Все новости

Вчера, 09:03
«    Декабрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Интервью

Версия для печати

 Поющий миллионер

Киевский миллионер рассказал, почему он живет на съемной квартире, когда собирается строить свою яхту и становиться соседом Януковича, и о том, что его семья хочет открыть в Украине психиатрическую клинику.
 
В 1984 году Александр Меламуд окончил Московский железнодорожный институт, в 1987 году начал вместе с однокурсниками заниматься бизнесом. Сейчас он совладелец торгово-развлекательного центра «Дрим Таун», фитнес-клуба «Аквариум» на Оболони, а также ресторана «Шахерезада». Согласно рейтингу журнала Forbes этого года, Меламуд вместе с партнерами зарабатывает больше всех собственников недвижимости в Киеве — около $45 млн в год. А в списке 200 самых богатых людей Украины он находится на 89-й позиции с примерным состоянием в $100 млн. Автор поэтических сборников, поет в своих ресторанах.
 
В прошлом году его имя активно обсуждалось благодаря нашумевшему клипу, выложенному в интернете, который сняли к его юбилею друзья. В клипе — пародия на песню Леди Гага, где киевские миллионеры пьют, обнажаются ниже пояса, употребляют крепкие выражения и танцуют.
 
— Александр Леонидович! Вы богатый человек, скажите, а вот чем ваша жизнь миллионера отличается от жизни обычных граждан? Сколько вы денег в портмоне носите, сколько у вас особняков?
 
— Особняков нет. В Киеве живу на съемной квартире. Правда, сейчас купил землю и собираюсь построить дом недалеко от Киевского моря, на обводном канале.
 
— Недалеко от президента?
 
— Да. Но это никак не связано. Там просто места потрясающие. Моя семья живет в Москве, у старших детей есть квартиры. Сколько денег с собой, я, честно говоря, не знаю. Ну сколько-то есть, может, тысяча долларов. Дело в том, что я очень мало пользуюсь наличными деньгами. У меня такие договоренности: те точки, в которых я пользуюсь услугами или покупаю товары, в конце месяца выставляют мне счета — и я расплачиваюсь.
 
— А есть у вас самолет, вертолет, яхта?
 
— Нет. Яхта очень хорошая у меня была. Продал, потому что она мне «жала в коленках», была чуть меньше, чем мне хочется. Но и готовую покупать не хочу, буду строить, контролировать весь процесс стройки. Я просто точно знаю, чего хочу. Думаю, за два года построю. А потом пойду в кругосветку. Я себе уже наметил маршрут.
 
— Какой?
 
— Стартовать буду на Канарских островах в марте. Оттуда в Карибский бассейн через Панамский канал на Галапагосские острова, потом на остров Пасхи, архипелаг Туамоту и далее Полинезия. Там можно покрутиться по безумному количеству островов: Маршалловы, Соломоновы, Кука и т. д. И через Новую Зеландию — в Австралию. Вокруг Большого Барьерного рифа в Дарвин и уже в Индийский океан, Мальдивы, Сейшелы и напрямую в Кейптаун. Быстрее, конечно, через Баб-эль-Мандебский пролив, но там сомалийские пираты. Ну их на фиг. После Африки все просто. Под постоянными южноатлантическими пассатами пойду на север: остров святой Елены, острова Зеленого мыса и Канары. Круг замкнулся.
 
— Сколько это времени займет?
 
— Если комфортно, пару лет. Можно пройти и за полгода. Но это спорт. Меня уже спорт не интересует. Меня интересует получение удовольствия не от результата, а от процесса. Поэтому собираюсь так: прошел кусок — улетел.
 
— Вы много путешествуете, а какие места Вам особенно нравятся?
 
— Более всего люблю Африку от экватора и вниз и Южную Америку. Еще Полинезию. В Африке сумасшедшее сафари. Езжу на джипе по саванне и смотрю на животных, как в «National geographic». Бываю в племенах. Мне нравятся языческие обряды.
 
