Все новости



























































































































































































































































География посетителей

sem40 statistic
«    Август 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 

:"Клинтон поставил знак морального равенства между Израилем и ПА"

Рокко Ди Пиппо: Я беседую с Дэвидом Ш. Кристалом, автором книги "Клинтон против Израиля: как Госдепартамент Клинтона разжигал антиизраильскую предубежденность в СМИ", в которой главная ответственность за сильную необъективность в отношении Израиля, существующую в сегодняшних СМИ, возлагается на администрацию бывшего президента США Билла Клинтона.

Ди Пиппо: Господин Кристал, вы написали книгу, в которой говорится, что основная ответственность за антиизраильскую предубежденность, которая существует в большинстве новостных СМИ, лежит на администрации Клинтона. Что заставило вас заинтересоваться этой темой и исследовать ее?

Кристал: Я уже многие годы сионист и демократический активист – начиная со старших классов школы и колледжа. В 1998 году я был в Вашингтоне и принимал участие в вашингтонской программе Penn Semester. Я заметил, что администрация Клинтона ставит знак морального равенства между Израилем и Организацией освобождения Палестины.

Ди Пиппо: Вы могли бы привести некоторые примеры?

Кристал: Конечно. Например, мы все знаем, что ООП нарушала Ословские договоренности, по которым от ООП требовалось конфисковать незаконное оружие, уничтожить боевиков и террористические организации и делать все, что в ее силах, чтобы бороться с терроризмом и в пределах своих границ, и против того терроризма, который проистекает с ее территорий и совершается в Израиле. Кроме того, он нее требовалось делать все, что возможно, чтобы защищать израильских граждан. С 1994 года ООП нарушала эти постановления бесчисленное количество раз, что привело к серии терактов-самоубийств против израильтян, а также к распространению джихадистской пропаганды. Кроме того, "Моссад" имеет записи, свидетельствующие, что Арафат лично секретно спланировал, по крайней мере, один теракт-самоубийство вместе с представителями ХАМАСа в 1994-1995 годах, хотя в 1993 году он подписал Декларацию принципов, связанную с Ословскими договоренностями. Но вместо того, чтобы осудить эти действия ООП, как должна была бы сделать администрация Клинтона, как должен был бы поступить любой беспристрастный посредник, эти действия были приписаны так называемым "врагам мира". В действительности, этими "врагами мира" были сам Арафат и ООП, однако администрация Клинтона так этого и не признала. Вместо этого она поддерживала фантазию о том, что Арафат был "человеком мира", в то время как любой объективный человек или институт видел, что он таковым не был.

С другой стороны, когда Израиль реализовывал свое право на нанесение ответного удара после нарушений Ословских договоренностей палестинской администрацией, Госдепартамент Клинтона подвергал Израиль критике за то, что тот предпринимает шаги, которые являются либо вовсе неприемлемыми, либо не содействуют мирному процессу. Так что действительные нарушения Ословских договоренностей со стороны ООП редко подвергались критике, однако предполагаемые нарушения Израиля и соответствующие ответы Израиля на действительные палестинские нарушения клеймились как наступление на Ословские договоренности. Пытаясь казаться беспристрастным, Госдепартамент Клинтона пошел на такую тактику: критиковать Израиль так же, как и ПА. Это поставило фальшивый знак морального равенства между Израилем и палестинской администрацией. Когда против Израиля совершался акт терроризма, клинтоновский Госдепартамент заявлял, что его совершили так называемые "враги мира", в то время как фактически он совершался самой палестинской администрацией.

Ди Пиппо: Ваше утверждение, похоже, показывает, что хотя Госдепартамент Клинтона знал, что у ПА нет намерения следовать мирному процессу, он, тем не менее, предпочел делать вид, что Израиль нарушает мирные договоренности так же, как и ПА. Каким образом это могло внести позитивный вклад в процесс подписания осуществимого мирного договора между двумя сторонами?

