Все новости



























































































































































































































































География посетителей

sem40 statistic
«    Август 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 

Он лечил вождей

Только что избранная премьер-министром Израиля Голда Меир спросила своего личного врача, завотделением больницы "Бейлинсон" д-ра Йосефа Розенфельда: "Ну, доктор, что будет со мной? Я смогу справиться с министрами и со всеми хитрецами вокруг - со своим отвратным здоровьем, со своим раком?"... Она погасила одну сигарету и тут же прикурила новую. - "Дорогая моя, - ответил он, - все зависит от вас самой. Вы можете преодолеть свой недуг. То, что вы больны, для вас не новость. Вы занимали ответственные должности и до этого. Я не вижу причин для серьезного беспокойства".

Эти слова подействовали на Голду успокаивающе... "Доктор, - сказала она, - дайте мне слово, что если вы обнаружите у меня признаки начинающейся болезни Альцгеймера, проблемы с памятью или нарушение функций речи, то немедленно сообщите мне об этом. Я не могу надеяться на льстецов, которых вижу вокруг себя".

И он пообещал ей быть предельно откровенным. Несмотря на серьезные проблемы со здоровьем, Голда Меир выполняла свои обязанности в здравом уме, - говорит профессор Розенфельд. Однако, исходя из опыта прошлых лет, он считает ничем не оправданным нахождение у власти людей в преклонном возрасте со слабым здоровьем. Сегодня, говорит он, такой подход - свидетельство безответственности общества.

Выходец из Болгарии, врач и ученый профессор Розенфельд проработал в больнице "Бейлинсон" свыше 40 лет. Он терапевт, кардиолог и нефролог одновременно. На работу в "Бейлинсон" он поступил в 1952 году, после окончания медицинской школы при Иерусалимском университете. Это был первый выпуск школы, и диплом об окончании ему вручал сам Давид Бен-Гурион. Розенфельд открыл первую в стране клинику для лечения больных, страдающих нарушением кровяного давления, реанимационное отделение и т.д., благодаря чему стал известен во всем мире. В 1991 году он был удостоен почетной премии Американской ассоциации врачей терапевтов.

- Врачи и медсестры называли наше отделение чуть ли не государственным. Здесь лечились руководители страны, профсоюзные деятели, директоры больничных касс, - рассказывает профессор.

Розенфельд стал личным врачом Голды Меир и президента Залмана Шазара, он знал их истории болезни буквально наизусть. В экстренных случаях его вызывали к ним на дом или приглашали в гостиничный номер в любое время дня и ночи.

Профессор никогда прежде не давал интервью о своих знаменитых пациентах и их болезнях и считал, что все тайны унесет с собой в могилу. Но несколько лет назад он изменил свою позицию, и во многом на это решение повлияла ситуация, сложившаяся в стране в результате болезни Ариэля Шарона.

То, что сильная духом Голда Меир была человеком далеко не богатырского здоровья, а если точнее, очень больной женщиной, хорошо известно. Но лишь очень узкий круг лиц знал о том, что в целом букете заболеваний премьер-министра Израиля есть и рак крови. Она болела им в течение 12 лет, почти весь период своего премьерства, до самой смерти в 1978 году. Помимо этого она страдала сердечной недостаточностью, желчекаменной болезнью, хроническим бронхитом (результат злоупотребления курением), проблемами опорно-двигательного аппарата и т.д. Много лет она вынуждена была прибегать к химиотерапии как к испытанному средству борьбы с раком крови.

- Речь идет не о лейкемии, - поясняет Розенфельд. - Это была та хроническая форма рака, с которой можно бороться, жить долгие годы. Одна из ремиссий пришлась на время вступления Голды в должность премьер-министра в 1969 году. Болезнь вернулась спустя два года.

Во время Войны Судного дня Голда Меир смогла ее преодолеть. А после войны недуг вернулся вновь.

- В периоды обострения болезни она принимала химиотерапию примерно один-два раза в неделю. Чтобы все осталось в тайне, она приезжала по ночам, после полуночи, когда все больные в отделении уже спали. Мы быстро вводили ее в 318-ю, "медсестерскую", комнату, которая находилась в конце коридора. Сестры готовили Голду, я осматривал ее вместе с онкологом и после этого начинался сеанс химиотерапии - до рассвета. У нее было время прийти в себя после процедуры, и часов в шесть, до подъема больных, мы уже выводили ее из отделения.

- Как она чувствовала себя наутро после процедуры? Могла работать?

- Немного отдыхала, а потом, насколько мне известно, приступала к работе. Иногда она сетовала, что трудно высиживать на заседаниях правительства. Некоторые препараты вызывали у нее необходимость чаще обычного посещать туалет. Однажды она обиженным тоном заявила мне, что негоже, мол, главе правительства каждые пять минут бегать "пи-пи", и мы решили, что мочегонное она будет принимать не до, а после заседаний кабинета.

