Все новости



























































































































































































































































География посетителей

sem40 statistic
«    Август 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 

Испытание старой дружбы

Еще до выборов в Америке в нежную дружбу между Израилем и Соединенными Штатами вкралась некоторая настороженность. Летняя война в Ливане вызвала у Вашингтона сомнения в компетентности премьер-министра Эхуда Ольмерта. В Иерусалиме возникло беспокойство по поводу американского отношения к Ирану и палестинцам.

В теории Израиль и США имеют одинаковые представления о будущем современного Ближнего Востока, в котором процветающий Израиль будет признан своими соседями. Однако израильтяне не приемлют стремления президента Буша достичь перемен в регионе путем развития арабской демократии. Они считают его попытки наивными и контрпродуктивными, потому что их результатом становится усиление власти исламистов и их ставленников в Иране.

Хотя Израиль благодарен за свержение Саддама Хусейна, официальные лица здесь уже давно сосредоточили свое внимание на том, что вызывает у них гораздо более серьезное беспокойство, а именно, на предотвращении появления у Ирана ядерного оружия. Они говорят, что американская политика привела к усилению в Ираке военизированных отрядов, поддерживаемых Ираном, и поэтому она вступила в противоречие с интересами Израиля.

Это беспокойство служит подтекстом визита Ольмерта в Белый дом. А теперь еще и победа демократов создала дополнительные проблемы для администрации: ее твердая линия в отношении исламского терроризма и Ирана, которая принесла Израилю успокоение, теперь может смениться приспособленчеством и компромиссами. Президент Буш выбрал в качестве своего следующего министра обороны Роберта Гейтса, который в прошлом крайне критически относился к отказу администрации вступать в диалог с Ираном.

Поражение партии Буша, "возможно, самого дружественно настроенного по отношению к нам президента из всех, с кем мы когда-либо имели дело, создает неопределенность в отношении способности администрации проводить свою линию в области дипломатии и обеспечения безопасности", считает бывший посол Израиля в Вашингтоне Залман Шовал.

И в дни войны, и в дни мира большинство израильтян признаются, что у них есть только один верный союзник в мире – США. Эти чрезвычайно близкие отношения, особенно усилились после 11 сентября, когда началась кампания по борьбе с терроризмом.

Однако ядерный Иран стал кошмарным видением Израиля, несмотря на то, что у него у самого есть средства ядерного сдерживания. Иран призвал к уничтожению Израиля, проигнорировал ООН, продолжая обогащать уран, и только что объявил об обладании новой ракетой повышенной дальности.

"Многие израильтяне чувствуют, что свободный мир во главе с Соединенными Штатами стоял перед подобной угрозой в Европе в 1930-е годы, когда наблюдал за тем, как вооружается нацистская Германия, – говорит старший сотрудник парламентского комитета по иностранным делам и обороне Ювал Штейниц. – Никто не мог предсказать глобальную катастрофу, которая произошла 10 лет спустя. С Ираном история может повториться".

Буш заявляет, что его иранская позиция неизменна: он никогда не согласится на Иран с ядерным оружием. Между тем израильтян все больше беспокоит позиция Буша, поскольку в последнее время они видят тенденцию к оттягиванию конфронтации путем продолжения переговоров. Они опасаются, что из-за способности Ирана постоянно подливать масло в огонь иракских событий Буш не решается совершать дальнейшие шаги, которые могут привести к открытой конфронтации. Израильтяне озабочены тем, что американская администрация, пытающаяся создать антииранский альянс в арабском мире, потребует от них уступок по палестинской проблеме, чтобы укрепить этот альянс.

И "Хизболла" в Ливане, и ХАМАС на палестинских территориях являются вооруженными, радикальными и поддерживаемыми Ираном группировками, которые решительно нацелены на уничтожение Израиля. И та, и другая организации получили доступ к власти и легитимность благодаря выборам, проведения которых требовал Буш, а в летней войне обе они были противниками Израиля.