Кристал: Да никак. Это был нелогичный подход и посему он был обречен на провал. Он также иллюстрировал коренные противоречия между демократами и республиканцами. Демократы верят в равенство последствий. Республиканцы верят в равенство возможностей. В данном случае перед нами была ситуация, в которой две стороны не были равными, однако политическая корректность Клинтона заставила его считать их равными: равно заблуждающимися и равно правыми, равно виновными и равно невинными. Ни один либеральный демократ не признает, что некоторые страны лучше, чем другие, и что некоторые культуры лучше, чем другие. Белый дом Клинтона довел это понятие до крайности в своих действиях в отношении Израиля и палестинской администрации.

Ди Пиппо: По моему мнению, вести переговоры о мире с Ясиром Арафатом – это дело, обреченное на провал. Как вы думаете, во время мирного процесса Клинтон искренне верил в то, что он может стать посредником мира между Арафатом и Израилем, мира, который будет длиться, покуда Арафат остается у власти? И второй вопрос: почему люди Клинтона не задумывались о том, чтобы отодвинуть Арафата в сторону и вести переговоры с людьми, не принадлежащими к ООП?

Кристал: По тем же причинам, по которым сейчас это не удается Бушу. Арафат убьет любого, кто попытается занять такое положение. Величайшая ирония ситуации в 1990-х была в том, что клинтониты объясняли свое тактичное отношение к ООП верой в утверждение Арафата, что его позиция политически слаба, и поэтому он не может обуздать терроризм, который чинит его народ. Это была невероятная ложь, так как известно – и тогда было известно – что Арафат правит этим шоу и контролирует все деньги, гуманитарную помощь и прочее, что отправляется для содействия палестинцам. Мало что происходит без его одобрения. Буш принял подход "подождем и посмотрим", ставя на возможность того, что после смерти Арафата его власть унаследует более умеренная фигура. Надеюсь, что кто бы это ни был, он будет достаточно разумен, чтобы понимать, что, чтобы жить в мире, ему придется признать право евреев жить в Израиле. Только если такой человек придет на смену Арафату, появится серьезный шанс на установление мира в регионе.

Ди Пиппо: В 2000-2001 годах Арафат покинул переговоры в Кэмп-Дэвиде и Табе после того, как ему предлагали практически все, чего он хотел для своего народа. Главной загвоздкой был его отказ признать право Израиля на существование. По вашему мнению, готов ли сейчас он уступить по этому вопросу?

Кристал: Категорически нет. Дело в том, что все, что нужно сделать, это вернуться к 1974 году, когда Арафат и его приспешники сформулировали долгосрочный план полного уничтожения Израиля. Они знали, что, в конце концов, значительная часть израильского населения устанет от того, что их любимых калечат и убивают, и что Израиль в итоге дойдет до точки, когда эмоции победят логику. Тогда израильтяне будут готовы пойти на ключевые уступки палестинцам. На первом этапе, по плану ООП, предполагался захват как можно большего количества земли путем переговоров. Второй этап предполагал создание армии и достижение государственности. На третьем этапе замышлялась аккумуляция политический власти среди других арабских государств и их объединение для того, чтобы загнать Израиль в море, так сказать. Клинтон и многие израильтяне, к их стыду, предпочли игнорировать существование этого плана и вели переговоры так, как будто его никогда не существовало. Ословские договоренности, на мой взгляд, были частично попыткой реализовать первый этап плана ООП, а также попыткой Клинтона получить Нобелевскую премию мира. Это невероятно, что такую премию дали Арафату - это стало величайшим позором в истории премии.

Ди Пиппо: Вы говорите, что Ословские договоренности на самом деле были попыткой уничтожить Израиль?

