Все новости



























































































































































































































































География посетителей

sem40 statistic
«    Ноябрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 

: "Поражение в Тель-Авиве стало личной трагедией"

Этого молодого тренера уже назвали в качестве тренера новой формации. Газета «Спорт-Экспресс» назвала Леонида Слуцкого российским «Моуринью», сравнив его с легендарным португальским специалистом, который работал в лондонском «Челси».

Леонид Викторович Слуцкий родился 4 мая 1971 года в Волгограде. Завершил карьеру игрока в 19 лет из-за серьезной травмы (открытый перелом надколенника). В 1992 году закончил с отличием Волгоградский Государственный Институт Физкультуры. В 1995-ом – аспирантуру. Работает тренером с 1993 года в ФК «Олимпия» Волгоград. Среди его воспитанников Денис Колодин и Роман Адамов. 2001 – 2003 гг. – главный тренер дубля «Уралана» (Элиста). В 2003 году завоевал с «Ураланом» серебряные медали турнира дублеров. С июля 2004-го – главный тренер дубля ФК «Москва». Пришел в команду, когда та занимала 10 место, и за второй круг ему удалось привести дублеров «Москвы» к золотым медалям. С 14 июля 2005 года - главный тренер ФК «Москва». Уход Слуцкого из «Москвы» стало громом среди белого дня. Однако, через считанные дни молодого тренера пригласили работать в самарские «Крылья Советов».

- Вы назначили эту встречу на 20.00. Так поздно к нам в редакцию, пожалуй, еще никто не приходил...

- Раньше никак не получалось. Я лег в клинику в Балашихе.

- Проблемы со здоровьем?

- Нет, ничего страшного. Обычный курс для похудения. Все процедуры заканчиваются только в 6 часов вечера, еще два - добирался до редакции.

- Вы не сбежали?

- Отпросился. Врачи были недовольны, но я уверил, что причина очень серьезная.

Уйти сам никогда бы не решился

- На работу в «Москву» ходите?

- Нет, конечно. Хотя контракт по-прежнему действует, клуб продолжает платить мне зарплату. Но так как контракт у меня - как у главного тренера, я могу выполнять исключительно эти обязанности. Это распространенная практика. Тот же Оттмар Хитцфельд, не работая, продолжал получать жалованье.

- В некоторых наших клубах обязывали тренеров после отставки ходить в офис. Сидеть с 9 до 18.

- Это как раз в нашем клубе было - с Алейниковым. Меня не заставляют. Я не должен выполнять обязанности клерка.

- Контракт у вас когда закачивается?

- В конце следующего года.

- Свободного времени после отставки стало больше?

- Нет. Главное на данном этапе - определиться, что делать дальше. Пока никакой определенности нет. Понятно, что я тренер, и хотелось бы продолжить работу в этом направлении, но те варианты, которые мне предлагают сейчас...

- Не устраивают?

- Есть сомнения.

- Кто-то говорит, что вы - один из первых претендентов на должность главного тренера «Луча». Это правда?

- Пока встречи с представителями «Луча» не было. Только звонки.

- А «Терек»?

- Знаете, не хочу никого обижать, конкретизировать... Встреч действительно много. Но я пока не определился.

- Как и с вариантом в Ярославле?

- «Шинник» отпадает автоматически. В этой команде есть тренер, а я не веду переговоры с клубами, в которых место тренера занято. Неэтично.

- Какие у вас пожелания к будущим работодателям? Только премьер-лига?

- Это должен быть клуб в широком смысле этого слова: сегодня один тренер или один президент ничего не сделает. Нужно, чтобы все было выстроено и организовано. Чтобы клуб развивался или стремился развиваться. Второе - должны быть формы для самореализации, долгосрочная перспектива. Не хочу идти работать только ради того, чтобы работать.

Во всех своих командах я старался работать максимально долго. В «Олимпии» провел больше семи лет. Если бы «Уралан» не развалился, с удовольствием в нем трудился бы до сегодняшнего дня. Уйти из «Москвы» сам бы я никогда не решился, сколько бы вопросов ни было. Очень привязываюсь к месту работы. И уровень заработной платы - не принципиален.

- Деньги для вас не важны?

- Абсолютно! Главное, чтобы у руководства было желание выстраивать серьезный клуб.

- Говорят, в «Москве» у вас была совсем невысокая зарплата - чуть ли не в четыре с половиной раза меньше, чем у главного тренера «Луча»?

