Все новости

Сегодня, 09:03
«    Декабрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Наши люди

Версия для печати

 Граффология

Этот человек может часами говорить о бриллиантах, королем которых его прозвали, но как только речь заходит о его личной жизни, он переводит разговор на… бриллианты. Меж тем, судьба Лоренса Граффа не менее интересна, чем судьба знаменитых камней, прошедших через его руки.

 

Сегодня 74-летний Лоренс Графф со своей женой Анн Мари, доче­рью и двумя сыновьями большую часть времени проживает в Гштаде, в особняке в окружении антиква­риата, полотен Пикассо и Бэкона, Уорхола и Баскии. Несколько лет назад он стал гражданином Швей­царии, чтобы не платить столь вы­сокие налоги, как на родине, в Ан­глии. Приблизительная стоимость его коллекции современной живо­писи составляет $250 млн, а есть еще собственность в Альпах, в Лон­доне, на Кап-Ферра, в ЮАР, в Нью-Йорке.

 

Графф владеет контроль­ным пакетом акций компании South African Diamond Corporation в ЮАР, занимающейся добычей, огранкой и полировкой брилли­антов, с мастерскими в Йоханнес­бурге, Антверпене, на Маврикии и в Ботсване. Кроме того, в ЮАР, в Стелленбоше, у Граффа имеются собственная винодельческая фер­ма Delaire Graff Estate и гостини­ца со спа, львиным парком и кро­кодиловой фермой.

 

Бутиков, где продаются драгоценности и с не­давних пор часы Graff, сегодня бо­лее 30 по всему миру, включая два только в Москве — в центре Первовопрестольной и в загородной де­ревне роскоши Барвихе. Между своими владениями Графф кур­сирует на собственном самоле­те Global Express XRS с надписью Graff на борту. Состояние империи, которая по-прежнему остается част­ной компанией, в нынешнем году Forbes оценил в $2,6 млрд.

 

Впечатляет, не правда ли? И все­го этого внушительного финан­сового состояния — 13-го места в числе богатейших граждан Beликобритании и 464-го в чис­ле богатейших бизнесменов ми­ра — Графф добился сам, своим собственным предприниматель­ским талантом, без поддержки, без протекции, без какого-либо спе­циального геммологического или бизнес-образования, без семейного стартового капитала, которого не было и в помине.

 

Три поколения назад далеко не богатая семья Граффа прожинала... в царской России. Его бабушка и де­душка, евреи по национальности, вынуждены были покинуть родной Киев после очередной волны погромов. Их внук Лоренс Графф родился в 1938 году уже в Лондоне и мало что знал о прошлом своей семьи — родственники предпочи­тали о нем не вспоминать. А вот со своим будущим юный Графф опре­делился довольно рано — учился мальчик неважно и в 14 лет по на­стоянию родителей бросил школу, чтобы пойти работать. Заработков его отца Гарри Граффа, портно­го с Commercial Road, и матери-румынки, такой же эмигрантки Ребекки Сигал, торговавшей на улицах сигаретами и газетами, на то, чтобы прокормить себя и де­тей, не хватало. Мать привела Ло­ренса в ювелирную мастерскую некоего Шиндлера, где искали помощника. Здесь в обязанности Ло­ренса входили в первую очередь покупка сэндвичей и уборка помещения в конце рабочего дня; го­ворят, что будущий миллиардер и «король бриллиантов» даже дра­ил туалеты. Правда, это его усердие у Шиндлера не оценили и уволили Лоренса уже через три месяца. Зато именно здесь юный Графф впервые увидел и взял в руки драго­ценные камни и окончательно по­нял, чем хочет заниматься в жиз­ни. Сегодня Графф утверждает, что уже с раннего возраста его, маль­чишку из семьи более чем скромно­го достатка, выросшего в бедном районе Степни пролетарского Ист-Энда, неумолимо притягивал блеск драгоценных камней. Он частень­ко бегал в расположенный рядом Black Lion Yard, где богатые евреи продавали и покупали бриллианты. «Я был рожден для бриллиантов, они — моя судьба!» — восклицал он впоследствии не раз.