Потрясающее место Амазония. Там живет три миллиона человек, из которых один миллион в Манаусе. Уникальный город на пересечении Рио-Негро и Амазонки, в центре джунглей. Когда-то туда была проложена автомобильная дорога, но она заросла. Добраться можно по воде или на самолете. Во время «каучуковой лихорадки», сто лет назад, местные бароны решили построить оперный театр. Закупили мрамор в Италии, лестницы в Англии, дизайн во Франции. Он до сих пор стоит, правда, серьезных концертов никогда не было. Кто-то из мировых знаменитостей однажды решил туда поехать, но началась эпидемия желтой лихорадки, и на этом все закончилось. Необыкновенно красива Огненная Земля. На озерах пресноводные айсберги. А когда я высадился на мыс Горн (самая штормовая точка планеты) на резиновой лодочке, то чувствовал себя, если не героем Советского Союза, то очень близко к этому. Полинезия пахнет жжеными кокосами. Да и Австралия, и Новая Зеландия – потрясающие места. Экзотика всегда интересна.
 
— А кого с собой возьмете в кругосветку?
 
— Любимую жену.
 
— Вы вместе больше 30 лет. Есть секрет семейного успеха?
 
— Есть, он прост. Я его в каком-то стихе описывал. Конфликт или проблема должны быть решены до того, как ложишься спать. Нельзя оставлять на завтра нерешенные проблемы. Тогда не накапливается отрицательная энергия, и она не выплескивается на других. И если люди хотят жить вместе, они должны приложить усилия и беречь друг друга. Разрушить можно за 5 минут, а строить годами. Поэтому у нас с женой замечательные отношения. Мы очень любим друг друга. Я этому закону и детей обучал. Ничего не может быть в жизни такого, что нужно было бы откладывать на завтра. Отрицательного, я имею в виду.
 
— А чем занимаются ваши дети?
 
— Старшая дочь — врач-психиатр, занимается одной из самых тяжелых проблем в психиатрии — НПП (нарушение пищевого поведения), это анорексия, булимия. От этих болезней самый большой процент летальных исходов среди психиатрических болезней. Она очень хороший врач. Я думаю, в течение года мы откроем специализированную клинику в Москве для лечения проблем НПП. Она подумывает об открытии такой же в Украине. Вторая дочка — режиссер анимационных фильмов. В июне заканчивает фильм — в моем понимании он просто замечательный, смешной, грустный. Долго не хотела мне показывать, пока не будет в презентационном виде. Ей очень нравится то, чем она занимается. Она строит в Москве мультипликационную студию. А еще она очень любит работать с детьми. Преподает детскую анимацию. Младшая дочь, ей 13, серьезно занимается музыкой. Сын служил в армии, сейчас учится в институте. Будет заниматься логистикой. Хочет создать транспортную компанию по перевозкам грузов. Это тоже интересно и тоже азарт, как во всяком деле, которое делаешь ответственно. Даже в мытье посуды.
 
— Вы моете посуду?
 
— Мыл раза 2 или 3. Но с азартом, как и все, что я делаю.
 
— Вы со своими однокурсниками и друзьями Гариком Корогодским и Михаилом Шпильманом начали бизнес 25 лет назад. Ваши проекты стоят миллионы, кроме вас троих кто-то вкладывает еще деньги в ваши проекты?
 
— Мы вкладываем свои деньги и кредитные, без которых не обходится ни один бизнес. У нас четыре партнера. Есть еще Олег Крапивин. Мы не учились вместе в институте, познакомились в начале 90¬х.
 
— А друзья за 30 лет знакомства не надоели? Не ссоритесь?
 
— Нет. Мы прекрасно понимаем, что скандал по каким-то вопросам, который может повредить отношениям, нам не нужен. Относимся друг к другу деликатно, стараемся находить компромиссы. Но основа нашего успеха — четкие многолетние партнерские отношения, доверие друг к другу — в принятии решений, взаимозаменяемости. Понятно, что никакие менеджерские отношения не могут повлиять на отношения между партнерами. Это святое и находится за рамками всего остального.
 