Видел ли профессор Голду в тяжелом состоянии, когда она была абсолютно неработоспособна? - В конце 1969 года, - вспоминает он, - когда в Израиль прибыли шербурские катера (имеется в виду операция "Ноев ковчег", когда израильтяне угнали из французского порта Шербур ракетные катера. Еврейское государство уже заплатило Франции за эти суда, но получить их не могло, так как де Голль наложил эмбарго на поставки вооружения Израилю. Тогда "Мосад" успешно провел операцию "Ноев ковчег", - прим.ред.), она была даже не в состоянии встать с постели. У нее дрожали руки. "Я не спала шесть ночей. Все, так дальше не может продолжаться..." Я осмотрел ее, дал снотворное. Перед тем как задремать, она рассказала мне, что не спала из-за переживаний в связи с угоном катеров, но теперь она довольна тем, что все обошлось...

Розенфельд затрудняется поверить в то, что ему удалось в тайне факт болезни Голды. Сегодня подобное не утаишь. Да и нельзя такое утаивать. В наши дни за такие вещи врачей надо строго судить, считает он.

- Это была наша безответственность и безответственность всего общества. Врач не должен быть "рош катан" (читай, пофигистом).

Народ должен знать, есть ли у его лидеров болезни, мешающие им выполнять все необходимые функции и принимать ответственные решения. Розенфельд напоминает о Рузвельте:

- В Ялте он был уже совсем плох: высокое давление, почки и мозг еле работали... Вождь свободного мира скрывал свои болезни. Будь об этом известно ранее, карта Европы давно выглядела бы иначе.

Профессор переводит взгляд на портрет Залмана Шазара, третьего израильского президента. Тот страдал нарушением обмена веществ, у него было больное сердце, ему вводили кальций и давали лекарства для понижения уровня холестерола. Периодически его госпитализировали. Розенфельд сопровождал Шазара, по его просьбе, во всех загранпоездках. Вместе с Шазаром он побывал в Швейцарии, Канаде, Бразилии, Уругвае, Непале, ездил с ним в Нью-Йорк к Любавичскому ребе...

- Как-то, уже будучи президентом, Шазар попал в больницу с аппендицитом. В ту же ночь его, ничего не афишируя, прооперировали. Медиков в те времена не вынуждали общаться с СМИ, никто не совал нос в чужие дела. Уход за Шазаром был такой же, как за другими пациентами. Пресса не проявила к его недомоганию никакого интереса. Не то, что сейчас. Раньше считалось дурным тоном и проявлением неуважения копаться в чьем-то грязном белье, - продолжает профессор. - Но однажды рентгеновский снимок Голды каким-то путем попал в руки Ури Авнери и был опубликован вместе с комментариями. Она рассмеялась: "Этот мусор? Мне это неинтересно, я это вообще не читаю".

Избрание на должность главы государства стало для Голды чудом, резко улучшившим ее самочувствие по всем показателям. Онкологическое заболевание перешло в стадию ремиссии, давление нормализовалось, она не чувствовала слабости и воспрянула духом.

- Я пришел к выводу, что самое лучшее лекарство для больного политика - избрание его главой правительства. Это впрыскивание в кровь адреналина, эндорфинов и т.д. помогает избавиться от всех горестей и болезней, человек будто рождается заново. Изменения столь очевидны, что мы, врачи, не можем найти этому объяснения.

- Но этого чуда не произошло с Ариэлем Шароном. Полагаете, можно было предотвратить случившуюся с ним трагедию?

-Да. Если бы классные и опытные врачи "Адассы" имели возможность тщательно наблюдать Шарона еще в 60-70-х годах, трагедии можно было избежать. Как профессионал не могу понять, почему во время первой госпитализации, после проведения анализов крови, его не госпитализировали. По меньшей мере, следовало убедить Шарона не уезжать на свою ферму, а остаться в Иерусалиме. Я уверен, что ему говорили об этом, ведь сегодня на вооружении у специалистов есть простенький приборчик, фиксирующий все параметры крови.

Профессор Йосеф Розенфельд, рассказывая о своих знаменитых пациентах, не идеализирует их - у всех были свои слабости.

- Они не были ангелами, и в клинике никто не впадал в экстаз от прихода Голды - здесь она была лишь пациенткой. Одной из многих. Норовистая, с характером. И с Залманом Шазаром было немало проблем...

Как-то главная медсестра Соня Туник срочно вызвала меня и пожаловалась, что Шазар ведет себя для своего возраста "ну... не очень хорошо". Оказалось, что он пристает к медсестрам, и они просто боятся заходить к нему в палату. Да-да, представьте, едва живой старик, а все туда же!.. Мы решили эту проблему: к нему стали заходить по две медсестры, а не поодиночке, что стало сдерживающим для него фактором.

Веред Леви-Барзилай, "Гаарец"

  • 25-03-2009, 12:52
  • Просмотров: 891
  • Комментариев: 0
  • Рейтинг статьи:
    • 0
     (голосов: 0)

Информация

Комментировать новости на сайте возможно только в течении 180 дней со дня публикации.

    Друзья сайта SEM40
    наши доноры

  • 26 июня  Моше Немировский Россия (Второй раз)
  • 3 января Mikhail Reyfman США (Третий раз)
  • 26 декабря  Efim Mokov Германия
  • 25 ноября   Mikhail German США
  • 10 ноября   ILYA TULCHINSKY США
  • 8 ноября Valeriy Braziler Германия (Второй раз)

смотреть полный список