Кристал: Именно так. Даже в то время в арабской прессе писали, что переговоры на самом деле – это часть плана по уничтожению Израиля. И ООП сама признавала это на арабском языке. Мне трудно поверить в то, что в то время никто в Госдепартаменте Клинтона не читал по-арабски! Скорее всего, они знали, что происходит, но решили игнорировать это. Они пытались представить Израиль и ООП как морально равные стороны. Именно эта динамика посеяла семена дипломатического провала, который привел к нынешнему кровопролитию между двумя сторонами.

Ди Пиппо: Судя по вашей книге, за антиизраильскую предубежденность, которая существует сегодня в прессе, главную ответственность несет Госдепартамент Клинтона. Что в США и в международных СМИ позволило процветать этой необъективности и получить такое распространение? В чем ее коренные причины?

Кристал: Моя главная мысль такова: клинтоновский Госдепартамент несет ответственность за разжигание и укрепление новой модели и формы антиизраильской предубежденности, которая превалирует в СМИ по сей день. Большая, хотя и не вся, часть этой предубежденности связана с этой новой парадигмой. В своем вопросе вы спрашивается об антиизраильской предубежденности в целом, а не конкретно о том, что стало последствиями подхода Госдепартамента при Клинтоне к Ословским договоренностям. Поэтому ответить на ваш вопрос крайне сложно, и ответ зависит от конкретного СМИ, о котором идет речь, однако я попробую дать вам широкий ответ.

Изначально антиизраильская предубежденность была продуктом правого лагеря. В первые два десятилетия своего существования, к добру или к худу, Израиль считали социалистическим государством со всеми его киббуцами, профсоюзами и социальной медициной. Антикоммунистические газеты вместе с ежедневными антисемитскими газетами изображали Израиль в плохом свете. Однако эти газеты, за исключением, пожалуй что The New York Times, не входили в основное число широко читаемых американских газет. Антиизраильская предубежденность оставалась где-то с краю до тех пор, пока не превратилась в продукт левого лагеря. Это изменение произошло в начале 1970-х и достигло своего пика во время интифады 1987-1992 годов. Причин, по которым это произошло, две: во-первых, Израиль становился все более капиталистическим и технологически современным и как таковой потерял симпатии и поддержку социалистических друзей в Европе. Во-вторых, арабы проделали удивительную работу по переделыванию себя в "палестинцев", и теперь их считали "угнетаемыми побежденными" в противовес "победителю-угнетателю", хотя на самом деле последние – это арабская империя, которая превосходит Израиль по количеству оружия, танков, самолетов, ракет и солдат, включая и тех, что есть в ПА. Большинство СМИ, особенно левые, любят угнетаемых и поддерживают их, независимо от того, насколько жестокими, порочными и преступными эти угнетаемые могут быть. Даже хотя средства массовой информации были склонны поддерживать позицию ООП еще до Ословских договоренностей, они все равно уважали Израиль как государство и все равно сочувствовали еврейским жертвам арабского терроризма. Это все изменилось при Клинтоне.

Ди Пиппо: Господин Кристал, Клинтон что, был больше озабочен своим наследием, чем выживанием Израиля?

Кристал: Это интересный вопрос. Некоторые люди видят заголовок моей книги и приходят к неверному выводу о том, что я утверждаю, что Клинтон был антисемитом. Он не был антисемитом. Клинтон вообще не был против кого-то, он был просто проклинтоновским. Иными словами, он готов был на все, что принесло бы ему Нобелевскую премию мира, независимо от того, сколько еврейских детей разорвет на кусочки в автобусах и пиццериях. Клинтон хотел, чтобы договоренности были подписаны ради укрепления своего наследия. Если его мотивы были бы искренними, он называл бы Арафата тем, кто он есть: пожизненным террористом. Вместо этого Клинтон притворялся, что Арафат никак не связан с взрывами автобусов и другими террористическими актами, которые совершались, пока велись переговоры, приписывая их отдельным группировкам, которые находятся вне контроля Арафата, и заявляя, что эти акты терроризма совершают так называемые "враги мира". Все это было чушью. К сожалению, эта игра стоила Израилю многих жизней.