 

На следующую работу — подма­стерьем в ювелирную мастерскую — Лоренс устроился уже самостоятельно. Здесь упорный мальчик приобрел первые навыки ювелира и уже через три года стал сначала чинить сломанные украшения, а за­тем и изготавливать собственные. Самое первое свое кольцо с не­большим центральным бриллиан­том в окружении еще 18 камней он помнит до сих пор. Отбору камней, их огранке, закрепке, полировке и работе с золотом Графф научил­ся в своей alma mater очень вовре­мя — вскоре мастерская разорилась и закрылась. Но Лоренс уже твердо знал, что стоит на единственно возможном для себя пути, и пустился в рисковую затею, начав собствен­ный бизнес сначала на пару с партнером, а затем и без него. В 1960 году, всего лишь в 22 года, Графф основал небольшую компа­нию Graff Diamonds. От сегодняш­ней ювелирной империи она была бесконечно далека — в той своей маленькой мастерской в районе Хаттон-Гарден, историческом лон­донском центре ювелирного дела, названной в чести матери Граффа Segal's, он сидел за столом с инструментами и работал не покладая рук. Первые его изделия были не похо­жи на нынешние. Кольца с полудра­гоценными камнями он продавал за 2-3 фунта, полученные деньги вкладывал в следующие и так дошел до цены 100 фунтов за кольцо, а за­тем и 500, и в последнем уже были бриллианты.

 

Украшения начинающего ювели­ра, исполненные в викторианском стиле, продавались неважно, а дол­ги поставщикам материалов толь­ко росли. Когда они достигли сум­мы в 3000 фунтов, Графф уговорил партнера отдать ему в единоличное владение тогда еще общий бизнес вместе с долгами, и тот с легкостью согласился. Риск и безошибочное чутье на единственно правильное решение, которые безусловно явля­ются частью предпринимательско­го таланта, очевидно, были в крови Граффа, так же как и страсть к кам­ням.

 

Взяв в 1962 году новый кредит, юноша открыл два небольших ма­газина и мастерскую все в том же Хаттон-Гардене. (Кстати, в том же году Графф женился на своей ро­веснице, перебравшейся в Лон­дон француженке Анн Мари, с ко­торой счастливо живет до сих нор.) Тогда уже свингующий Лон­дон был эпицентром художествен­ных экспериментов. «Я понял, что должен противопоставить сло­жившейся революционной ситуа­ции нечто вечное, некий незыбле­мый канон. Вечность явилась мне в классическом преломлении укра­шений с бриллиантами», — вспо­минает сегодня Графф. Но именно тогда начал складываться прекрас­но известный стиль его украше­ний — драгоценные камни чистей­шей воды в минимальной оправе, представленные в монументальных изысканных композициях. Меж тем ажиотажа в его мага­зинчиках не наблюдалось, и Графф сделал смелый шаг; сложив гото­вые украшения в чемоданчик, он, словно коммивояжер, отправил­ся с ними по дорогам Великобрита­нии, с той лишь разницей, что его товаром были не галстуки и зубные порошки, а бриллианты. Он демон­стрировал свои изделия хозяевам небольших ювелирных лавок, кое-что продавал... И постепенно про­цесс пошел. На вырученные деньги Графф покупал новые камни, кото­рые становились все крупнее, и соз­давал новые украшения. В 1966 году за одно из них — браслет с изумру­дами, бриллиантами и аметиста­ми — он даже получил престиж­ную награду Diamond International Awards, первую из будущих премий Граффа, но даже после этого слава на 28-летнего ювелира не обруши­лась. В ее поисках он вновь решил отправиться в дорогу, собрав свои лучшие украшения стоимостью, как гласит легенда, всего в 1000 фун­тов в небольшой чемоданчик. Но показывать свой товар Графф ре­шил не в Европе, где и без него хватало ювелирных домов, и не в Америке, где уже давно был свой «король бриллиантов» Гарри Уинстон, а в Юго-Восточной Азии — еще одном месте средоточия бога­тых людей.