- Уровень оплаты тренера - косвенный показатель его квалификации...

- ...или - вопрос отношения к нему.

- Совершенно верно. На начальном этапе работы с «Москвой» я подписал контракт, который в дальнейшем руководство не считало нужным пересматривать. Подписывал его я, а не кто-то за меня. О чем тогда говорить? Я спокойно отношусь к этому. Как оценивает меня клуб - зависит не всегда от меня.

- Насколько для вас важно, чтобы новое место работы было именно в премьер-лиге?

- Очень важно. Существует какая-то планка - все-таки определенные достижения у меня накопились. По крайней мере мне абсолютно не стыдно за работу в «Москве». Опускаться на дивизион ниже - я такой вариант не рассматриваю.

На Белоуса не в обиде

- Объясните тогда, на что вы обижались при расставании с «Москвой»? - Никакой обиды нет! Это Юрий Викторович Белоус в интервью говорит, что у меня есть обида. Вопрос в том, кто что хочет увидеть. Я во всех интервью только говорю «большое спасибо». Могу еще раз сказать спасибо Белоусу, который меня назначил на эту должность, спасибо Прохорову, который давал мне возможность работать. Уже не говорю про болельщиков, футболистов и помощников... Я приобрел много друзей - на всю оставшуюся жизнь.

- Любой тренер за месяц-два до отставки чувствует, что его хотят уволить?

- Я бы сказал не так. Тренер чувствует, насколько искренне к нему отношение. А в «Москве» руководители вольны принимать решение, каким путем должен идти клуб. Они, в конце концов, отвечают за развитие. Их логика может быть какой угодно. Я работал по максимуму, как мог. Упрекнуть мне себя не в чем, хотя совершал и ошибки.

- Неужели слова Белоуса об увольнении стали для вас полной неожиданностью?

- Нет, конечно. Я прекрасно понимал, что если говорить о глобальном - у нас был разный подход. Клуб считал, что поставленные задачи не выполнены, а значит, и сезон неудачный. Я же убежден, что достижения этого года - громадный прорыв. Этим сезоном можно гордиться. Еще неизвестно, когда такое повторится. Вот в этом - наше основное разночтение.

- А вы согласны с определением генерального директора, что «Слуцкий отдал команде все, что мог, а дальше надо идти с другим тренером»?

- Если Белоус утверждает это - значит, имеет какие-то основания. Вот он в том же интервью говорит о дисциплине и «стандартах», о том, что я все время «отмазывался». Мне не за что отмазываться! Сезон крайне успешный. Это все равно что забившего гол упрекать: «Что ж ты забил так некрасиво, надо было в падении, через себя...» Если человек хочет увидеть отрицательное - увидит где угодно. А претензии Белоуса можно адресовать любой команде мира. И «МЮ» может больше забивать со «стандартов», играть зрелищнее и получать меньше карточек. Мне даже не хочется это обсуждать - просто смешно.

- Как вообще произошла ваша отставка?

- Встретились с Белоусом в ресторане, выпили по бокалу шампанского - и Юрий Викторович сообщил о решении, принятом акционерами. Он выразил мне благодарность за три с половиной года работы - я в свою очередь поблагодарил за предоставленную возможность трудиться. В общем, прекрасная беседа! С улыбками, шутками. Я еще пожелал Белоусу, чтобы, когда он в следующий раз станет расставаться с тренером (а это в футболе, увы, неизбежно), все было так же: за шампанским, со взаимными хорошими словами.

- Но душа-то разрывалась наверняка?

- Нет. Еще раз говорю: мне за свою работу не стыдно, а на решение руководства я никак повлиять не могу. Помните фильм «Игрушка»? Там владелец газеты увольняет сотрудника за влажные руки. Со стороны это выглядит непонятно, неправильно, негуманно, однако право на такое решение у владельца газеты имеется. Так же и здесь: у «Москвы» есть акционеры, которые определяют дальнейшую политику клуба, и объяснять мне причины увольнения им совершенно не обязательно. В любом случае моих мыслей, убеждений это не переменит.

- Когда шли в ресторан с Белоусом, знали, что услышите?

- Догадывался. Признаюсь: даже с каким-то облегчением воспринял его слова. Намного тяжелее было бы, если бы инициатива исходила от меня. А тут все ясно: просто наши взгляды на выполнение задач, поставленных перед сезоном, чуть разошлись.