Ди Пиппо: Коли уж мы заговорили о жизни израильтян, я хочу спросить вас, что вы думаете о барьере безопасности, который еще называют "стеной"?

Кристал: На самом деле, лишь 5 процентов барьера являются стеной в прямом смысле этого слова, остальное – это забор. Он не должен вызывать никаких противоречий, так как он спасает жизни. Однако ведутся разумные дебаты о том, следует ли изменить секции этого барьера между Иерусалимом, Иудеей и Самарией, чтобы не создавать препятствий передвигающимся между некоторыми арабскими поселками. Это мелкая деталь, которую можно устранить. Однако, в целом, осуждать "стену", как это сделали Организация объединенных наций и Франция – это значит отрицать право Израиля на существование, так как ясно, что эта "стена" мешает террористам калечить и убивать израильтян. Я уверен, вы заметили, как резко сократилось количество успешных терактов-самоубийств после того, как была возведена эта "стена". И, поверьте, это не из-за того, что террористы производят меньше попыток. Когда так называемые справедливо мыслящие европейские интеллектуалы называют "стену" расизмом и апартеидом, на самом деле они говорят, что у евреев нет таких же прав на жизнь, как у всех остальных.

Ди Пиппо: Какова участь мирного процесса? Все попытки установить мир в регионе, предпринимавшиеся на протяжении 50-ти лет, провалились. Что нужно для того, чтобы между израильтянами и палестинцами наступил мир?

Кристал: Между Израилем и палестинцами никогда не будет мира в обычном понимании этого слова. Лучшее, чего можно ожидать, это "холодного мира", такого какой существует между Египтом и Израилем. Однако я сомневаюсь, что его удастся достичь в этом поколении, так как палестинских арабов с детских лет зомбируют и учат ненавидеть евреев, ненавидеть Израиль и ненавидеть Запад. Единственное, что может избавить их от саморазрушительной ненависти, это противоположное зомбирование, которое может появиться в лучшем случае через несколько поколений. Вот и появляется логичная задача разработки и успешной реализации такого плана.

Ди Пиппо: Учитывая интенсивность антиизраильского и антизападного зомбирования и уровень ненависти в регионе, как, на ваш взгляд, это может сработать? Реальность такова, что Израиль имеет дело с врагом, который обвязывает бомбами своих детей и празднует их смерть и тех невинных, кого они унесли за собой в могилу. Следует ли ожидать воцарения продолжительного мира в любой его форме?

Кристал: Лет, скажем, через 100 это возможно. Хотя палестинская администрация упивается страданиями своего народа и хотя палестинцев учат относиться к своим страданиям как к чести, есть предел тому, сколько они смогут продолжать терпеть, и в итоге они поймут, что Израиль будет существовать независимо от их действий, так как Израиль победит в любом вооруженном конфликте. Я полагаю, более сильные ответные удары на палестинские преступления приблизит этот день. И чем быстрее палестинские арабы осознают, что они никогда не уничтожат Израиль, тем быстрее удастся достичь "холодного мира".

Главная причина, по которой израильтяне боятся палестинских террористов, это случайный характер этих атак. С другой стороны, Израиль отвечает на них методично и действует в местном порядке. Иными словами, в действиях израильтян нет ничего случайного, так что большинство палестинцев их не боятся. В основном, палестинские арабы знают, что их атакуют только в качестве прямого ответа на взрывы и другие акты терроризма, которые они совершают. Израильские евреи же живут в страхе постоянно, так как палестинские террористы атакуют наобум и сознательно выбирают мишенями невинных.

Кроме того, обратите внимание на сдержанность, с которой Израиль действует во время ответных ударов, охотясь только за совершившими теракт и теми, кто напрямую поддерживает акты терроризма. К сожалению, это правда, что иногда под перекрестный огонь попадают невинные, так как террористы уже давно прячутся среди простого населения.