 

Через некоторое время он ока­зался в Сингапуре. Здесь в уни­вермаге премиальных товаров Robinson's у него сразу же выку­пили все содержимое чемоданчи­ка, и Графф полетел назад за новой партией драгоценностей с брил­лиантами. Он возвращался сюда едва ли не ежемесячно и, по его собственным словам, через неко­торое время с удивлением обнару­жил, что продает драгоценностей уже на десятки тысяч фунтов и те­перь уже может позволить от раза к разу покупать камни все крупнее. Предпринимательская активность Граффа в Сингапуре, Малайзии, Австралии, Индии, а позже и в Гон­конге и Японии была столь успеш­на, что в 1973 году он стал первым британским ювелиром, получив­шим королевскую награду за раз­витие торговли Queen's Awards for Enterprise, и впоследствии удо­стаивался ее еще трижды, в 1977, 1994 и 2006 годах.

 

Именно там, в Сингапуре, Графф встретил своего первого и главно­го клиента. Тогда еще принц, а за­тем и 29-й султан Брунея Хассанал Болкиах, наследник 20-миллиард­ного состояния, впервые приоб­рел драгоценности Graff для своей жены в 1974 году, и с того момента Графф на долгие годы стал едва ли не придворным ювелиром этой ко­ролевской семьи, которая за 20 лет приобрела у него бриллиантов на десятки миллионов долларов. По­кровительство трех жен султана, обожавших самого Граффа и его драгоценности, открыло ему две­ри домов влиятельных и богатей­ших семейств Восточной Азии. В Бруней он наведывался минимум раз в месяц, и брат султана предо­ставлял ему для поездок по стране «Астон Мартин» из личного гара­жа. В результате Графф расстался с магазинчиками в Хаттон-Гарден и в 1974 году открыл настоящий бутик в фешенебельном районе Найтсбридж в универмаге Harrod's уже под брендом Graff.

 

В 70-е Лоренс стал одним из крупнейших закупщиков брилли­антов. Представители Diversity Jewellery Ltd дважды в неделю при­езжали к нему с партией камней, из которых ювелир выбирал самые лучшие, создавал с ними украше­ния и вновь пускался в путь со сво­им знаменитым чемоданчиком — правда, его содержимое уже тянуло на миллионы. С ним Графф бывал и на Филиппинах, в президентском дворце Малакапанг, куда его пригла­шала Имельда Маркое, первая леди государства, большая любительни­ца крупных бриллиантов. Как вспоминает сам Графф, в этот период он создавал поистине королевские драгоценности, вро­де бриллиантовой сетки для при­чески вместе с серьгами стоимо­стью миллион фунтов стерлингов. Подобные украшения Графф на­чал теперь возить и на Ближний Восток. А вскоре нефтяные короли сами стали регулярно наведывать­ся в Лондон. Они заходили в гости в Graff, как к себе домой, распола­гаясь там со всеми многочисленны­ми женами, шумно перебиравши­ми драгоценности. Лоренс Графф стал для них своего рода поверен­ным в делах в Лондоне — организо­вывал нужные встречи, отправлял к лучшим врачам, дилерам роскош­ных авто и модельерам. Это ста­ло частью его предприниматель­ской философии: он предлагал все самое лучшее, не только брилли­анты. Впрочем, последние не мог­ли подвести ни при каких обстоя­тельствах. Известен случаи, когда саудовский принц Турки бин Абдул Азиз заглянул к Граффу без предва­рительной договоренности и про­сто купил все, что было у него на тот момент в бутике, включая бриллиант в 14 карат.

 

Так Лоренс Графф стал круп­нейшим мировым дилером брил­лиантов, а фамилия его бедной семьи — одним из самых известных ювелирных брендов мира (и про­должает им оставаться). Графф не­устанно охотится за лучшими кам­нями по всему миру — получая их из собственных алмазных копей, из шахт Gem Diamonds, 15,2% акций которой купил несколько лет назад, приобретая у De Beers и, разумеет­ся, не пропуская ни одного ювелир­ного аукциона.

 

Через его руки прошли одни из самых известных и крупных кам­ней в мире, среди них Idol's Eye (71,21 карата), Emperor Maximillian, Porter Rhodes, Windsor Diamonds, Hope of Aаrica (115,91 ка­рата), Magnificence, Begum Blue Excelsior (69,68 карата), Deepdene Paragon (137,82 карата), The Star of America (100,57 карата), Maharajah, Light of Lesteng (102,79 карата), Golden Star и Lesotho Promise. Бриллиант Emperor Maximillian в 42 карата, который когда-то при­надлежал австрийскому эрцгер­цогу, Графф приобрел за $762 000 в 1982 году. Спустя два года он ку­пил самый крупные на тот момент голубой бриллиант Imperial Blue Diamond в 39,31 карата и розовый бриллиант Express Rose в 72,79 ка­рата.