- Правда ли, что с банкета, посвященного окончанию сезона, за вами следом ушла вся команда?

- Это так, но там не было моей инициативы. Думаю даже, если бы не я, на то мероприятие никто бы из игроков вообще не явился.

- Большое ваше тренерское достижение, не находите?

- Смотря как к этому относиться. С одной стороны, можно считать достижением, с другой - кто-то сочтет панибратством, завоеванием дешевого авторитета. И все-таки мой основной капитал - люди. Вроде без работы, а каждый день кто-то звонит - общаемся, встречаемся.

- А кто-то из коллег после отставки звонил?

- Конечно. Были звонки прогнозируемые - от близких мне людей. Кроме того, позвонил, что очень приятно, Андрей Кобелев. Выразил тренерскую солидарность. ОТНОШЕНИЕ ЛЮДЕЙ - ВАЖНЕЕ ЛЮБЫХ СЛОВ

- Вы сказали, ваш главный капитал - люди. Пришли к этому, уже работая в «Москве»?

- Так было везде. Волгоградская «Олимпия» - вообще как родная семья. Великолепные отношения у меня сохранились с ребятами из «Уралана» - Веретенниковым, Дьяконовым, Аджинджалом, Казаковым... Даже с теми, кто ушел из «Москвы» - Мовсесьяном, Белецким, Колесниченко, Ваниным, Николаевым, - продолжаю общаться. Правда, в «Москве» пришлось чуть сложнее - во-первых, из-за высокого уровня футболистов, во-вторых, из-за большого числа иностранцев. Все-таки другой менталитет. Рад, что и с ними удалось в конце концов найти общий язык.

- Кстати, как легионеры «Москвы» отнеслись к вашей отставке? Те же Бракамонте с Баррьентосом?

- Очень тепло. Они люди эмоциональные, все делают горячо. Так и здесь - до слез доходило... Если бы не футболисты, отошел бы от дел в «Москве» на неделю раньше - это они настояли, чтобы я готовил команду к заключительной игре с «Лучом». И на первой тренировке, когда все уже все знали, сказал им: не надо сочувствующих взглядов - продолжаем работать в обычном режиме. Этим вы меня гораздо сильнее поддержите. И они тренировались с таким старанием, как, наверное, никогда до этого в сезоне. Хотя было уже холодно, шел снег, занятия проходили на искусственном поле. И такое отношение - важнее каких-то особых слов.

- Давайте представим ситуацию: через полгода вам звонят из «Москвы»: «Леонид Викторович, мы ошиблись - возвращайтесь».

- Никогда не говори «никогда», но что будет через полгода - не знаю. Повторяю: никаких противостояний, конфликтов в клубе у меня ни с кем не было. Даже те вещи, которые сейчас Белоус ставит мне в упрек, мы с ним обсуждали вместе. Я считал это нормальным рабочим процессом и был максимально открыт к разговору. И действительно, иногда обращался за помощью, в том числе по поводу мельчайших проблем с дисциплиной, но лишь для усиления воспитательного эффекта, а не потому что не справлялся.

- Ожидали, что эту открытость вам в итоге поставят в упрек?

- Нет, конечно.

- Какой главный урок вынесли из этой ситуации?

- Нет никакого урока - какой я был, таким и останусь! Уверен, что и в новом клубе буду максимально открыт с руководителями. Потому что люди, которые вкладывают деньги в команду или распоряжаются доверенными им финансами, обязаны быть в курсе всего происходящего. И тренер должен не отчитываться перед ними, а разговаривать, даже учить каким-то специфическим вещам, связанным с его профессией.

- Гендиректор «Москвы» часто пытался быть тренером?

- Нет, все наши обсуждения заканчивались в кабинете.

- Выходит, неправда, что он заходил в раздевалку в перерыве матча с «Зенитом»?

- Это - единственный раз за все время. Да и то, наверное, Белоус пришел тогда лишь потому, что решение по главному тренеру уже было принято.

- Вам не кажется, что задачи «Москвы» на сезон были завышены?

