

3 августа открылся вернисаж, это большая совместная выставка фотографии, побывавшая уже в Санкт-Петербурге, "Фотомост Санкт-Петербург – Израиль". И это еще одно направление – пробовать делать совместные проекты, где израильтяне и россияне вместе показывают свое творчество. Шесть фотохудожников из Израиля были в Питере, снимали, после этого питерские фотохудожники были в Израиле. В Израиле этот вернисаж был с 10 июля, а теперь 3 августа будет в Московском доме фотографии.

Еще два года назад мы делали совместные концерты – израильскую и русскую неделю джаза. Если Пташка из Израиля, значит, Гаранян из России. И посольство всегда поддерживает такие диалоги. В Москве выпускается альманах "Диалог", редактор которого Рада Полищук, – там печатаются израильские и русско-еврейские авторы. Это сотрудничество, где рядом стоят израильские и русские материалы. Это самый хороший мост, который нужно строить – если люди вместе творят, я снимаю ваш город, вы – мой, и мы покажем это вместе – и у нас, и у вас в городе. Или вы играете у нас в городе, я – у вас, и мы вместе сделаем концерт. Именно в этом наша политика.

– Дан, вы советник по культуре, но тема докторской диссертации, которую вы сейчас пишете, совсем не касается такой сферы как культура. Насколько я поняла, вы – политик, ваши профессиональные интересы – политика.

– Начнем с того, что я с этим не согласен – я не политик, тема моей диссертации – политический вопрос, но сам я не политик, я дипломат.

– А чем отличается дипломат от политика? По-моему, это через дефис.

– Как в России, я не знаю, но у нас в Израиле политик – это человек партии, который имеет желание стать премьером, министром культуры, образования и др. Я дипломат – это значит официальные кадры министерства, сегодня я здесь, через 2-3 года, может быть, окажусь в Риме или Лондоне или в другом месте представительства Израиля. Но что касается диссертации, в ней я пишу по поводу внутренних дел России. Меня очень интересует, как устанавливается здесь федерализм.

– Федерализм – это политическое устройство в России?

– Можно сказать так, но не только. Самый важный момент – где будет сила – в центре или на периферии, и процессы, которые происходят. Сегодня это так, два года назад было немного по-другому, а шесть лет назад совсем по-другому. Так что меня интересует процесс – где баланс сегодня.

– И где баланс?

– Это вопрос, который нужно ставать не мне. Я занимаюсь исследованиями по этому поводу. На сегодняшний день я дипломат.

– Вы 5 лет в России, исследуете жизнь России, и, несмотря на то, что вы атташе по культуре, пишете докторскую диссертацию на тему федерализма в России.

– Моя должность мне очень помогает. Приведу два примера. Мы поехали в Казань по поводу культурной работы, показали израильские фильмы, я использовал эту возможность, чтобы пообщаться с людьми, понять, какие они видят изменения в области связи между центром и периферией. Мы стоим и поднимаем тосты с важными людьми после фильма, и они рассказывают свое мнение по этому поводу.

Конечно, можно сидеть в Иерусалимском университете и писать по поводу строительства федерализма здесь. Можно читать очень много материала. Но когда видишь своими глазами, беседуешь с людьми, это дает другие импульсы.

Я бывал неоднократно в Новосибирске, Екатеринбурге, Питере, видел, что там происходит, и это мне дает уже чувства, которые невозможно прочитать в книгах. Можно многое уяснить, даже общаясь с шофером, который вас возит. Для понимания ситуации это были очень ценные годы и важные моменты. Это как базис, а после этого можно найти необходимый материал в книгах – какие именно связи между центром и периферией сегодня.

– Я все равно считаю, что в России традиционно центр всегда был самым сильным. Периферии отдавалось немного власти, но глобального перемещения власти в сторону периферии никогда не будет.

– Скажем так, в российское имперское время – без сомнения, в Советском Союзе – без сомнения, но произошли большие изменения, когда строили новый федерализм в 1991 и дальше, потому что как сказал в то время Ельцин: возьмите суверенитета столько, сколько вы сможете. Речь шла о том, что каждый регион, каждый губернатор, каждый президент мог взять власти, сколько он сможет. Был очень долгий процесс подписания договоров регионов, многие из которых почти самостоятельно развивались, с центром -начиная с февраля 1994, когда подписали первый договор с Казанью, и дальше до 1998 года, когда подписали последний договор с Москвой по поводу разделения полномочий между центром и периферией. Эти договора подписаны не со всеми регионами. После этого наступил кризис, очень изменивший ситуацию.

– Вот может быть, в том числе из-за подписания договоров кризис-то и возник, потому что все в России должно быть централизованно.

– Я так не думаю, были и другие факторы. Вначале думали, что после кризиса будут даже какие-то независимости регионов, потому что центр не мог помочь в сложных ситуациях, но не получилось. Очень часто мы видим какой-то феномен, очень серьезный, а понять, что будет дальше, нам очень трудно. И это тот случай, потому что на сегодняшний день заметен возврат к более централизованной системе. Но это может в будущем измениться. Был, к примеру, в 1992 году важный этап дискуссий по поводу выбора текста Конституции. Были большие споры, сидели Шахрай с командой и долго обсуждали – может быть, немецкий вариант использовать. Была созвана ассамблея, занимавшаяся этой проблемой. В конце концов, в Конституцию в декабре 1993 вошел специфический текст. После этого все регионы должны были свои конституции привести в порядок. Во многих регионах есть свои конституции, очень часто не совпадающие с главной конституцией, поэтому представители президента занимаются тем, чтобы согласовать на местах их исправления. И уже многое исправлено. Так что вот вам еще одно доказательство: кто сегодня главный – центр или периферия, и где именно силы.