— А как вы заработали первый миллион?
 
— Если честно, уже не помню, когда мы перешли за миллион. Мы занимались всем подряд. Торговали техникой, строили. Все шло, и не могло не идти. Это было начало бизнеса в стране. Нам было легко, в отличие от тех, кто начинает сегодня. Тогда была целина, куда ни ткни палку — она давала плоды в виде золотых монет. Был СССР, к 1991 году рынок был пуст. На предприятиях и у людей скопилось безумное количество денег, которые невозможно было отоварить. Это были мертвые деньги. Но после того как вступил в силу закон «О кооперации», вдруг ожили и ринулись в экономику. Курс менялся на 15% в месяц. Предприятия скупали все. Поэтому, чем бы вы ни занимались, успех был практически гарантирован.
 
— В интернете пишут, что на Оболони в Киеве ваши интересы пересекаются с сыном президента Александром Януковичем. На вас давили, чтобы ввести его в ваш бизнес?
 
— Я не знаком ни с сыном, ни с самим Януковичем. Ответственно заявляю, что он не пытался внедриться в наш бизнес, и у нас нет совместных проектов.
 
— О креативности вашей компании уже ходят легенды: знаменитый клип к вашему юбилею на песню Леди Гага, день рождения Корогодского в Шотландии. Кто вам придумывает сценарии? Вам, кстати, понравился клип?
 
— Сценарий дня рождения в Шотландии написал я лично — это был замечательный сценарий в стихах. И мы поставили замечательное поэтическое представление. Я писал несколько сценариев для своих друзей. На сторону не пишу. А клип — это подарок. Я к нему не имею отношения. И мое попадание в него было отснято обманным путем. Пародия получилась очень трогательной и смешной.
 
— Есть у вас свой стиль в одежде?
 
— Абсолютно нет. Я ношу то, что удобно.
 
— Сами выбираете или супруга?
 
— Ни то, ни другое. Есть в Киеве замечательный дизайнер Лена Иванова. У нее мои мерки. Я ей звоню и говорю: «Леночка, кончились штаны или рубашки. Мне что-нибудь серое, например». Она привозит несколько штук, я беру, не меряя. Я меряю верхнюю одежду и обувь, но волнует меня только, чтобы все было удобно, и все равно, какие слова там написаны, в каком году это было или будет модно. Других критериев нет.
 
— Сейчас модно подчеркивать свои религиозные взгляды, а вы нигде не засветились.
 
— Я атеист, не агностик, а атеист сознательный. Считаю, что, кроме теории Большого Взрыва, нет ничего. Мне нравятся нравственные постулаты, которые несет религия, когда это не подделка. Нравится, что религия поощряет благотворительность, что некоторые религиозные учреждения кормят неимущих, содержат детские дома, у них есть образовательные программы.
 
— А вы занимаетесь благотворительностью?
 
— Да, очень много. Я на эту тему говорить не буду.
 
— Вы — гражданин России, за кого на выборах голосовали?
 
— Не голосовал. Сознательно. Считаю, что естественный ход развития событий объективно приводит к власти определенных людей, и никаких других быть не может. Любое революционное вмешательство только усугубляет и ухудшает ситуацию. Я был категорически против помаранчевой революции. И выходил с голубым флагом. Я постоянно был в гуще событий, ведь «Глобус» на Майдане тогда был нашей собственностью. Нам все ломали и крушили. Я помогал конкретным людям, не закрывал туалеты, хотя мог. Но я смотрел на этих молодых людей с одухотворенными лицами, увешанных оранжевой символикой с огромной жалостью. Помню сценку: напротив брендового магазина в «Глобусе» двое влюбленных говорили, что такой есть и у них в Черкассах. «Но нам здесь покупать дорого», — сказала она. «Ничего, вот победим, и мы будем покупать в таком магазине», — ответил он. И так мне их было жалко. Ведь никогда революции не приносили ничего хорошего. Арабские весны, помаранчевая, революция роз подтвердили это. Развитие человечества возможно только эволюционным путем, тогда изменяется взаимоотношение между обществом и властью. Власть — это мы, усредненный человек. Хотите ее поменять, посмотрите в зеркало и начните с себя.
 