- Лучше быть заложником ситуации, чем смотреть, как на шею опускается гильотина. Когда ставились эти задачи, у меня было огромное желание работать и совсем другой статус. Я не мог сказать, что требования завышены и что я к ним не готов. Мне необходимо было работать и доказывать, что я специалист и могу руководить командой. Пришлось принести себя в жертву этим высоким задачам. Но получилось так, что все они были осуществимы: только одно очко отделило нас от третьего места, мы играли в финале Кубка России. Это, кстати, единственное, что по окончании сезона меня гложет. Мы были в полушаге от медалей и Кубка, но не смогли их завоевать. Это оставило на сердце рубец. В конечном счете победа существенно не изменила бы мою судьбу, но именно ради титула работают тренер и футболисты.

- Вы утверждаете, что были бы уволены, даже если бы команда заняла третье место. Почему?

- Я не хочу анализировать ситуацию, потому что не до конца ее представляю. Думаю, есть более глубокие причины, чем положение команды в турнирной таблице. Согласитесь, четвертое место с очком отставания от ЦСКА, которое, вероятно, даст команде возможность играть в Кубке УЕФА, не та причина, из-за которой может быть уволен тренер. Значит, она в чем-то другом.

- Клубное руководство вменяет вам в вину то, что команда проиграла решающие матчи...

- Это опять же как рассматривать ситуацию. Претензия Белоуса заключается именно в этом, а я считаю, что для «Москвы» большой успех наличие в этом году такого количества решающих матчей, начиная с финала Кубка и заканчивая тем, что за четыре тура до конца чемпионата мы боролись за золото. Я сегодня посмотрел статистику за сезон: в этом году по ходу чемпионата мы ни разу не опускались ниже пятого места!

А почему проиграли? В каждом матче есть свои причины. Но проиграть на выезде «Спартаку» и «Зениту», причем в упорной борьбе, по-моему, тоже неплохой результат.

- Могли бы назвать матчи, в которых, по-вашему, «Москва» упустила третье место?

- Самый важный для нас был со «Спартаком», который сложился очень драматично: удаление Баррьентоса, неоднозначное судейство Баскакова, момент Лопеса при 1:1... Была, как минимум, равная борьба. По моментам мы даже выглядели лучше «Спартака». Если бы не проиграли - вот очко, которое было бы бронзовым. Если бы выиграли - вот дорога к финишу чемпионата.

- На «Рубин» в последнем туре уже не рассчитывали?

- Рассчитывали. Но до игры нашей сборной в Израиле у меня было твердое убеждение, что команда, которая имеет более высокую мотивацию, в 95 процентах случаев выигрывает. Часто последний тур чемпионата связывают с неспортивной деятельностью. Я с этим не согласен. Спортивную мотивацию ничем не заменить. Я это почувствовал в матче с «Зенитом». Мы настраивались на игру. Она для нас была важной, но я чувствовал по энергетике со стороны поля, что внутренняя мотивация «Зенита» выше. Желание выиграть было у питерцев на уровне подсознания. Этот фактор сыграл свою роль и в матче «Рубина» против ЦСКА.

Не исключено, что займусь самообразованием

- Несколько дней назад Гаджи Гаджиев в интервью «СЭ» сказал, что пятую часть успеха клуба дают болельщики. Может, вы недополучили очков, потому что у клуба их не так много?

- В этом году мы набрали 36 очков в домашних встречах - у нас 3 поражения и 12 побед. Это если не лучший, то один из лучших показателей чемпионата. С одной стороны, когда мало болельщиков, тяжело играть, а с другой - мы сегодня везде слышим поддержку, даже в Лужниках, где наших фанатов всего 500 человек, а у «Спартака» - 35 тысяч. Конечно, легче играть, когда ты знаешь, что болельщицкая волна в какой-то момент погонит команду вперед. Мы же всегда можем рассчитывать только на самих себя. Может, это и закаливает.

Но я очень благодарен болельщикам за то, что они так тепло со мной простились. У нас не очень «баннерные» фанаты, а тут они подготовили огромный плакат, который вывесили на трибунах. Меня это тронуло чуть ли не до слез. И тут на следующий день читаю в прессе, что Слуцкий... оплатил покупку баннера. А зачем? Купить болельщицкую любовь невозможно. Даже если бы я оплатил баннер, они бы его не повесили.

- Что для вас будет значить «Москва» в 2008 году?

