Все новости





































































































































22.09.2017 14:49
Ёлкин и евреи


















21.09.2017 18:02
ИШАЙЯ ГИССЕР




































































































География посетителей

sem40 statistic
«    Сентябрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 

: "В детстве меня не долюбили"

Она называет слово «самосовершенствование» чудовищным и заменяет его понятием «интерес», в котором милое сердцу «хочу» превалирует над обременительным «надо». Поэтому она свободно парит в пространстве, занимаясь лишь тем, что нравится, будь то игра в кино или театре, ведение телепрограммы, написание сценария или антрепренерство.

– Амалия, в детстве, мечтая о будущей профессии, посещали ли вы всевозможные драмкружки и танцклассы?

– Ни в коем случае. Ведь все драматические детские студии — коллективы самодеятельные. Когда на афишах пишут: «Выступает профессиональный детский театр», — это профанация. Кроме того, ребята в подобных труппах, как правило, очень заштампованы. А я против такого подхода. Дети должны гулять на улице, дышать свежим воздухом, нормально учиться в школе и получать тот объем знаний о мире, который им положен по программе. Возможны и дополнительные занятия. Я, например, любила читать книги, такие, как «Занимательная биология» или «Занимательный счет».

– То есть личность должна естественным образом созревать и наполняться…

– Разумеется. Театр — это колоссальная отдача, настоящий физиологический кайф, и малышам не следует находиться в такой атмосфере. Взрослые, специально стимулирующие у детей болезненную потребность выставляться, — преступники.

– А как вы относитесь к специализированным музыкальным школам и хореографическим училищам?

– Совсем другое дело профессиональные заведения. Но если мы говорим об актерстве, то здесь данные знания и навыки, конечно, полезны, но вовсе не обязательны. Так, половина моих однокурсников не знали, с какой стороны подходить к роялю, однако им это абсолютно не мешало играть на сцене. Есть великолепные артисты, не обладающие ни прекрасным слухом и замечательным голосом, ни хореографическими способностями.

– Вы довольно неплохо танцуете, а существуют какие-то навыки, которых вам, возможно, не хватает?

– Я окончила музыкальную школу по классу фортепиано, но иногда очень хочется взять да заиграть на скрипке или, допустим, на флейте. Еще, наверное, акробатического таланта мне не достает, более профессионального владения танцем и вокалом. С последним особенно тяжело, потому что я заядлая курильщица уже 12 лет.

– Вы поступили в Щуку с первого раза. Почему выбрали именно этот вуз?

– Потому что в ГИТИСе Петр Наумович Фоменко собрал свой курс за год до меня, а всю остальную актерскую школу в этом институте я считала слабоватой. Во ВГИКе она вообще отсутствует, так что Шукинское училище было выбрано целенаправленно. Училась я на курсе Аллы Александровны Казанской. Хочу сказать, что если у гуру есть своя определенная функция в жизни, то благодаря стараниям моего педагога я не ушла из училища. А сбежать хотелось каждые две недели…

– Почему?

– Возникло ощущение, что это не совсем моя специальность, не совсем мой мир… Мне тогда было всего 17 лет: я только что выпорхнула из семейного гнезда, и образ жизни окружающих меня в общежитии людей порой пугал… Но со временем все нормализовалось — появились люди, которые, как говорится, поставили меня на крыло, помогли обрести большую уверенность в своих силах, в основном это были мужчины-педагоги: Ширвиндт, Этуш и другие.

– Сам процесс обучения нравился?

– Да. Помню показательный момент: как-то встретилась со своими бывшими одноклассниками, которые пожаловались, что у каждого из них есть свой жутко нелюбимый предмет в институте, будь то сопромат или что-нибудь еще, и они прямо-таки заставляют себя ходить на ненавистные занятия. Я задумалась, какие лекции мне не хочется посещать, и открыла для себя, что таких, к счастью, нет.

– Где-то читала, что в профессию вас привлекло стремление от души повеселиться…

– Это действительно так. Еще мне было интересно, что такое творческий конкурс при поступлении в театральный институт, прослушивание и так далее. Я приехала попробовать и, если бы провалилась, не восприняла бы эту новость трагически, а пошла бы учиться, допустим, на дефектолога — недаром же я так четко выговариваю все слова.

– Хорошими актерами, по-вашему, рождаются или становятся?

– И то и другое. Прежде всего, у человека обязательно должны быть некие способности, а также желание смешить и развлекать публику. По крайней мере, меня именно эта страсть привела в профессию. Уже в школе я заметила: когда дурачусь, мои спектакли проходят на ура и все очень веселятся. А мне было приятно, что люди хохочут.

– Что для вас определяет актерский успех?

– Бесспорно, две самые главные его составляющие — популярность и высокооплачиваемость, и, конечно, нельзя забывать о внутренней востребованности, важно не думать о том, как сделать карьеру, потому что она достижима в конкретной профессии, а актерство таковой не является — это коллективная психотерапия.

