В Самаре израильские эксперты провели тренинг по организации защиты образовательных учреждений. Заказчиком этих учений стало Министерство иностранных дел Израиля, а проводила его частная компания, владельцами которой являются бывшие сотрудники израильской службы безопасности "Шин Бет". Слушателями курса являлись 40 офицеров российских служб безопасности Министерства образования, МВД и МЧС. Посол Израиля в Москве Аркади Мил-Ман согласился с предложением российского министра образования продолжить проводить подобные курсы в будущем.

Израильские эксперты приезжали в Россию по приглашению российского правительства, и этот визит стал прямым следствием того, что России недавно пришлось испытать серию террористических атак. Самая жестокая из них произошла в городе Беслане в Северной Осетии около семи месяцев назад, когда были убиты 300 человек (большинство из них – дети), после того как они оказались в заложниках у чеченских террористов.

"Мы очень заинтересованы в сотрудничестве с Израилем, – сказал несколько дней назад Владимир Васильев, бывший заместитель министра внутренних дел, сейчас глава комитета по безопасности Государственной думы. – У Израиля есть большой опыт, и мы заинтересованы в том, чтобы этот опыт применить".

Между Израилем и Россией существует немало разногласий по ряду дипломатических и военных вопросов (таких, как поставка ПЗРК SA-18 в Сирию и обогащенного урана – в Иран). Ожидается, что эти разногласия будут обсуждаться во время визита Владимира Путина в Израиль, который состоится в среду.

Борьба с терроризмом – это одна из немногих проблем, по которой две страны имеют единую точку зрения. Заявления такого рода часто слышали от лидеров обеих стран. Так, израильский премьер-министр Ариэль Шарон говорил об этом во время своих встреч с Путиным в Москве. Между тем заявления мало чем подкреплены на практике. Лишь недавно были сделаны шаги в направлении практического сотрудничества.

Израильские источники подчеркивают, что появились только первые проблески сотрудничества и нет оснований для прогнозов о тесном сотрудничестве между израильской службой безопасности "Шин Бет" и российской ФСБ, подобно тому, как сотрудничают сегодня разведслужбы Израиля и Соединенных Штатов.

Три атаки

К шагам навстречу сотрудничеству российскую сторону подтолкнули три теракта: атака в Беслане и два взрыва российских пассажирских самолетов чеченскими террористками-смертницами. После этих инцидентов российские органы безопасности решили отставить в сторону свою гордость и попросить Израиль о помощи.

Около полугода назад Васильев побывал по приглашению на конференции в Израиле, в пригороде Тель-Авива Герцлии, где он получил консультации, а также посмотрел учебные маневры антитеррористических подразделений израильской полиции. Вместе с Васильевым в Израиль прибыли эксперты ФСБ по безопасности авиации, которые встречались с руководителями "Шин Бет" и израильской авиакомпании "Эль Аль". "Опыт и знания израильских специалистов произвели на нас очень большое впечатление", – заявил пресс-секретарь ФСБ полковник Сергей Игнатенко спустя несколько дней после визита.

Любой человек, который недавно был в московском международном аэропорту Домодедово и проходил там спецконтроль, при котором предъявляются требования снять ботинки и вытащить ремни из брюк, мог удостовериться, что российская сторона предпринимает огромные усилия для того, чтобы "залатать дыры", обнаруженные в методах поддержания безопасности. Пресс-секретарь ФСБ заявил о том, что было заключено соглашение, по которому Израиль поможет России создать систему безопасности авиации, аналогичную израильской.

Полковник Игнатенко работает в спецслужбах 20 лет. Еще в советские времена он поступил на службу в КГБ, 15 лет работал в различных оперативных подразделениях, а последние пять лет занимает должность пресс-секретаря ФСБ – организации, которая была создана в качестве замены КГБ. Два года назад он посетил Израиль. Целью этого официального визита было получение консультаций по поводу съемок фильма о методах ФСБ по борьбе с терроризмом. Но визит был также использован для встречи с сотрудниками израильской службы безопасности "Шин Бет".

"Они сопровождали нас в поездках по Западному берегу и продемонстрировали нам некоторые меры, которые принимает Израиль в войне с терроризмом", – рассказал Игнатенко.

По оценке Игнатенко, "ситуация здесь, в России, во многом сходна с ситуацией у вас (в Израиле)". Игнатенко имеет в виду кровавую войну с терроризмом, которую российские силы безопасности ведут против чеченских сепаратистов, которые стремятся получить независимость и основать теократическое мусульманское государство. Сепаратистские организации перенесли свою борьбу на улицы Москвы и провели в последние годы серию массовых террористических атак.

Самые болезненные воспоминания остались от захвата московского театрального центра два с половиной года назад, когда погибли 150 человек после использования российскими силами безопасности слишком большого количества газа в попытке освободить 800 заложников, которых удерживали террористы. Газ оказал воздействие и на заложников, и на тех, кто их захватил. Из-за плохой координации действий и чрезмерной секретности ФСБ не сообщила спасательным бригадам о том, какой именно газ был использован, поэтому врачи не знали, какой антидот применить для оказания помощи пострадавшим.