- Однозначно - я буду неравнодушен к клубу. Даже сегодня, когда очень много лет прошло с тех пор, как я работал в «Олимпии» и у меня остался там всего один воспитанник, вечером всегда смотрю результаты второго дивизиона. Слежу за тем, как играет эта команда, часто захожу на их сайт. Также я следил за «Ураланом», когда он еще существовал. За «Москву» я тоже буду переживать, потому что в ней работают футболисты и тренеры, с которыми в дальнейшем хочу продолжить общение. Если я буду болеть за них, то и за команду тоже.

- Для тренера важно бороться за медали. Это особые эмоции, азарт. Не боитесь потерять в эмоциях, если возглавите команду-середняка?

- Конечно, борьба за медали особое чувство. У меня обычно к концу сезона было утомление. За месяц до конца чемпионата я уже думал об отпуске, что-то планировал. В этом году утомления не было вообще. Концентрация была настолько высока, что мысли об отпуске ни разу не посетили. Так что, во-первых, хотелось бы возглавить команду, которая будет ставить похожие с «Москвой» задачи, а во-вторых, мотивацию можно найти в любой ситуации.

- Ходят разговоры, что вы можете принять «Локомотив»...

- У меня действительно хорошие отношения с Липатовым. Но если я общаюсь с руководителем клуба, это совсем не значит, что я в этот клуб перехожу. Даже не знаю, какие планы у «Локомотива», вхожу ли я в список кандидатур, которые они рассматривают.

- А что будете делать, если никакое реальное предложение вам в итоге не поступит?

- Сейчас передо мной выбор: или взять команду, в которую приглашают, или ждать предложения от большого клуба. Понятно, что его можно не дождаться. В этом случае есть несколько предложений от солидных компаний, которые готовы вкладывать средства в мое обучение. Это стажировки, семинары, встречи с ведущими тренерами мира, изучение языка. Возможность самообразования - далеко не самый плохой вариант в моей ситуации. Поэтому не исключена вероятность того, что следующие полгода я посвящу более глубокому изучению английского языка. Глобализация футбола этого требует. У меня не раз был шанс пообщаться с топ-тренерами, но, к сожалению, мне приходилось делать это через переводчика, что во многом ущемляло беседу.

- Вы не говорите по-английски?

- Говорю на уровне школьной программы. Могу обсудить любые бытовые темы, но о тактике, о методиках, о построении микроциклов на английском мне говорить сложно. Так что есть к чему стремиться.

К тому же все сейчас бурно развивается, много всевозможных идей. Вплоть до того, чтобы посмотреть занятия по физподготовке в лучших американских лигах по футболу или баскетболу. Оттуда можно многое взять.

- Какие компании готовы вкладывать деньги в ваше обучение?

- Я разговаривал, в частности, с руководителем Национальной академии футбола Сергеем Капковым. Эта компания вообще много делает для развития футбола. Наверное, они считают, что я тоже могу им помочь.

- А помимо тренерской вам предлагают другую работу?

- Да, спортивным директором, заниматься глобальными проектами, связанными с детско-юношеским футболом, зовут и на телевидение. Но я себя на сегодняшний день вижу только в роли тренера. Все остальные варианты даже не рассматриваю.

По сравнению с Тотти Баррьентос - ангел

- Если вернуться к разговору о чемпионате России, и со «Спартаком» и с «Зенитом» вы играли на финише чемпионата. Какая из этих команд больше впечатлила?

- Судя по этим двум матчам - «Зенит». В игре с нами петербуржцы выглядели намного целостнее, и нам пришлось заметно труднее, нежели в поединке со «Спартаком».

- Кто, по-вашему, входит в тройку лучших игроков сезона?

- Зырянов, Аршавин, Иванович. Плюс я включил бы сюда Баррьентоса. Если говорить про каждого отдельно, то Зырянов - лучший игрок однозначно. Аршавин - фигура грандиозная и в клубе, и в сборной, он талантливый игрок. Не выделить Ивановича просто не могу: он провел выдающийся сезон. Да и Баррьентосу творческий потенциал футболиста не иначе как был дан свыше.

- Кстати, вы чувствовали интерес к Баррьентосу из-за границы?

- Не знаю, в клубе я занимался только тренерской деятельностью. Какие предложения кому поступали, какие суммы контрактов у футболистов - мне это даже было неинтересно.

- А по покупке, скажем, Макси Лопеса с вами советовались?

- Конечно. Просто никто не оговаривал сумму. Абсолютно все футболисты, которые были куплены, пока я был главным тренером, были оговорены, в том числе и со мной.