— Вы гражданин Израиля и России, родились в Молдавии, работаете в Украине. Где у вас родина?
 
— Как у любого еврея, у меня три родины: места, где родился, есть гражданство и экономическая родина. Это не я придумал, но фраза красивая. Я абсолютный космополит.
 
— Вы занимались нефтью, теперь — недвижимостью, пишете стихи, много путешествуете, еще и поете в своем ресторане в Киеве. Какое занятие главное?
 
— Силы равномерно распределяются на все, и все занятия дополняют друг друга. Когда пишешь — работаешь, общаешься с семьей, детьми или пьянствуешь с друзьями — создаешь эмоциональный фон, который влияет на творчество, работу и все остальное. Убрал друзей — не пошел бизнес. Убрал бизнес — не пошла поэзия.
 
— При вашей известности вы человек не публичный, почему?
 
— А мне неинтересно. Понятно, что в любом возрасте у нас есть какие-то амбиции, надо ж честными быть. Но когда кладешь на одну чашу весов амбиции, а на другую усилия, которые надо приложить, чтобы собраться на тусовку, побеждает естественный инстинкт — лень. Мне скучно там.
 
— Вы один из тех, кто реконструировал Майдан в 2001 году. Взяток много пришлось давать?
 
— Мы взяток не даем, это принципиально. Понимаете, когда компания находится на определенном уровне, ей это не надо. Чем крупнее бизнес и более понятно, чем он занимается, тем меньше он испытывает побочных давлений. Это был открытый городской тендер, по официальным заявкам. Кто больше дал — тот и победил, просто городу нужны были деньги и концепция, для этого чье-то лобби не требовалось.
 
— А вам самому нравится переделанный Майдан? Вы помните, каким он раньше был?
 
— Вопрос «нравится, не нравится» здесь не уместен. Изначально проект был другой — с большим свето­музыкальным фонтаном в центре, с входами из хорошего материала, а не со стеклянными пирамидками, как сейчас. Его делал архитектор Саша Комаровский из мастерской Бабушкина. Он вскорости умер. Дальше было так: мы перечислили в городскую казну все, что положено, но часть денег город потратил на другие нужды, и Майдан получился не таким, каким был запроектирован. Но это вопрос не нашей компетенции.
 
— А почему вы потом продали «Глобус» англичанам?
 
— Все в этом мире продается, кроме чести и достоинства, которые у каждого человека стоят по-разному. Но «Глобус» к чести и достоинству не имеет никакого отношения. Это просто бизнес.
 
— Вы строили при Омельченко, Черновецком, Попове. С какой властью легче договориться?
 
— Мы сейчас ничего не строим. Вторую очередь «Дрим Тауна» с аквапарком, открытую прошлым летом, мы начинали еще при старой власти. Что касается адекватности — мне нравится то, что делает новая власть, начиная от подбора кадров и заканчивая организацией различных вещей. И это не потому, что я хочу сделать реверанс, мог бы вообще ничего не говорить. Есть объективные трудности, связанные со структурной перестройкой, которую нельзя осуществить за один день. Но в перспективе все поменяется, улучшится ситуация в мире — улучшится и у нас. Возьмем дороги — я увидел, что кто-то ими занимается. Мы проезжаем по набережной Днепра — и стало значительно проще. А если еще серьезную развязку на Почтовой сделают, пробки значительно уменьшатся. Просто люди привыкли замечать плохое, а хорошее воспринимают, как само собой разумеющееся.
 
— Как-то отвечая на вопрос, как вы относитесь к высоткам в историческом центре Киева, вы сказали, что если город не развивается, он умирает.
 