Ливан: воздействие войны

Напряженность усилилась в результате войны против "Хизболлы", начатой из-за захвата двух израильских солдат, и всеобщей критики действий Израиля в Ливане.

В недавнем интервью The New York Times Кондолиза Райс ответила отрицательно на вопрос о том, следовало ли администрации добиваться от Израиля прекращения атак. "Я не собиралась давать израильтянам военные советы", – сказала она, добавив, что "она искренне сочувствовала израильтянам в том, с чем им пришлось столкнуться".

Это был очередной пример вашингтонской близости к Израилю и терпения по отношению к нему.

Нежелание идти на конфронтацию взаимно, говорит Йосси Альфер, бывший переговорщик, который сейчас руководит интернет-сайтом bitterlemons.com, призывающим к израильско-палестинскому диалогу. "Я бы очень хотел, чтобы израильские лидеры сели за стол переговоров с Бушем и разобрались в душевном состоянии друг друга. Израильтяне сказали бы: "Дорогой господин президент, нас очень беспокоит то, что ваши планы приносят нам вред, что частично дерзость радикальных исламистов, с которыми мы боремся, проистекает из вашего решения дать им право голоса". Но мы не решаемся сказать это", – говорит Альфер.

Израиль, отмечает он, все более скептически относится к идее насаждения демократии среди арабских народов, у которых все организованные оппозиционные партии связаны с боевиками. С точки зрения Израиля, было бы гораздо безопаснее иметь дело с государствами пусть авторитарными, но стабильными, такими как Иордания или Египет.

"Когда Райс увидела разрушенный Бейрут и сказала, что это "родовые муки нового Ближнего Востока", я поморщился, поскольку до этого думал, что люди Буша извлекли урок из электорального успеха ХАМАСа, – говорит Альфер. – Чтобы Израиль справлялся с ситуацией, нам нужно побольше старого Ближнего Востока, а вовсе не новый Ближний Восток".

Эта обеспокоенность сохраняется, несмотря на лояльность Буша. Как показала война в Ливане, Буш неохотно накладывает на Израиль ограничения, что использовал его отец и неохотно добивается переговоров с палестинцами, как это делал Билл Клинтон.

Это нравится многим сторонникам Израиля, в том числе все более заметному откровенно произраильскому евангелистскому сообществу, которое по крайней мере один раз за время войны в Ливане посетило Белый дом, чтобы выразить поддержку беспрепятственному продолжению израильских авиаударов по "Хизболле".

Угроза ядерного Ирана

Помощники Буша говорят, что боевые действия в Ливане в июле-августе были важнее, чем кажется на первый взгляд, из-за того, что "Хизболла" связана с Ираном.

"Мы видели, что летний конфликт был чем-то большим, чем просто приграничная война между Израилем и "Хизболлой", – говорит заместитель госсекретаря по политическим вопросам Николас Бернс. – С самого начала этого конфликта было ясно, что за "Хизболлрй" стоит Иран, обеспечивающий ее финансовой поддержкой и ракетами повышенной дальности, заложником которых оказалось население Израиля. Израиль и Соединенные Штаты, а также многие арабские государства видят ту же угрозу, что и мы. Иран расширяет сферу своего влияния и, по существу, пытается дестабилизировать Ближний Восток, действуя руками своих пособников".

Но израильтяне боятся, что Буш может дрогнуть. "Наше главное опасение заключается в том, что они будут слишком долго выжидать и откладывать решительные действия, так что в конце концов будет слишком поздно и иранцы получат необходимые сведения, позволяющие им создать атомную бомбу, – сказал один высокопоставленный представитель израильских властей, который не имел права публично высказываться об итогах недавних продолжительных переговоров с высокопоставленными лицами из администрации Буша. – По-прежнему ли они решительно настроены не допустить, чтобы иранцы действительно создали свое оружие? Я думаю, да. Настроены ли они так же решительно не дать им получить все нужные им составляющие? В этом я не уверен".