Можно с уверенностью сказать, что если бы американские вооруженные силы уловили бы запах "Аль-Кайеды" или "Талибана" на митинге в Афганистане, они атаковали бы все мероприятие. Однако Израиль стоит в сторонке, когда палестинцы собираются на улицах, чтобы поддержать ХАМАС - вместо того, чтобы атаковать всех собравшихся и убить всех участников.

Ди Пиппо: Существует много различий между тем, как в отношении израильско-палестинского конфликта действовали администрация Буша и Клинтона. В чем самая большая разница?

Кристал: В моральной чистоте. У Буша она есть, у Клинтона не было. Буш понимает, что между террористом ХАМАСа и террористом "Аль-Кайеды" нет разницы. Он признает, что борьба Израиля с его врагами – это еще один фронт все той же "войны с террором". Клинтону и его Госдепартаменту это было чуждо. Вместо этого он внес вклад в создание левого мифа о том, что самооборонительные действия Израиля и терроризм палестинских арабов морально равны. До сего дня эти настроения исповедуют большинство основных СМИ. У Буша нет таких иллюзий. Клинтон заботился о Клинтоне. Как я говорил ранее, его главной заботой было его наследие, так что, по сути, мир, которого он пытался достичь через Ословские договоренности, был нереален. Так как, по моему мнению, он просто охотился за трофеями, то для него был приемлем мир любой ценой.

Главным намерением Буша является распространение свободы и ценностей толерантности и сотрудничества среди людей независимо от того, в какую политическую цену это ему обойдется. И он непоколебим в этом подходе. Клинтон был политическим оппортунистом, настоящим "политическим животным" и нарциссом. Самая большая разница между Бушем и Клинтоном может быть проиллюстрирована их отношением к Арафату. Клинтон называл его политическим деятелем, "человеком мира". Буш называет его террористом и отказывается пожимать ему руку. Буш твердо верит в концепцию моральных абсолютов, в то время как Клинтон – релятивист. В конце 1990-х Клинтон произнес речь в Джорджтауне, в которой заявил, что правда по сути относительна. Это во многом объясняет, как он руководил Ословским мирным процессом и всей своей администрацией.

Ди Пиппо: Итак, мы имеем классическое сравнение между действиями релятивиста и действиями морального абсолютиста?

Кристал: Именно так.

Ди Пиппо: (смеется). К сожалению, наше время подошло к концу. Мне было приятно брать у вас интервью, господин Кристал. Я надеюсь, что в будущем мы сможем обсудить с вами другие темы. Я бы хотел поговорить с вами о том, почему американские евреи до сих пор голосуют за демократов!

Кристал: С большим удовольствием. Мне понравилось интервью, и я надеюсь встретиться с вами снова.

Дэвид Шалом Кристал – выпускник Университета Пенсильвании, где он изучал философию, политологию и экономику. Кристал много лет действует в политической сфере, в том числе состоя в Сионистской организации Америки. О нем писали The Jerusalem Post, The Forward и the Jewish Exponent.



Рокко Ди Пиппо, FrontPageMagazine.com
Перевод Ирины Ревякиной

  • 19-10-2004, 20:05
  • Просмотров: 384
  • Комментариев: 0
  • Рейтинг статьи:
    • 0
     (голосов: 0)

Информация

Комментировать новости на сайте возможно только в течении 180 дней со дня публикации.



    Друзья сайта SEM40
    наши доноры

  • 26 июня  Моше Немировский Россия (Второй раз)
  • 3 января Mikhail Reyfman США (Третий раз)
  • 26 декабря  Efim Mokov Германия
  • 25 ноября   Mikhail German США
  • 10 ноября   ILYA TULCHINSKY США
  • 8 ноября Valeriy Braziler Германия (Второй раз)

смотреть полный список