- Кому вы симпатизируете из тренеров?

- Как правило, симпатизируешь тем, с кем ближе знаком. Для меня большим счастьем было познакомиться с Моуринью. Кстати, произошло это знакомство не без помощи Белоуса. Какое-то время я симпатизировал португальскому специалисту. В этом году на сборах удалось тесно пообщаться с Лучано Спаллетти - и я, естественно, стал более тщательно за ним следить. Была у меня возможность пообщаться и с Авраамом Грантом.

- Что интересного почерпнули при общении со всемирно известными специалистами?

- Много чего. К примеру, Спаллетти мне рассказал, что Тотти может запросто уйти с тренировки или теоретического занятия, если ему что-то не нравится. Баррьентос по сравнению с ним - ангел. Тогда я спросил Спаллетти - где грань, которую нельзя переходить? На что тренер «Ромы» ответил: «Тотти - очень сложный футболист, но он управляемый. К нему можно подобрать ключи. Тренировку нужно планировать не только, чтобы просто выполнить какие-то задачи, а чтобы еще она была интересной для Тотти. Это, конечно, сложно. Но ради такого человека, как он, можно пожертвовать определенными вещами. А вот Кассано неадекватен в принципе. Какой ключ ни подбирай - безрезультатно! Поэтому с ним и распрощались».

Для меня важны слова Спаллетти, потому что, если ты работаешь с человеком, которого Бог наделил огромным талантом, нужно способствовать его развитию. Если же ты видишь, что контакт совсем невозможен и футболист полностью неадекватен, то это уже другой случай.

- Баррьентос никогда не казался вам неадекватным?

- Он адекватный. Просто эмоциональный, и в период игровой деятельности он так заводится, что может на короткие промежутки времени терять контроль. Между тем у нас с ним отличные взаимоотношения. Мы с ним много общались, при этом он говорил вполне разумные вещи. Да, у него за этот сезон были две красные карточки. Больше, чем у кого бы то ни было в нашей команде. Из-за этого ему пришлось пропустить несколько игр. Но в этом году он также провел 23 матча и во всех действовал очень полезно.

- Встречали игроков, к которым невозможно подобрать ключи?

- В «Москве» был один такой. Я его в дубль сослал.

- Горавски?

- Да. Он в команду постоянно нес негатив. Такой человек, что во всем видит почему-то не плюсы, а минусы. Рассказывает, например, о своей девушке. Но говорит не о том, как ее любит и какая она хорошая, а, наоборот, подчеркивает какие-то недостатки. И так во всем. Любая мелочь - да хотя бы «пробка» на дороге - была способна вывести его из себя. Реагировал неадекватно. Приезжал на тренировку и мог начать выбивать мячи за пределы поля, громко материться.

- Вы, наверное, теперь хорошо разбираетесь в польском мате?

- (Смеется.) Не только в польском. Еще и в испанском... Горавски неплохой футболист, но в какой-то момент я понял, что нам лучше расстаться.

- Что стало последней каплей?

- Матч в Нальчике. До этого всю неделю Горавски не тренировался в общей группе и изначально не готовился к выходу за основной состав. Я сказал ему, что он должен сыграть за дубль. Горавски обиделся. Заявил вдруг, что у него болит нога, и купил обратный билет в Москву.

- И улетел?

- Нет. В последний момент, видно, понял, чем для него это может обернуться, и все-таки поехал на дубль. Но после первого тайма сказал, что из-за боли в колене играть больше не может... Вполне допускаю, что тренер краковской «Вислы», за которую когда-то выступал Горавски, прочитает это интервью и скажет: «Странно, а у меня с ним были великолепные отношения». Возможно, в случившемся есть и моя вина. Просто, учитывая уровень конкуренции в команде и то, что более 70 процентов времени Горавски болел, я забросил это занятие - подбирать ключик к игроку.

Поражение сборной в Израиле - личная трагедия

- Поговорим о сборной. Если бы вы были Хиддинком...

- Не продолжайте. Всего два раза в жизни я смотрел футбол как обычный болельщик, захлестываемый эмоциями и ничего не анализирующий. Это был второй тайм московского матча с Англией и игра в Израиле. Как я жаждал победы нашей сборной! Кричал все 90 минут, переживал! Поражение в Тель-Авиве стало для меня национальной и личной трагедией. И возвращаться к нему нет ни сил, ни желания. Стоит подумать об этой игре - сразу комок к горлу подступает.