— Давайте разберемся. Я не говорил, что надо, как в Китае, — вынести всю старину целыми кварталами и построить на выжженном поле высотки из стекла и бетона. Я был в Пекине — это удручающая картина. Они оставили только дворец императора. Но Киеву больше 1500 лет. И если бы тогда люди стали заниматься охраной памятников и отказались от нового строительства, у нас бы были узкие кривые улочки с покосившимися избами и удобствами на улице. Развитие цивилизации требует развития города. Конечно, надо сохранять памятники архитектуры, но нельзя каждый 200-летний кирпич объявлять наследием истории, не факт, что и тогда он представлял ценность. Как сейчас панельки — они простоят, может быть, и 100 лет, но можно ли считать их памятниками архитектуры? Строить надо, охранять памятники надо, и внимательно относиться и к тому, и к другому тоже надо. В центре должны быть парки, рестораны, магазины, жилье. А для офисов и промышленности нужна отдельная территория. Мне очень понравилась идея создания «Киев­сити» за пределами центра. И очень возможно, что мы бы приняли участие в реализации этого проекта.
 
— Вы говорили, что не будете вкладывать деньги в строительство офисов, потому что они вымрут. Почему и каким вы вообще видите развитие Киева?
 
— Они начнут вымирать лет через 10—15. Это связано с развитием коммуникаций. Идеальная структура, которая будет в моем понимании, — огромные дома, высотки, с огромным количеством квартир. Внизу — все, от сферы услуг до развлечений. Квартиры — большие. Люди не будут ездить на работу. Только туда, где нельзя обойтись без их присутствия. Сегодня стремительно развивается интернет, скайп, и прочие программы. И удаленно можно проводить совет директоров, не тратя времени. Уже сегодня крупные компании так работают. Офисным сотрудникам совершенно необязательно будет приезжать на работу. Они смогут работать дома, в своем кабинете, включив соответствующие экраны для взаимодействия с коллегами. А развитие электроники создаст полностью эффект присутствия. Развитие человечества идет по пути обеспечения удобства. Все услуги внизу, в доме. Количество магазинов уменьшится, они превратятся в шоу­румы. Практически вся торговля будет осуществляться через интернет. А ездить будут только в какие-то эксклюзивные рестораны или развлекательные зоны. Город будет устроен по-другому. Меньше пробок, шире дороги. Даже выпивать с друзьями можно будет, не выходя из дома, как в романе у Азимова. Думаю, что эффект присутствия будут дополнять еще какие-то новинки, воздействующие на другие органы чувств, кроме слуха и зрения. Семьи будут крепче, так как будет меньше возможностей встретить претендентов для адюльтеров. А ведь всего 100 лет назад только появился первый автомобиль.

Беседовала Ирина Касьянова


Источник:Сегодня.ua | Оцените статью: +23

Если Вы заметили грамматическую ошибку, Вы можете выделить текст с ошибкой, нажав Ctrl+Enter (одновременно Ctrl и Enter) и отправить уведомление о грамматической ошибке нам.

olga

4 апреля 2012 00:27
по моему как у азимова нам не надо, должны быть живые и родные люди рядом, хотя и там в романе были и страсти, и убийства
1

Борис

4 апреля 2012 16:02
Надеюсь,украинцы не прочтут высказывания космополита-консерватора.Традиция обходит вопрос о евреях-космополитах.которые всегда- люди выдающиеся.А как жили евреи невыдающиеся рядом с космополитами? Обслуживали?
2

Киевлянин

5 апреля 2012 23:51
Прочитал - аж прослезился, взятки он, видите ли, не давал, в тендеры выграл.
А начинали-то кореша в Москве спекуляцией театральными билетами пока не попали на крючок КГБ.
Оттуда и развитие "бизнеса" пошло
3

sofia

7 апреля 2012 10:50
Неплохой человек, побольше бы таких!
4

Информация

Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 1800 дней со дня публикации.

Ещё в разделе:
Инна Чурикова