Авторизация с помощью:





Авторизация с помощью:



Все новости

Больная Европа

Версия для печати


 Дни социального государства сочтены


Ðни ÑоÑиалÑного гоÑÑдаÑÑÑва ÑоÑÑенÑ

На протяжении 130 лет немцы покупаются на обещания своих правителей - о том, что государство спасет их от рисков - таких как нищета, голод и болезни. Несмотря на несколько тотальных коллапсов (1918, 1945, 1989) эта модель настолько успешна, что социальное государство лишь продолжает распухать и на него тратится уже больше половины государственного бюджета. Если бы Германия была фирмой, уже давно следовало объявить банкротство. Долг государства составляет 2 триллиона евро, плюс 6 триллионов пенсионных обязательств федерального, земельного  и местных бюджетов. Одновременно, из-за демографических трендов, количество плательщиков в систему социального страхования продолжает сокращаться.
Но наши политики выучили один урок: те, кто сокращает социальные выплаты, проиграет выборы. Поэтому подобные меры должны быть предотвращены любой ценой. Отсюда появляются безумные идеи типа "замещающей иммиграции", которая должна гарантировать продолжение существования системы социальных платежей. Однако, из-за особенностей системы стимулов социального государства она привлекает, в первую очередь, массы неквалифицированных людей, и такая иммиграция ведет к результату обратному желаемому - а именно, ускорению коллапса социального государства. Конечно же, неприятная правда заключается в том, что социальное государство рухнет при  любом раскладе - только его путь к смерти будет длиннее. 
Ниже излагаются технические данные, не имеющие отношения к политическим или философским взглядам. Финансовые проблемы - наименьшее зло, приносимое социальным государством. Куда страшнее человеческая катастрофа, порождаемая им, которая в конечном счете, ведет к утрате цивилизованного поведения. Там, где никого не учили заботиться о самих себе, но вместо этого все привыкли требовать помощи от государства, люди ждут, что все их потери и расходы будут покрыты, не думая об источниках финансирования. Большинство населения не в состоянии распознать  проблему миграции представителей враждебных культур в качестве экзистенциальной угрозы, и частично это объясняется утратой способности реалистичной оценки причинно-следственных связей, утерянных вследствие всестороннего развития социального государства. 
Так было не всегда. В особенности в 19-м веке, когда социал-демократы не желали зависеть от правительства и государства, но помогали себе сами, рассчитывая только на собственные ресурсы. До того, как социальное государство было построено Бисмарком, существовали вполне жизнеспособные объединения самопомощи рабочих и торговцев - в рамках социал-демократических групп и профсоюзов. 
Дни социального государства сочтены, и для всякого критически мыслящего гражданина настало время спросить - а кому это все выгодно, и понять, что эта структура еще более вредит слабым слоям населения. Сразу предупреждаю: в ходе этого путешествия могут пошатнуться некоторые "вечные истины", типа утверждения о том, что социальное государство является "достижением", если не пиком развития человечества. 
Социальное государство предположительно должно предохранять от таких рисков, как голод, нищета и болезни. Эти цели сами по себе заслуживают всяческих похвал и не вызывают возражений. Но социальное государство - неподходящий механизм для их достижения и закрепления. Оно неизбежно ведет к краху, потере жизненно важных умений его обитателями и антисоциальному поведению. В результате оно лишь усиливает и обостряет те феномены, с которыми призвано бороться. Именно поэтому оно умрет - независимо от количества его адвокатов и защитников. Его главным недостатком является систематическое дурное управление и ошибочное стимулирование. И политики, и администраторы, равно как и электорат сталкиваются с массивными стимулами злоупотреблений в своих собственных интересах. Формулируя это коротко - краткосрочная взятка избирателям без принятия в расчет долгосрочных последствий. Примеры: увеличение пособий на детей, снижение пенсионного возраста, расширение льгот страховой медицины, увеличение социальных пособий и т.п. 
Конрад Аденауэр добился величайшей победы в истории Христианско-Демократического Союза в 1957 году. Ему это удалось потому, что невзирая на предупреждения экспертов, он внедрил систему пенсионного обеспечения "платим когда ты уходишь" без всякой примеси финансового здравомыслия. Это немедленно и существенно увеличило пенсионные выплаты. И так это продолжается на протяжении многих десятилетий - в Германии и повсюду. 
