Все новости

Сегодня, 09:03
«    Декабрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Еврейские истории

Версия для печати

 Моя чёрная кожа.

Мы познакомились, когда нам было по десять лет. Черная, со вздернутым носом, лохматой прической. Дети её сразу невзлюбили. Их родители тоже: смотрели косо, говорили при ней шепотом, брали детей за руку, уводили домой.

 

А одна старуха - звали её Жанна Илларионовна, профессорская жена - сказала черной девочке в глаза, что её место среди слонов и жирафов в Африке, подальше от людей.

Она часто слышала в свой адрес нехорошие слова, но это был первый раз, когда девочка заплакала и убежала. Я помню, как она зацепилась об камень и упала. На её зеленом сарафане выступило красное пятно. Мы все это видели: нас было пятеро детей и Жанна Илларионовна, но ни один из нас ничего не сделал. Старуха продолжила пить чай в своём саду, а мы играть в мяч.

 

В ту ночь я долго не могла уснуть, а утром притворилась больной. Градусник, который стабильно показывал 37,8, грела в кружке с малиновым чаем. Два дня я провела под одеялом и под встревоженным взглядом своей бабушки. Мне очень хотелось поделиться с ней или дедушкой, на даче которых я проводила каждое лето, тем, что произошло, но мне было стыдно.

 

На третий день я решила выйти из своей берлоги. Прихватив двухлитровую банку с жабой, которую я спасла от ребят (они засунули несчастной в анус трубку и собирались надуть с тем, чтобы бросить под машину и проверить: лопнет она или нет), я направилась к своему любимому месту. Деревянные качели под громадной липой, которые находились во дворе заброшенного дома с сохранившейся открытой верандой и круглым, немного съеденным термитами, столом.

 

Подойдя совсем близко к своему тайнику, я услышала знакомый звук - им был скрип от качелей. Вскоре я увидела, что моё тайное место - уже не моё и не тайное. Её волосы от ветра стали ещё более лохматыми и напоминали одуванчик. Зеленый сарафан (тот же самый), как парусник, развивался. А ещё она смеялась. Первый раз я услышала её смех.

Она увидела меня, испуганно стала смотреть по сторонам, в поисках кого-то ещё, наверное, моих друзей, которые для неё были врагами. Она извивалась на качели, как змея, пытаясь остановить её, но у неё ничего не получалось. Отчаявшись, она не нашла ничего лучшего, как спрыгнуть. На рассеченном лбу тут же выступило красное пятно. Она не плакала. Она смотрела на меня с ненавистью.

 

Я подбежала к ней. Мне столько нужно было сказать!

- Я ненавижу вас всех! Что я вам сделала? За что вы меня мучаете?

 

И она зарыдала.

 

Мои слова вмиг исчезли, и вернулся тот стыд, который мучил меня последние два дня. Я оторвала лист подорожника и протянула ей, девочка вопросительно посмотрела на меня.

- Нужно плюнуть и положить на рану.

 

Но она продолжала удивленно на меня смотреть. Тогда я сделала это сама и неуверенно положила подорожник на её окровавленный лоб. Мы просидели с ней, не сказав ни слова около получаса.

 

- Я тебя не ненавижу, я тебе завидую.

- Что???

- Я тоже хочу быть черной, чтобы мне не нужно было скрывать.

- Скрывать - что?

 

- Что я еврейка. У меня мама - еврейка, а папа - украинец. Фамилия у меня папина, - украинская и на евреев я не похожа - светлая, с голубыми глазами. Поэтому, когда кто-то при мне начинает обижать евреев, у них нет мыслей, что с ними один из них.

 

- И ты ни разу им не сказала?

- Нет. Поэтому мне надо что-то, что не даст мне выбора. Что не даст мне возможности скрывать это. Мне нужна своя чёрная кожа!

- Нет. Ты не такая сильная как я. Ты не приспособленная. Пусть остается так, как есть. А если что - я буду тебя защищать.

- Ты себя защитить не можешь!

- Себя всегда сложнее защищать, других - проще.

- Тогда я буду защищать тебя.

 

Мы улыбнулись друг другу, потом посмотрели на её лоб - подорожник помог.

 

- Как её зовут? - спросила чёрная девочка, глядя на мою жабу.

- У неё нет имени.

- Назови её Чипо. Так зовут меня.

 

То лето мы провели втроем: я, Чипо - чёрная и Чипо - зеленая. Нас обижали, но мы успешно отбивались и прятались в своём заброшенном доме.

 

А в конце августа Чипо - чёрная улетела в Америку вместе с родителями. Через месяц почтальон принес посылку. На моё имя. Маленькая картонная коробочка от моей Чипо. А в коробочке серебряная Звезда Давида на цепочке и записка: "Таша, теперь это твоя чёрная кожа".

 

Но как оказалось, своя чёрная кожа нужна не только мне.

 

В Тель-Авиве у меня есть друг Миша. Ему тридцать. Первые пятнадцать лет жизни Миша стеснялся своей фамилии с окончанием "ман", а следующие пятнадцать, пока жил в Москве, своего отца - львовянина, который любил разговаривать на украинском языке в общественных местах.

 

Теперь у Миши есть футболка. А на футболке надпись "Жидобандерівець" с нарисованными тризубцем с пейсами. Таких футболок у Миши шесть: черная, белая, желтая, красная, зеленая и фиолетовая. Так Миша борется с комплексами "меншовартості".

 

Почему не семь - спросите вы?

 

Потому что по субботам у Миши шаббат, он ходит в синагогу. Миша ещё не ото всех комплексов избавился - туда он ещё стесняется ходить в такой футболке, но он мне сказал, что у него есть седьмая - синяя. И кто знает, может быть, в следующий шаббат эта футболка увидит мир.

 

А я свою "чёрную кожу" надеваю до сих пор. Надеваю в те моменты, когда начинаю вновь робеть и стесняться своих корней. Правда, случается это всё реже и реже. Потому как - чего уж стесняться в стране, где каждый еврей?

 

Да и вообще, поумнела я. Наверное.

 

Автор: Таша Карлюка

Иллюстрация

 

 

Благодарим нашего постоянного читателя Исаака Тендлера за присланный материал


Источник:Сноб | Оцените статью: +78

Если Вы заметили грамматическую ошибку, Вы можете выделить текст с ошибкой, нажав Ctrl+Enter (одновременно Ctrl и Enter) и отправить уведомление о грамматической ошибке нам.

Джуиш

7 июля 2015 08:42
Евреи всегда и везде живут с "черной кожей". И ничего-привыкли.
1

Добавление комментария