Израильтяне говорят, что Вашингтон был разочарован их действиями против "Хизболлы". Они правы: внутри Белого дома, по словам одного высокопоставленного инсайдера, согласившегося говорить о внутренних дискуссиях на условиях анонимности, "Буш и Чейни считали, что это будет еще одна Шестидневная война или, в крайней случае, двухнедельная".

"Они так считали, потому что так им сказали израильтяне", – сказал источник.

Неспособность израильтян добиться результата создает для них риск, который нельзя не замечать, особенно когда встает вопрос об Иране.

"Большинство людей в Израиле недовольны нашими действиями в Ливане, – говорит бывший министр обороны, бывший министр иностранных дел и посол в Вашингтоне Моше Аренс. – Израиль, пользующийся привилегированным положением союзника США и ценного союзника в борьбе с терроризмом, теперь продемонстрировал, что он не такой уж боеспособный, а может, и не такой ценный, и даже где-то разочаровал, и это может стать тормозом для того, что сейчас происходит. Мне кажется, мы сейчас вот на таком этапе отношений, во всяком случае, на какое-то время".

Президент Тель-Авивского университета и бывший посол Израиля в США Итамар Рабинович говорит, что израильтяне, как бы они ни ценили американскую поддержку, не могут передать решение иранской проблемы Вашингтону: "Можем ли мы полагаться только на Соединенные Штаты и говорить, что мы отказываемся от нашей ответственности в этом деле и позволяем США делать все, что они хотят? Нет, ни в коем случае".

Озабоченность Израиля нашла отражение в событиях конца октября, когда Эхуд Ольмерт пригласил в свою ослабевшую коалицию крайне правую партию, в которой преобладают русские иммигранты; ее вызывающий неоднозначную реакцию лидер Авигдор Либерман стал первым вице-премьером и министром по вопросом борьбы со стратегическими угрозами, перед которым поставлена задача "выработки стратегии" по иранскому вопросу.

Ранее в октябре в Москве Ольмерт заявил, что "Израиль никогда не смирится с тем, чтобы страна вроде Ирана обладала оружием массового поражения". Он добавил: "Когда глава государства заявляет, что хочет нас уничтожить, это звучит не как пустая угроза, а как нечто такое, что мы должны быть готовы предотвратить всеми приемлемыми и доступными способами".

Расхождение в интересах?

Высшие чины Израиля знают, что у Буша много забот: ядерная Северная Корея, демократы в конгрессе, низкий рейтинг и обескровленность американских сил в Ираке. Чтобы добиться санкций против Ирана, ему нужна поддержка Европы, России и Китая, а все они очень критически относятся к политике Израиля в отношении палестинцев.

Чтобы осуществить санкции, особенно те, которые направлены на предотвращение поставок ядерных или ракетных технологий, Бушу понадобится содействие арабских соседей Ирана. Так что у Израиля есть еще одна причина для беспокойства: Буш может попытаться построить антииранскую коалицию, заставив Израиль пойти на уступки палестинцам.

В сентябре Израиль гудел как улей из-за выступления американского официального представителя, которое не получило широкого освещения в американских СМИ. Советник Кондолизы Райс Филип Зеликов обратился к сотрудникам вашингтонского Института ближневосточной политики, который, как считается, сочувствует интересам Израиля, с речью по поводу "обеспечения безопасности на всем Ближнем Востоке".

Зеликов в последних десяти пунктах своего выступления высказал предположение, что для создания коалиции, которая могла бы противостоять Ирану, США должны продвинуться в урегулировании арабо-израильского конфликта.

"Для умеренных арабских государств и для европейцев ощущение прогресса и вообще сдвига в арабо-израильском конфликте является непременным условием их активного сотрудничества с Соединенными Штатам по многим другим вопросам, которые нас волнуют", – сказал он.

Израильтяне прекрасно поняли намек: администрация Буша потребует от Израиля уступок по палестинской проблеме, чтобы укрепить коалицию против Ирана, во главе которой стоят США. Американские официальные лица поспешили заверить, что американская линия остается неизменной и что Зеликов изложил свое личное мнение.