– Тогда нельзя сказать, кто главнее. Тем более что Россия – огромная страна.

– Никогда нельзя сказать. Но можно видеть тенденции.

– Дан, в России существуют Культурные центры Посольства Государства Израиль. Насколько я знаю по московскому ИКЦ, они выполняют определенные функции – там библиотеки, фонотеки, есть молодежные отделы и некое расписание мероприятий. За все время существования работа культурного центра в Москве не изменялась. Может, мне так кажется?

– С момента возникновения более 10 лет назад эти центры имели определенное направление. В то время это были места, специально устроенные для знакомства людей с Израилем, занимавшиеся вопросами алии. Тогда это было важно, так как не было других мест, не было возможности попасть в Ленинскую библиотеку...

– Или в Сохнут на семинар...

– На сегодняшний день мы не делаем там больших мероприятий. Важно, чтобы израильская культура получила правильное место. А это большие мероприятия типа "Гешер", "Габима". Но есть мысли сделать принципиально другой, большой и серьезный центр. Мы пришли к выводу, что старая система, хорошая для конца прошлого века, сейчас не годится. Нужно развивать израильскую культуру, и это должно быть совмещено с российскими главными фестивалями и мероприятиями.

– Вы рассказываете про крупные мероприятия, которые интересуют хорошо развитую интеллигенцию Москвы. А мероприятия, которые проводятся в Москве, проводились ли в других городах?

– Да. Были Дни Израиля в Иваново, Ижевске. В прошлом году большая неделя израильского кино, которая была в Москве, также проводилась в Питере. В июне этого года в Екатеринбурге была неделя израильского кино. До этого "Дети мира рисуют Библию" открылась в Питере и в Москве. Мы пробовали то, что хорошо получается в Москве, отправлять в Питер и дальше. Но в России есть два места, где заметно, что вы что-то глобальное сделали, – это на 80% Москва и далее Питер.

– Москва – это столица. Опять возвращаемся к федерализму.

– Именно, и очень важный экономический фактор: 80% всех расходов России идет через Москву, что имеет значение не только для культуры.

– То есть здесь все централизованно.

– Очень. И это чувствуется, и по этим причинам все мероприятия делаются там, где резонанс, где самые релевантные для нас связи – администрация Президента, министры, высокий уровень.

– А как в Израиле?

– Израиль – это маленькая страна, конечно, есть 2-3 города, где сосредоточена культура, но есть и особые программы, делающиеся по всей стране.

– Но я думаю, что в отличие от Москвы и России, если какая-то труппа сделала спектакль и показала его в Израиле, быстро настает момент, что показывать больше негде, надо ехать за границу.

– Это проблема сравнительно небольшого количество публики, так же как существует проблема книги на иврите – максимум 10 миллионов читают на иврите в мире. Так что если вы пишете книгу на иврите, ваших читателей будет гораздо меньше.

– Как вам видится в глобальном смысле – две страны: Россия и Израиль – в обеих странах многое с годами меняется. Все, что происходит в вашей деятельности, это результат того, что что-то происходит в Израиле?

– Да, множество вещей, которые мы делаем здесь, связаны специфически с мероприятиями Израиля. Например, "Смычок Эйлон" – "Кешет Эйлон" – это большой фестиваль, в Израиле проводятся скрипичные мастер-классы. На фоне мероприятий в Израиле 4 мая мы сделали в Москве большой концерт учителей и учеников, в котором участвовал Грач – известный скрипач из Израиля. После чего в Израиль поехали учиться талантливые молодые ребята. Только что вернулся с фестиваля в Израиле известный русский пианист Николай Петров. До этого он пригласил в Москву молодого израильского пианиста Эпштейна, который играл на концерте "Кремль музыкальный". Так что связи постоянно развиваются, и мне будет трудно отсюда уезжать.

– 5 лет – огромный кусок вашей жизни.

– Без сомнения. И не просто кусок, а очень динамичный, много мероприятий, знакомств, людей, которых люблю и уважаю, это кусок, который останется в памяти. Для меня это была очень важная школа. Люди из разных сфер деятельности многим мне помогли, и я хочу поблагодарить всех за содействие. Вообще работа здесь в области культуры была чрезвычайно многогранна.

– Ваша деятельность как советника по культуре очень заметна. На всех более-менее крупных мероприятиях при участии посольства, или мероприятиях, просто касающихся израильской культуры, я вас всегда вижу. Такое впечатление, что вы знаете всех, нет человека в любой области искусства, с кем бы вы не были лично знакомы. Вы помните по имени многих людей, всегда при встрече улыбаетесь.

– Спасибо, это немного больше, чем есть, но эти 5 лет здесь я очень интенсивно работаю.

– А русский язык сложный?

– По сравнению с другими языками очень.



Беседовала Марина Нехлин, специально для Sem40.ru

Источник: | Оцените статью: 0

Если Вы заметили грамматическую ошибку, Вы можете выделить текст с ошибкой, нажав Ctrl+Enter (одновременно Ctrl и Enter) и отправить уведомление о грамматической ошибке нам.

Информация

Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 1800 дней со дня публикации.

Ещё в разделе:
Инна Чурикова