– Вы родом из Вологды, и своим примером подтверждаете известный тезис о том, что люди из глубинки всегда добиваются большего, нежели столичные жители. Вы согласны с этим?

– Мне кажется, в наш век не создают новых культурных ценностей, а штампуют старые. Ведь никто не проводил статистических исследований на данную тему — сколько москвичей и провинциалов добиваются успеха ежедневно, — соответственно, не стоит голословно что-то констатировать. Возможно, подобное мнение существует потому, что человек так физиологически устроен: когда ему хорошо и удобно, он не рвется покорять вершины, и в этом смысле у людей с периферии больше запала и мотиваций, только и всего.

– Вы снимались у Питера Гринуэя. Скажите, от вас требовали знания языка?

– Нет, это не являлось обязательным условием, с нами работали замечательные переводчики. Правда, я знаю немного разговорный английский. Конечно, в идеале хотелось бы владеть сразу несколькими иностранными языками. К сожалению, пока нехватка времени не дает возможности их выучить. Но уже в детстве я к этому стремилась — над моим столом висел список наиболее запомнившихся мне афоризмов, в котором была и такая фраза: «Сколько человек знает языков, столько раз он человек». По-моему, очень правильное высказывание. Язык ведь не только средство общения, но и некий звуковой ряд, характеризующий менталитет, нравы и психологию нации, и, несомненно, самый лучший вариант, когда ребенка буквально с пеленок обучают языкам. Все-таки раньше не зря в дома приглашали бонн-француженок и немок-гувернанток: дети вырастали в условиях многоязычия.

– Сейчас многие известные актеры ведут программы на телевидении — вы не исключение. С какими сложностями пришлось столкнуться в этой сфере?

– Когда меня пригласили стать ведущей программы «Открытый проект», я не задавалась целью стать журналистом в кадре. Я оставалась актрисой, которая сначала озвучивала вопросы, приготовленные ей редакторами, но вскоре научилась находить собственный интерес в любой теме. Первое время было нелегко, потому что не все деятели культуры и искусства привыкли рассказывать друг другу подробно, чем они занимаются. Я тоже не могу, встретившись с коллегой, немедленно завести беседу о своих взглядах на жизнь — для меня это выглядит странно. А тут надо спрашивать и проявлять живейшее участие. Труднее всего было не надевать маску какого-то журналистского образа, а идти от себя.

- Какие новые фильмы с вашим участием можно увидеть?

– «Слова и музыка» Ивана Ивановича Соловова и «Рецепт колдуньи» Татьяны Воронецкой.

– Собственным примером вы демонстрируете, что, являясь мамой двоих детей, можно параллельно осваивать смежные с актерством профессии. Стало известно, что вы еще и сценарии пишете…

– Совершенно верно. По моей пьесе был поставлен спектакль «Самая, самая, самая…». Лариса Исаева дала мне посмотреть книгу, по которой она планировала написать телевизионный сценарий. Я прочитала произведение и представила Ларисе модель того, как это вижу. Ей понравилось, и она предложила мне создать уже развернутый синопсис.

– Надо понимать, теперь вы часами сидите за компьютером?

– Ничего подобного! Мысли у меня рождаются только в движении — я хожу по комнате, наговариваю текст и потом все переношу на бумагу.

– Как вам творчество драматурга?

– Очень интересно изначально создавать свой особый мир.

– О написании автобиографии не задумывались?

– Этого не будет никогда. В прошлом году поступило предложение издать книгу «Итоги 30 лет», и я вроде бы начала писать, но вскоре стало так скучно…

– Второе образование, допустим, экономическое, не планируете пока получать?

– Размышляю над этим. Может быть, позже. Главное — правильно распределить себя.

– Что любите почитать на досуге?

– Так как занимаюсь профессией крайне абстрактной, то притягивают меня, наоборот, точные науки. В свободное время мне нравится читать, например, медицинскую литературу — о наших психофизических особенностях. Именно благодаря этим изданиям я поняла, что в детстве меня скорее всего недолюбили, потому и захотела забраться повыше, чтобы обратить на себя внимание многих.



Е.Грибкова, Обучение & карьера

  • 20-05-2005, 12:06
  • Просмотров: 381
  • Комментариев: 0
  • Рейтинг статьи:
    • 0
     (голосов: 0)

Информация

Комментировать новости на сайте возможно только в течении 180 дней со дня публикации.

Ещё в разделе:
Инна Чурикова




    Друзья сайта SEM40
    наши доноры

  • 26 июня  Моше Немировский Россия (Второй раз)
  • 3 января Mikhail Reyfman США (Третий раз)
  • 26 декабря  Efim Mokov Германия
  • 25 ноября   Mikhail German США
  • 10 ноября   ILYA TULCHINSKY США
  • 8 ноября Valeriy Braziler Германия (Второй раз)

смотреть полный список