Однако близкие отношения между Зеликовым и Райс хорошо известны, и фурор, произведенный его словами, был многократно усилен еще и потому, что они, похоже, повторяли отчасти критические заметки, опубликованные в марте в издании The London Review of Books двумя американскими учеными, Джоном Мершеймером из Чикагского университета и Стивеном Уолтом из гарвардского Института управления им. Кеннеди.

Они полагают, что и в Белом доме, и на Капитолийском холме интересы Израиля спутали с интересами Америки, что Израиль в деле обеспечения безопасности скорее представляет собой обузу, чем актив, и что "израильское лобби" в Америке, в том числе евреи-политики, оказывают слишком большое влияние на американскую внешнюю политику. В конце августа, выступая перед группой мусульман в Вашингтоне, Мершеймер пошел дальше в своих рассуждениях и заявил, что американская поддержка войны в Ливане стала очередным примером того, как интересы Израиля возобладали над американскими интерсами.

В работе доказывалось, что без израильского лобби США не решились бы на войну в Ираке, и подразумевалось, что те же самые силы могут втянуть Соединенные Штаты в еще одну военную конфронтацию на стороне Израиля, на этот раз с Ираном. Авторы призывали усилить американское давление с целью добиться разрешения палестинского вопроса, что станет лучшим средством установления стабильности в регионе.

Некоторые израильтяне беспокоятся о том, что подразумеваемое обязательство взаимной лояльности будет подорвано судебным процессом над двумя бывшими официальными представителями известной группы лоббистов, Американо-израильского общественного комитета (AIPAC), которые обвиняются в получении секретной информации об Иране и по другим вопросам от представителя военного ведомства и в передаче ее журналисту и израильскому дипломату. Процесс должен состояться в начале следующего года.

Уолт в интервью утверждал, что президент Буш-старший прилагал усилия к сдерживанию Израиля, а Клинтон работал над тем, чтобы добиться дипломатических уступок ради достижения мира. Но, когда нынешний президент занял свой пост, "они (президент и его команда) сначала не знали, что делать на Ближнем Востоке, потом заняли более сбалансированную позицию, призывая к решению, предполагающему сосуществование двух государств, и, наконец, полностью пошли на поводу у Израиля, утверждающего, что он просто борется с терроризмом".

Бывшие послы Израиля в Вашингтоне Рабинович, Аренс и Шовал дружно отвергают логику Уолта-Мершеймера, которая напоминает рассуждения о еврейском влиянии, распространенные еще во времена президента Гарри Трумэна. Однако, учитывая нарастающие в Вашингтоне разногласия по поводу Ирана, говорит Рабинович, публикация "тревожная", как и ее отзвуки в некоторых фрагментах выступления Зеликова. Аренс говорит, что события 11 сентября сделали антитеррористическую коалицию, возглавляемую президентом Бушем, "объективной реальностью" и что Израиль является одним из ключевых членов этой коалиции. В этом отношении Буш, как представляется, не столько заинтересован в сохранении репутации честного игрока, сколько в том, чтобы поддерживать Израиль как своего основного стратегического партнера в регионе.

Конфронтация с Ираном, по словам Аренса, укрепит это партнерство. "Президент сказал о том, что видит прямую и явную угрозу в обладании Ираном ядерным оружием; очевидно, что это также прямая и явная угроза для Израиля, – сказал Аренс. – Несмотря на то что мы маленькая страна, мы не маленькая сила. Когда люди говорят о возможности военного решения, о ком они говорят? На это пойдут США и, может быть, Израиль, но не США и Германия, не США и Франция".

Тем не менее он признал, что "это неизбежно приведет к тому, что люди, критикующие позицию президента, будут критиковать и Израиль, поскольку нас рассматривают как союзников в этой борьбе; мы никуда не продвинемся, если будем говорить, что Израиль ведет США за собой или что он водит США за нос".