Другой ошибочный стимул - распространение влияния социального государства. Чем больше проблем решает государство, чем больше у него бенефициаров, тем больше власти есть у политиков. Именно поэтому государство стремится к постоянному расширению, независимо от последствий. И этот побудительный мотив выходит уже очень далеко за пределы первоначальной концепции социального государства. 
Вопреки расхожему поверью, современное социальное государство не является детищем социал-демократии.  Оно было введено канцлером Бисмарком с тем, чтобы ослабить силу профсоюзов и привязать рабочих к государству. Вместо социальной самопомощи в рамках профсоюзов было найдено патерналистское принудительное решение. Бисмарк видел политическую опасность в независимых и имущих рабочих. 
В результате этого социальное государство быстро распространялось. Первоначально принудительное страхование распространялось только на лиц с низкими доходами. В 1927 было введено страхование безработицы. В 1995 было введено обязательное страхование на уход по старости. С 2009 мы живем в условиях обязательного страхования на случай болезни - которое распространится и на фрилансеров, и на предпринимателей. Хотят ли этого сами застрахованные никого не интересует. 
Социальное государство наказывает скромность и сдержанность 
Характерной особенностью социального государства является вознаграждение за провалы. Больше социальных проблем, больше нуждающихся означает больше бюджетов и больше сотрудников для социальной бюрократии. И любая бюрократия стремится создать и расширить базу силы и влияния. И посему с этой стороны мы наблюдаем постоянный импульс не к решению проблем, но к чему-то прямо противоположному. Когда растут цены на бензин никто и не думает о том, чтобы снизить налоги на топливо и вернуть бедных на дороги. Вместо этого придумываются сложные схемы помощи отдельным категориям населения, бензиновые ваучеры - а это требует создание еще одного бюрократического органа и увеличивает мощь администраторов и политиков. Значительная часть социальных расходов уже вовсе не идут на нуждающихся. Они прямо поглощаются постоянно растущей машиной перераспределения. 
Другой пример подавления нормального стимула: выгоды для получателей и выгодоприобретателей ведут к чрезмерному использованию предлагаемых услуг - даже если в том нет никакой нужды. Социальное государство карает скромность и сдержанность и поощряет чрезмерное потребление и нечестность. Речь идет о беспощадном естественном законе: любая субсидия ведет к росту объема субсидируемых товаров, чем бы они ни были. 
Пример: во время британского правления в Индии англичане решили извести кобр. Любому, кто приносил им кобру выплачивалось вознаграждение. Результат: популяция кобр начала расти экспоненциально, потому что их начали разводить, чтобы получать вознаграждение. 
Несколько лет назад Германия остановилась из-за забастовки водителей локомотивов. В самый важный момент глава профсоюза железнодорожников исчез со сцены. В прессе начались спекуляции о внутренней борьбе за власть в  профсоюзе, но тут стало известно, что профсоюзный босс выехал на курс лечения. Он уже откладывал его несколько раз - но если бы отложил еще раз, то потерял бы на него право. В качестве дитя социального государства, он сделал единственно верный выбор - бросил своих солдат в разгар важнейшей битвы и испытаний, потому что в ином случае, его страховой иск не оплатили бы! 
Итак, это не о дурных намерениях или наоборот. Решающий фактор - результат.  Если вы платите бедным, больным, одиноким родителям, вы будете сталкиваться с подобными ситуациями все чаще и чаще. 
Лишенное корней общество охотников на халяву 
Еще один пример подавления нормального стимула - элиминация частной предварительной оценки рисков и принятие личной ответственности. Почему кто-то должен заботиться о своем собственном здоровье, если у него есть право на получение стопроцентной зарплаты в случае болезни? Зачем проявлять осторожность относительно других рисков? У каждого есть право на "достойное жизнеобеспечение". Сюда включены радио, ТВ, посещение концертов и театров, телефон, скоростной интернет и подписка на газеты. Сюда входят как одноразовые бонусы на Кристмас, так и полное покрытие расходов на съем жилья или уплату страховых премией. 