 

Обладателем Windsor Yel­lows — пары клипс из желтых бриллиантов в 51,01 и 40,22 кара­та, принадлежавших герцогине Виндзорской, он стал в 1987 году. В 1995-м он заплатил рекордные тогда $16,5 млн за бесцветный бриллиант в 100,01 карата, и этот рекорд держался многие годы. Графф всегда подчеркивал, что за все эти годы экономических рецессий и кризисов цена на алмазы и бриллианты не упала ни разу, но только росла. И за исторический бриллиант голубого цвета Wittelsbach в 35,52 карата в 2008-м он за­платил уже $24 млн — этот камень был сравним только со знаме­нитым Hope Diamond, который в свое время приобрел Гарри Уинстон. В 2010-м за розовый брил­лиант в 24,78 карата, который по­том был назван The Graff fancy pink diamond, Графф заплатил рекорд­ные $46 млн.

 

Разумеется, Графф прекрасно знает, что он делает: все его вложения так или иначе окупи­лись — одни за пять минут, после того как он предложил сами камни или украшения с ними клиентам, другие просто ждали своего часа.

 

Так, мастера Graff Diamonds огранили алмаз Lesotho Promise в 630 карат, 15-й по величине в мире, — камень, найденный в шах­те Лестенг, который Графф приобрел за $12,4 млн. Сегодня ожерелье из 26 камней, полученных из этого алмаза, предлагается за $60 млн.

 

На данный момент Графф об­ладает одной из самых впечатля­ющих коллекций камней в мире. Но оценкам экспертов, рознич­ная стоимость бриллиантов, кото­рые хранятся в запасниках Graff Diamonds, тянет на $1,5 млрд. Это позволяет Граффу создать украше­ние с редкими бесцветными, жел­тыми, розовыми и голубыми бриллиантами по первой же прихоти клиента и продать за миллионы.

 

Даже дерзкое ограбление его бу­тика в Лондоне в 2009-м стало са­мым крупным в истории — граби­тели унесли драгоценностей на $65 млн, но Графф выдержал этот удар. Когда-то, в 1993 году, почет­ным гостем на открытии этого бу­тика на Нью-Бонд-стрит был принц Майкл Кентский, и примерно тогда же выяснилось, что Графф вкла­дывал свои баснословные доходы не только в бриллианты: оказа­лось, что значительная часть не­движимости в районе Мэйфер, на тех же Бонд- и Нью-Бонд-стрит, уже давно принадлежит Граффу, и бу­тики Домов Cartier, Van Cleef & Arpels, Mikimoto — тех самых, что когда-то не воспринимали амби­циозного молодого ювелира все­рьез, — теперь платят его компании ежемесячную аренду за помеще­ния, общая стоимость которых, по примерным оценкам, составляет $500 млн.

 

Сегодня «Король бриллиан­тов» — официальный поставщик драгоценностей британского коро­левского двора и прочих монарших семейств. Графф не думает уходить на покой — он по-прежнему сам вы­езжает, вылетает или плывет на своей 150-футовой яхте Feadship на все важные сделки. Так, известен случай, когда яхта Граффа встретилась посреди Средиземного моря с яхтой миллиардера Ларри Эллисона, главы компании Oracle, для передачи тому заказанных брилли­антов.

 

Лоренс Графф просто делает то, чему с детства учил его отец, — пре­одолевает любые трудности и провалы, работает без устали и встает для этого рано утром. Кстати, каждое утро Граффа в офисе начинается с бриллиантов — он много лет имеет привычку доставать их из сейфа, рассматривать, перебирать, складывать рисунок будуще­го решения и заряжаться энергией для поиска новых камней.

