Старые деревянные скамьи единственной синагоги в столице Эритреи Асмаре давно пустуют, но Сэмми Коэн все еще помнит, кто где сидел. «Мой отец Менахем Коэн сидел здесь, а здесь - дядя, брат моей матери»,- говорит он, указывая на пустые сидения в залитом светом свечей помещении, где эхом раздаются его шаги.

В 50-е годы, когда 60-летний Коэн был еще ребенком и жил на этом маленьком выступе Африки, Асмара была живым и процветающим еврейским поселением из 500 человек.

Теперь он последний оставшийся здесь уроженец Эритреи.

Большинство приезжих – торговцы из Европы и с Ближнего Востока, которые позднее, в конце последнего столетия, эмигрировали из Йемена, надеясь заработать на предложенной Италией колонизации на границе с Красным морем.

«Во все времена существовала значительная миграция еврейского населения в перспективные места», - объяснил Менахем Канафи, Израильский посол в Эритрее.

«В большинстве случаев евреи находили возможность жить в арабской стране при условии отсутствия деспотизма и наличии возможности благоустраивать свою жизнь».

Но община была разрушена, ведь она никак не была связана с более древним местным еврейским населением в соседней Эфиопии, где продолжают проживать тысячи евреев, несмотря на массовые переселения в Израиль 1980-х и 1990-х годах.

Хотя многие евреи Эритреи переехали в Израиль в 1948 году, когда он получил независимость, 30-летняя война за независимость против архи-враждебной Эфиопии, начавшаяся в 1960-х годах, и упадок экономики заставили еще больше общин переселиться на более плодородные земли Европы и Израиля.

Коэну редко удается собрать необходимые десять человек для проведения еврейских церемоний, и ему приходится в одиночку заботиться о столетней синагоге. Последние бар-мицва и свадьба праздновались здесь в 1970-е годы.

«Здесь проездом бывают бизнесмены и живут сотрудники Израильского посольства, но на дальнейшее процветание здешней еврейской общины надежды нет», - говорит Канафи.

Официально, население Эритреи численностью 4,2 миллиона человек равно поделено на христиан и мусульман, а евреи здесь в меньшинстве.

Несмотря на то, что комитеты по защите прав человека постоянно обвиняют правительство в угнетении религиозных меньшинств, евреи Эритреи утверждают, что их община всегда жила в гармонии с местным населением и правительством.

Жители, живущие теперь около синагоги в бывших домах евреев вблизи от главной мечети города и нескольких церквей, подчеркивают, что различные верования жителей Эритреи долгое время уживались рядом друг с другом, - в отличие от Эфиопии, где в стране с мощными христианскими традициями политики поощряют антисемитизм, и где евреи долгое время были мишенью миссионерства.

«В Асмаре нет проблем между религиями, - говорит пожилой седоволосый человек, попивая кофе на тенистой улочке позади синагоги. - Мы же люди, мы уважаем друг друга, будь то мусульманин, как я, христианин или еврей.»

Коэну не осталось ничего, кроме счастливых воспоминаний о детстве в Асмаре, наполненном еврейскими праздниками и церемониями.

«Это была жизнь, полная энтузиазма, с множеством детей, множеством знакомых, и все мы ездили в итальянские школы по утрам, все вместе в одном автобусе», - говорит Коэн.

«Все собирались здесь, и в священные дни иногда было трудно найти место, чтобы присесть», - добавляет он.

Старое здание школы позади синагоги, бывшее когда-то центром событий в общине, теперь служит музеем, полным старых фотографий.

«Для меня здесь столько воспоминаний», - вздыхает Коэн.

«Сейчас все изменилось, но я помню старые добрые времена с моими друзьями из прошлого».

Любовь Коэна к Эритрее становится очевидной, когда смотришь, как он медленно идет среди покрытых пурпурными цветами могил на еврейском кладбище, расположенном на холме над городом. У Коэна своя причина, чтобы остаться, которую он с трудом может выразить словами.

«Я привязан к этому месту, и это нелегко объяснить», - говорит Коэн, чьи жена и дочь уехали в Италию в 1998 году, когда вспыхнула кровопролитная двухлетняя пограничная война с Эфиопией.

«Но всегда нужно оставаться оптимистом: если недостаточно молиться здесь, мы можем молиться в других местах – Телль-Авиве, Лондоне или Риме – где сейчас живут другие члены общины Асмары».