Отсюда вырастает стимул к постоянному требованию все новых и новых услуг. Вопреки расхожему мнению, социальное государство не занимается перераспределением от богатых к бедным. Вместо этого, он постоянно перераспределяет средства всех уровней дохода определенным категориям граждан: матерям-одиночкам, студентам, любителям театра, жертвам природных бедствий и т.п. 
Поскольку подобное перераспределение не происходит в каком-то определенном направлении, трудно понять, кому это выгодно, а кому - нет. Но как только организованная социальная группа осознает, что если она, во имя "социальной справедливости" достаточно громко заявит о своих требованиях - они скорее всего, будут удовлетворены. Другие социальные группы тоже не сидят сложа руки - они знают, что если они не будут кричать достаточно громко, то ими просто воспользуются в качестве источника льгот более активных групп. Предполагаемое злоупотребление социальным государством на деле - не более, чем его использование по назначению. Результат - появление "лишенного корней общество охотников на халяву" (Михаэль фон Проллиус). 
Эта проблема лишь усугубляется миграционными потоками. Из-за высокого уровня социальных выплат (и взносов) квалифицированные плательщики уезжают, а их место занимают получатели пособий. 
Любой, постулирующий право одного жить за счет других в качестве универсального права человека , пусть не удаляется, когда его требование будет наконец-то удовлетворено. Тот, кто работает по 10 часов в день, чтобы принести домой в конце пару сотен евро, конечно же задумается о том, чтобы обустроиться где-нибудь в центральной Европе. Тут он получит тысячу евро в месяц - за то что не делает ничего, плюс прекрасную инфраструктуру.  Примеров - масса. В Швейцарии только каждый седьмой человек, признанный беженцем имеет постоянную работу. И чем больше семья, тем больше требования. 
В Германии прославился сирийский "беженец", у которого четыре жены и 23 ребенка.  Ему положено около 30 тысяч евро социальной помощи в месяц - и он ни за что не должен платить. Доход средней германской семьи, между тем, составляет 3700 евро в месяц. 