 

Жизнь Лоренса Граффа расписана на год вперед, он живет в постоянном движении и утверждает, что испы­тывать стресс от работы ему нра­вится больше, чем расслабляться. И в этом невероятном трудоголизме и неуспокоенности тоже, навер­ное, секрет его успеха. Сам Графф определяет его так: «Без любви и без знаний, которыми я обладаю в области драгоценных камней, я не смог бы вести этот бизнес. С другой стороны, если бы у меня был бизнес, но не было той люб­ви и знаний и я бы не испытывал от него такого удовольствия, то он был бы иным. Это две равнознач­ные составляющие предприятия Graff.

 

Но помимо того, что я биз­несмен, я также и художник, и це­нитель самых прекрасных камней в мире». Именно в этом качестве Графф вписан в историю современ­ного ювелирного искусства и инду­стрии.

 

Кто же он на самом деле, этот «король бриллиантов»? Человек, зачарованный красотой камней и испытывающий к ним непреодо­лимую страсть, или талантливый расчетливый делец? Наверное, и то и другое. Без деловой хватки Графф не был бы Граффом... По любого человека характеризуют его поступки. И о Лоренсе Граффе — человеке и мужчине красноречивее прочего говорит то, как он умеет обращать­ся с женщинами. В 2009 году вокруг его имени чуть было не разгорелся грандиоз­ный скандал, едва ли не первый за всю его жизнь. В прессе появилась информация, что одна из его со­трудниц Джозефина Дэниел, быв­шая его любовницей девять лет, родила 70-летнему Граффу дочь, а узнавшая об этом жена уже даже подала на развод в лондонский Высший суд. Мир замер в ожида­нии смачных подробностей разде­ла имущества — ведь сложись этот развод, он стал бы самым дорогим в истории и обошелся бы Граффу в 1 млрд фунтов. Но... ничего по­добного не произошло, чета сде­лала официальное заявление, что и не помышляла о разводе, хотя ис­точники в суде уверяли, что заявле­ние Анн Мари все же не было фик­цией и она забрала его в последний момент. Так или иначе, 47-летний брак выстоял, а вот как Граффу уда­лось добиться примирения всех сторон и сделать так, чтобы никто ничего больше никогда не узнал, — неизвестно, но стоит дорогого, и вряд ли только материального.

 

Хотя и в этом плане Графф точ­но никогда не обижал своих жен­щин. Мало кто знает, как выглядит жена Граффа: она старательно из­бегает фотокамер. Но когда они ло­вят ее на редких великосветских приемах, ее изображение сверка­ет мириадами граней бриллиан­тов впечатляющих размеров, форм и цветов. Когда у Граффа родилась дочь Кристель, счастливый отец ре­шил, что каждый год будет дарить ей на день рождения по одному цветному бриллианту, пока той не исполнится 21. А потом был столь великодушен (или азартен?), что подарил ей бриллиант и на 22-й, и на 23-й день рождения... И сам те­перь гордится, что шкатулка его до­чери — великолепная коллекция камней, стоимость которых уже возросла раз в 10 от изначальной.

 

Впрочем, склонен Графф и к по­ступкам, в которых нет места ни азарту, ни инвестициям. Он мно­го лет финансово поддерживает не­сколько благотворительных фон­дов, среди который Nelson Mandela Children's Fund, ARK, Elton John AIDS Foundation. В 2008 году, когда в почтенном возрасте 98 лет умер­ла его матъ Ребекка, с которой он был невероятно близок всю жизнь и признавался, что без ее сове­та редко совершал какой-либо зна­чимый поступок, Графф учредил в ее память благотворительный фонд помощи бедным детям Аф­рики FACET (For Africa's Children Every Time) с первоначальным ка­питалом в $1 млн. Так что, похоже, «король» всю свою блистательную жизнь был еще хорошим сыном, му­жем и отцом.

Три поколения назад далеко не богатая семья Граффа прожинала... в царской России. Его бабушка и де­душка, евреи по национальности, вынуждены были покинуть родной Киев после очередной волны погромов. Их внук Лоренс Графф родился в 1938 году уже в Лондоне

Источник:Аэрофлот Premium | Оцените статью: +42

Если Вы заметили грамматическую ошибку, Вы можете выделить текст с ошибкой, нажав Ctrl+Enter (одновременно Ctrl и Enter) и отправить уведомление о грамматической ошибке нам.

Информация

Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 1800 дней со дня публикации.