В противовес неудаче в Москве ФСБ недавно записала в свой актив значительное достижение, после того как с помощью разведывательной информации обнаружила убежище скрывавшегося лидера чеченских сепаратистов Аслана Масхадова. Силы ФСБ окружили это место в поселке возле чеченской столицы Грозного и вскрыли тоннель, ведущий в бункер. Они произвели взрыв в образовавшемся проломе, а затем поместили туда камеру, которая отобразила трех прячущихся в бункере мужчин и тело четвертого, которое лежало на полу. Это оказалось тело Масхадова.

Эти трое мужчин сдались и сообщили, что они застрелили своего лидера по его просьбе: он не хотел попасть живым в руки своих врагов. Полковник Игнатенко считает, что эта операция ФСБ сходна с израильскими точечными ударами. Игнатенко рассказал о том, что в бункере было найдено шесть ноутбуков, дневники Масхадова и документы, которые представляли собой своего рода архив. "Мы обнаружили массу ценной информации, анализом которой занимаются наши эксперты. Эта информация поможет нашим будущим операциям".

Для ФСБ крайне важно найти – живым или мертвым – Шамиля Басаева, лидера наиболее экстремистской группировки в Чечне, которая, среди прочего, несет ответственность за захват московского театра, взрывы самолетов и длинный список других убийств. "Я не сомневаюсь, что в итоге мы его поймаем. Это только вопрос времени", – говорит Игнатенко.

Он говорит о сходстве между террористическими актами в Израиле и в России. По словам Игнатенко, на терроризм в Чечне влияет идеология террористов на Ближнем Востоке, в том числе и в Палестине.

И в Чечне, и в Палестине террористам оказывают финансовую помощь мусульмане и мусульманские организации. Мечети и школы служат центрами идеологической "промывки мозгов", а также набора новых рекрутов. "Террористы в Чечне проходят религиозное обучение, так же, как в группировке "Хамас". Некоторых из них накачивают наркотиками перед тем, как отправить на смертоносные акции".

Факт использования шахидов также говорит о сходстве терроризма на Ближнем Востоке и в Чечне. "Международные исламские террористы действуют на Ближнем Востоке, в Европе и России, – говорит Игнатенко. – Их цели идентичны: создать исламское государство. Ради этой цели они готовы пожертвовать всем".

"Грязная ложь"

В такой манере выражаются российские спецслужбы и политики, используя те же аргументы, которые использовали израильские оппоненты заключения соглашений с палестинцами. "Все утверждения чеченских террористов о том, что они хотят лишь получить независимость, – грязная ложь. Фактически до 1999 года у них было независимое государство, но им этого было мало, они хотели установить у себя теократию. Они создали у себя 16 лагерей по подготовке террористов, и мы получили террористическое государство внутри России".

Несмотря на сходство ситуации в Израиле и в России, пресс-секретарь ФСБ также говорит и о существовании различий. "Мы не устраиваем массовых карательных акций, таких как сносы зданий в ответ на теракты", – заявил Игнатенко. (В вооруженных силах Израиля недавно также пришли к выводу о неэффективности тактики сноса зданий.) Но даже если слова Игнатенко правда, правозащитные организации обвиняют Россию в систематических нарушениях прав человека в Чечне.

"Мы предпочитаем изолировать террористов от их среды, – говорит Игнатенко. – Мы также знаем, что невозможно искоренить терроризм военными средствами. Мы знаем о необходимости улучшать социальные и экономические условия в Чечне и искоренять причины, порождающие терроризм".

"В период автономного правления Масхадова большая часть инфраструктуры Чечни была разрушена. Увеличилась безработица, и выросло целое поколение безграмотных людей, которые не имеют профессии, и все, что они знают, – как изготовлять бомбу, стрелять из ПЗРК "Стрела" и получать за это деньги. Мы считаем идеологию важным элементом терроризма, и поэтому для войны с терроризмом нужно развивать инфраструктуру образования в Чечне".

Полковник Игнатенко также считает, что международное сотрудничество дает большой эффект в войне терроризмом. Он бы хотел, чтобы страны, готовые вести борьбу с терроризмом, имели сходное законодательство, в котором было бы четко определено, что такое террорист и терроризм, для того чтобы террористы не могли бежать из одной страны в другую и получать там политическое убежище. Здесь Игнатенко намекает на представителя организации Масхадова Ахмеда Закаева, которого Дания и Великобритания отказались экстрадировать в Россию, в итоге он получил политическое убежище в Лондоне.

Игнатенко знает о том, что с Израилем у России нет проблем в части принятия сходных антитеррористических законов. Это одна из причин, по которой усиливается сотрудничество между двумя странами. Игнатенко дает понять, что это сотрудничество вступило в активную фазу.

"Мы участвуем и в многостороннем, и в двустороннем сотрудничестве. Многостороннее сотрудничество включает в себя проведение совместных операций в нескольких странах, включая Соединенные Штаты, Великобританию и Израиль. В ходе двустороннего сотрудничества мы обмениваемся информацией и также проводим совместные операции с участием наших и ваших сил, но я не могу распространяться на эту тему".