Мир после Буша

Ни один человек в Израиле не знает, будет ли следующий американский президент так же тверд по отношению к Ирану или так же верен Израилю, как Буш. Если Буш не перейдет к действиям, говорят израильтяне, к тому моменту, как следующий президент вступит в должность в январе 2009 года, Иран уже очень далеко продвинется по пути создания бомбы, и Вашингтон может не поддержать ответную реакцию Израиля.

Бывший израильский переговорщик Гиди Гринштейн, который сейчас руководит независимым центром политических исследований – Институтом Рейта, говорит, что Израиль и США имеют общие глобальные цели применительно к Ирану, но "расходятся в понимании конкретных задач", на что и указал Зеликов.

В Вашингтоне идут серьезные дебаты по поводу Ирана, и они еще не окончены, говорит Гринштейн; он отмечает, что существуют разногласия между теми, кто доказывает, что ядерный Иран можно будет сдерживать, и теми, кто считает, что Иран не должен получить технологии, позволяющие создать бомбу, и уж тем более само это оружие.

Бывший израильский переговорщик Альфер волнуется: если Буш в конце концов пойдет на переговоры с Ираном, "нам надо быть уверенными в том, что США по ходу дела нас не продадут". "Израилю хорошо говорить, что Иран представляет проблему для всего мира, – говорит он. – Но если мир сумеет решить ее дипломатическим путем, то не за наш ли счет?"

Для представителя любой части израильского политического спектра мир выглядит иначе, чем для людей в большинстве других стран. "В отличие от Буша, израильский лидер смотрит на Иран сквозь призму Холокоста и своей ответственности за дальнейшее существование еврейской нации, – говорит Альфер. – Это может прозвучать напыщенно, но в конечном счете это многое значит для нас, поэтому может казаться, что мы делаем странные вещи".

Бывший израильский дипломат в Вашингтоне и директор Женевского института Гади Балтянский, выступающий за израильско-палестинский мир, утверждает, что Израиль тоже расплачивается за американскую политику, которая противоречит интересам Израиля.

"Дилемма состоит в том, что даже нынешний президент, искренний друг Израиля, после 11 сентября разделил мир на хороших и плохих парней. Мы, к счастью, оказались среди хороших парней, – говорит он, – а Сирия – среди плохих. Но в интересах ли это Израиля? Вести с ними переговоры может быть плохо для США, но не обязательно плохо для нас. Однако во всех случаях, идет ли речь об участии ХАМАСа в выборах или о Сирии, нам трудно сказать "нет" американцам".

Что имеет для Израиля первостепенное значение, говорят официальные лица в Иерусалиме, так это высокий уровень поддержки, которую им оказывают простые американцы, независимо от их политической или религиозной принадлежности. Несмотря на беспокойство по поводу Ливана и Ирана, несмотря на работы ученых мужей, опросы общественного мнения показывают, что американцы твердо поддерживают Израиль, и новым источником этой поддержки являются евангелисты.

Аренс как бывший министр обороны говорит о европейцах: "Они нас не любят – что мы можем с этим поделать? Конечно, нам хотелось бы, чтобы все нас любили, но по-настоящему важными для нас являются отношения с Соединенными Штатами".



С. Эрлэнгер, The New York Times Перевод на сайте Inopressa (Р)

  • 14-11-2006, 13:05
  • Просмотров: 204
  • Комментариев: 0
  • Рейтинг статьи:
    • 0
     (голосов: 0)

Информация

Комментировать новости на сайте возможно только в течении 180 дней со дня публикации.

    Друзья сайта SEM40
    наши доноры

  • 26 июня  Моше Немировский Россия (Второй раз)
  • 3 января Mikhail Reyfman США (Третий раз)
  • 26 декабря  Efim Mokov Германия
  • 25 ноября   Mikhail German США
  • 10 ноября   ILYA TULCHINSKY США
  • 8 ноября Valeriy Braziler Германия (Второй раз)

смотреть полный список