Конечно, есть очевидные вещи, о которых говорят все. Игроки функционально оказались не лучшим образом готовы, были индивидуальные ошибки, не хватило разнообразия в атакующих действиях... Это все на поверхности. А вот глубже проанализировать причины неудачи сборной мне пока не позволяет эмоциональное состояние.

- Матчи Лиги чемпионов смотрите обычно дома или в компании в спортбаре?

- Разумеется, оптимальный вариант - увидеть футбол вживую. С удовольствием хожу на «Локомотив», когда там проходят матчи Лиги чемпионов. Меня часто приглашают в ложу, откуда вся игра как на ладони. Лучшая точка для просмотра. Когда же нет возможности попасть на стадион - сажусь один дома перед телевизором. Хотя встречу Израиль - Россия, например, смотрел в спортбаре в большой компании, в том числе и с моими воспитанниками из «Олимпии».

- Какой матч с «Москвой» за все это время вам особенно дорог?

- Первый - против «Спартака». Три ночи перед ним я не спал! Помню, когда под утро меня все-таки сморило, в мозгах пульсировала одна мысль: «Ты что? Тебе доверили такую команду! У тебя матч со «Спартаком»! Как ты вообще можешь спать?! Работать надо!» Я не понимал, на какой планете оказался. К счастью, мы выиграли - и сразу стало легче.

- Сейчас можете представить такую ситуацию?

- Бывает много матчей, перед которыми от волнения мучает бессонница, это нормально. Но тогда помимо волнения был еще и страх перед неизвестностью. Я просто не знал, чего ждать. Одно дело, когда ты с трибуны наблюдаешь за матчами премьер-лиги, и совсем другое - руководить командой со скамейки запасных, быстро принимать решения.

- Когда последний раз тренер Слуцкий испытывал чувство растерянности?

- На ум приходит единственный случай. Я только начинал работать тренером. 94-й год, мне 23 года, поехали с 12-летними пацанами из «Олимпии» на один из первых турниров в Воронежскую область. В финале дошло до серии пенальти. Меня так колотило, что не мог на это смотреть. Назвал пять бьющих и ушел со стадиона. Более глупый поступок трудно было представить! Я даже не подумал о последствиях. А после того, как команды нанесли по пять ударов, была ничья. Шестого бьющего выбрали сами ребята, он промазал - и мы проиграли. Для меня это стало хорошим уроком.

- Кто из футболистов, с которыми вам довелось поработать, сегодня, как и Колодин, достоин места в сборной?

- Кузьмин, Семак. Иметь игрока с такой харизмой и лидерскими качествами, как у Семака, вообще подспорье для любого тренера. Адамов мог бы привлекаться хотя бы в расширенный список кандидатов.

- Под занавес - пару вопросов о личном. Сколько килограммов вам удалось сбросить за последний год?

- Около 15-17. Но это пришлось в основном на период времени до чемпионата. Когда у тебя игры на носу, то очень сложно выполнять все советы диетолога. Порой даже, не съев сладкого, бывает, очень сложно думается.

- Вы говорили об отпуске. Когда планируете его осуществить?

- Его может и не оказаться. Если сейчас я возьмусь работать в новом клубе, то ни о каком отдыхе речи идти не будет. Придется сразу вникать в рабочий процесс, ехать на сборы и прочее. Но если этого не произойдет, то за декабрь отдохну и с января начну заниматься делами.

- А что такое отдых для Леонида Слуцкого?

- Я проведу время дома в Волгограде, обязательно пообщаюсь с друзьями, больше уделю внимания семье - ничего особенного. Прыжки с парашютом или поход в Гималаи не планирую.



Спорт-Экспресс (З)

  • 6-12-2007, 23:08
  • Просмотров: 1482
  • Комментариев: 1
  • Рейтинг статьи:
    • 0
     (голосов: 0)

Информация

Комментировать новости на сайте возможно только в течении 180 дней со дня публикации.

Ещё в разделе:
Новости | Олимпиада




    Друзья сайта SEM40
    наши доноры

  • Моше Немировский Россия (Второй раз)
  • Mikhail Reyfman США (Третий раз)
  • Efim Mokov Германия
  • Mikhail German США
  • ILYA TULCHINSKY США
  • Valeriy Braziler Германия (Второй раз)

смотреть полный список