Защитники социального государства будут говорить, что “солидарность” и “социальная справедливость” не могут появится по другому. Но под угрозой применения силы речь уже не идет о солидарности. “Социальная справедливость” – нечто, не поддающееся определению и целиком зависит от точки зрения того или иного человека. Что определяет одного человека в качестве имеющего право жить за счет других и кто судья , который это определяет? 

Лидеров поощряют к эмиграции в социальные государства
Трагично, такая система стимулов подталкивает наиболее продуктивную часть населения в бедных странах покидать свои дома и перебираться в социальные государства – с тем, чтобы стать там получателями пособий.    Результат – социальное государство теряет доноров и набирает массы бенефициаров. Также следует учитывать тот факт, что социальное государство не может функционировать с открытыми границами, и подобная комбинация – верный рецепт грядущей катастрофы. Последовательный отказ западных элит признать этот очевидный факт убьет социальное государство – гораздо быстрее, чем этого можно было бы ожидать в других обстоятельствах. Следствием описанных негативных стимулов очень серьезны и ведут  стремительному накоплению задолженности, борьбе за перераспределение ресурсов и антисоциальному поведению.
Социальное государство – государство задолженности, которое более не в состоянии выплатить то, что обещано будущим поколениям. Следствием структуры стимулов  является то, что все большее количество плательщиков уходят из системы с одновременным увеличением количества бенефициаров. Расходы государства не только постоянно растут, но и потенциальный экономический рост замедляется из-за нарастания все новых и новых слоев бюрократии эффективно работающей на себя. Все меньшее и меньшее количество людей работает в продуктивных секторах. Но  меньший экономический рост ведет к большему числу нуждающихся в помощи. Порочный круг замыкается. Социальное государство борется с проблемами, которое оно само и создает.
Метод прямой выплаты большинства социальных “страховок” (пенсий, пособий по безработице и болезни) лишь окончательно добивает описанную систему.  Поскольку речь идет о примитивной редистрибуции полученных с налогоплательщиков средств, и ничего не сохраняется, нет инвестиций, и не генерируются доходы. Если плательщиков становится все меньше и меньше, они становятся все более старше, и у них все меньше детей, в системе – серьезная проблема. Гигантские расходы на растущую систему социальной поддержки игнорируются в течение нескольких десятилетий и за счет простого расширения государственного долга. Массовая иммиграция неквалифицированных рабочих с целью решения описанных проблем лишь усугубляет их.
Реформы социального государства или носили косметический характер, либо представляют собой небольшое отклонение  в в неумолимо нарастающей кривой социальной расходов. Соответственно, в большинстве западных государствах квота составляет 50 и более расходов бюджета. Это верно и в случае Германии (федеральный бюджет 2017 года трудовые и социальные проблемы – 41,81%, здравоохранение – 4,61%, семья – 2,89, образование – 5,36%)
Крах государств и социальных бюджетов – лишь вопрос времени
За последние 40 лет германский государственный долг увеличился с 167 миллиардов до 2 триллионов евро.  Если вы учтете все пенсионные и социальные обязательства, сумма увеличивается до 8 триллионов евро. Примерно тоже самое происходит в других западных странах. Если количество плательщиков будет сокращаться, количество бенефициаров расти, социальная бюрократия усиливаться, крах государства и социальных бюджетов окажется только вопросом времени. Даже фискальные трюки центральных банков, вроде искусственного занижения учетной ставки или выкупа собственных государственных облигаций лишь несколько замедляют процесс, но не предотвращают конечный результат.
Социальное государство – авторитарное государство. Оно постановляет что делать и гражданин обязан выполнять – независимо от того, хочет ли он равномерного распределения дохода на всех стадиях жизни, как того требует обязательная пенсия и страхование. Не имеет значения, хочет ли он лишь минимальной страховки на случай ущерба здоровью. Индивидуальный дизайн личной жизни все менее и менее возможен в рамках подобной системы. Отсюда произрастает патернализм, нарастающая регуляция и ограничение свобод. Гражданину запрещают и делать собственный выбор и учиться на собственных ошибках. Дорога к незрелости предопределена. И что, кроме силы может принудить человеческие существа к членству в том, во что они не хотят вступать?
Более того, вездесущие требования социальных групп о перераспределении доходов в социальных государствах есть ни что иное, как уголовное преступление. Потому что перераспределение возможно только путем отчуждения плодов труда других. Результат – бесконечная борьба за перераспределение, социальная напряженность и зависть. Не существует общепринятого принципа позволяющего двум эксплуатировать третью сторону. Даже личное несчастье или физическая неспособность не оправдывают привилегии эксплуатации других.
Защитники социального государства будут говорить, что “солидарность” и “социальная справедливость” не могут появится по другому. Но под угрозой применения силы речь уже не идет о солидарности. “Социальная справедливость” – нечто, не поддающееся определению и целиком зависит от точки зрения того или иного человека. Что определяет одного человека в качестве имеющего право жить за счет других и кто судья , который это определяет? На основании чего у А появляется право решить, что В должен платить С?
Массивные стимулы для нечестных и недостойных
Социальное государство коррумпирует людей, развивая антисоциальные паттерны поведения. В нем работают массивные стимулы  для того, чтобы вести себя нечестно и недостойно (праздники болезни). Вместо самозанятости развивается зависимость. Вместо принятия на себя ответственности развивается незрелость. Вместо благотворительности развиваются навыки получения максимума от нее. Вместо потребности признания развивается способность поиска незаслуженных доходов. Благодарность замещена чувством агрессивного “положенного”.
Если верить википедии, “социальный” означает способность персоны интересоваться и сочувствовать интересам других.  Но это также означает и способность помогать другим, и способность противостоять им. Сравните это с тем, что написано в брошюре германского федерального министерства, ответственного за социальную помощь:
“Здесь вы найдете помощь! Помощь, которая вам положена. Пожалуйста, никогда не забывайте об этом. Министерство социальной защиты – не место для просителей, но для граждан, требующих исполнения их прав. Не отказывайтесь здесь и ни в каком другом месте закрепленную законом социальную помощь. Фальшивая скромность только нанесет ущерб вашим собственным интересам”.
Из приведенного отрывка становится ясным, что “социальное поведение” не ожидается ни от донора, ни от получателя. Донор не должен знать и не должен интересоваться бенефициарами, симпатизировать или помогать им. Он просто обязан перевести определенную сумму денег, которая затем будет распределена правительственными агентствами неизвестным третьим лицам.
Если получатели все еще демонстрируют высокоморальные паттерны поведения, такие, как благодарность или скромность, вышеупомянутая брошюра их разрушит. У вас есть право жить за счет других.  Дарование бонусов, таким образом, более не рассматривается как нечто временное, от которого необходимо избавиться и как можно быстрее, но в качестве легально навязываемого права на продолжительное содержание за счет других. Это, в свою очередь, влечет за собой дегенерацию человеческих способностей.
Великий социальный реформатор Герман Шульце-Делич знал о том, что происходит уже сто лет назад: “Любая помощь без взаимности – не более, чем подаяние. И подаяние деморализует, отбирает самоуважение, любые стимулы к добрым поступкам, притупляет интеллект, подавляет энергию, парализуем уверенность в  себе, развивает ленность и легкомыслие. Если кто-то начинает заботиться о существовании другого человека, то он тем самым отнимает у него самую большую радость – радость наслаждения плодами собственного труда”.

Титус Гебель, achgut.com
Die Tage des Sozialstaats sind gezählt 


Источник: https://postskriptum.org | Оцените статью: -1

Если Вы заметили грамматическую ошибку, Вы можете выделить текст с ошибкой, нажав Ctrl+Enter (одновременно Ctrl и Enter) и отправить уведомление о грамматической ошибке нам.

semila

11 декабря 2018 10:51
Германские власти поумнели? Остаткам чудом оставшихся живыми во время Второй Мировой войны советских евреев через организацию Клеймс Коференс выплатили аж по 2500 евро. За их уничтоженных родителей, за их голодное босоногое детство - 2500 евро один раз в жизни. А вот беженцам из разбомбленной европейцами Сирии отваливают по 30 000 евро ежемесячно. 
1

Добавление комментария

Наш архив